— Лиз? — спрашивает Оуэн.
— Я думаю, мой брат идет сюда, — произносит Лиз.
Элви прогуливается вплоть до фонтана и смотрит в воду. Лиз задерживает дыхание.
— Лиззи, — шепчет Элви в фонтан.
— Помни, — говорит Оуэн, — не кричи.
— Это я, — шепчет Лиз.
— Мне показалось, что я тебя слышал, — говорит Элви. — Сначала я думал, это шло из ванной комнаты. Затем из кухни. А затем отсюда.
На глаза Лиз наворачиваются слезы. Старый добрый Элви.
— Элви, так хорошо говорить с тобой.
— Я пойду за Зоуи. Ты здесь, чтобы поздравить ее, верно? Я пойду за мамой и папой тоже, — говорит Элви. — Им захочется поговорить с тобой.
Оуэн качает головой:
— Ребята будут здесь через пять минут.
— Нет времени, Элви, — говорит Лиз. — Просто передай Зоуи, маме и папе, что я их люблю. Способом, который не напугает их, конечно.
— Я могу быстренько сбегать и привести их.
— Нет! — говорит Лиз. — Меня может здесь не быть, когда ты вернешься. Давай просто поговорим немного, ты и я.
— Хорошо, — соглашается Элви.
— Как твой восьмой класс? — спрашивает она.
— Девятый, вообще-то. Я перескочил.
— Элви, это чудесно! Ты всегда был таким умным. Как тогда девятый класс?
— Это круто, — говорит Элви. — Я на дебатах в этом году, что определенно лучше, чем группа, в которой я был в прошлом. Боже, Лиззи, ты на самом деле не хочешь знать о такой фигне?
— Хочу. Абсолютно хочу.
Элви качает головой:
— Я думаю о тебе, ты знаешь?
— Я тоже о тебе думаю.
— Все в порядке там, где ты?
— Это другое.
— Как другое?
— Это… — Она делает паузу. — …сложно объяснить. Не так, как ты думаешь. Но здесь все в порядке. Я в порядке, Элви.
— Ты счастлива? — спрашивает Элви.
Во второй раз с тех пор, как она прибыла на Другую сторону, Лиз делает паузу и обдумывает этот вопрос.
— Да, — произносит она. — У меня много друзей. И есть собака по имени Сэди. И я вижу Бетти. Она наша бабушка, которая умерла. Тебе бы она очень понравилась. У нее чувство юмора, как у тебя. Я скучаю по вам, ребята, все это время. О мой Бог, Элви, я так много хочу тебе рассказать.
— Знаю! Я тоже хочу многое тебе рассказать и о многом спросить, но ничего не могу вспомнить.
— Извини за тот раз со свитером.
— Ты все еще думаешь об этом? — пожимает плечами Элви. — Не бери в голову. Все сработало.
— Мне жаль, если я втянула тебя в неприятности.
— Перестань. После твоей смерти мама и папа были настоящими катастрофами. Их все взрывало. Я знаю, что свитер определенно помог папе.
— Тогда не жаль, что тебе пришлось тяжело. Тяжело из-за меня.
— Лиззи, единственная тяжелая вещь — это потерять сестру.
— У тебя такое доброе сердце. Ты ведь знаешь это? Ты всегда был лучшим ребенком в мире. Если я когда-то раздражалась на тебя или что-то еще, это только потому, что ты был намного младше меня и я привыкла быть единственным ребенком.
— Я знаю это, Лиззи, и я тоже тебя люблю.
Оуэн слышит звук приближающейся к ним сети.
— Они почти здесь, — шепчет он Лиз.
— Кто это с тобой? — спрашивает Элви.
— Это Оуэн. Он мой… — Она делает паузу. — …парень.
Элви кивает:
— Круто.
— Приятно познакомиться с тобой, Элви, — говорит Оуэн.
— Мы встречались прежде? Твой голос кажется знакомым. Ты тот парень, который подсказал мне правильный шкаф? — спрашивает Элви.
— Да, — говорит Оуэн, — это был я.
— Кстати, Элви, — спрашивает Лиз, — как ты услышал меня сегодня вечером?
— Я всегда слушаю воду. Я слушаю с тех пор, как был маленьким, — говорит Элви. — Я никогда не переставал надеяться, что это можешь быть ты.
В этот момент Лиз чувствует, как знакомая сеть тянет ее и Оуэна прочь из Колодца. Лиз вздыхает. Итак, свадьба оказалась не совсем такой, как она ее представляла. Но с другой стороны, что в этой жизни оказывается таким?
— Твой брат реально крутой ребенок, — говорит Оуэн по пути назад.
— Он такой, — соглашается Лиз. — Учитывая все обстоятельства, это была хорошая свадьба, ты так не думаешь?
— Да, — соглашается Оуэн.
— И Зоуи была прекрасной, — добавляет Лиз.
Оуэн пожимает плечами:
— У меня не получилось хорошенько ее рассмотреть. Все невесты выглядят примерно одинаково.
Лиз цепляет пальцами сетку:
— Иногда я жалею, что не смогу надеть белое платье.
— У тебя есть белое платье, Лиз, — произносит Оуэн, — хотя оно и выглядит больше как пижама.
— Ты знаешь, что я имею в виду. Свадебное платье.
Сеть приближается к поверхности. И перед тем, как вырваться на холодный ночной воздух, Оуэн поворачивается к Лиз.
— Я женюсь на тебе, если ты хочешь, — говорит он.
— Я теперь слишком молода для этого, — отвечает она.
— Я бы женился на тебе раньше, но ты не хотела.
— Раньше я была слишком молода и мы не знали друг друга достаточно хорошо.
— Ох, — произносит Оуэн.
— Кроме того, — говорит Лиз, — в этом не было смысла. Ты был женат прежде, и мы и так уже знали, кто мы, полагаю.
— Ох, — говорит Оуэн, — но я женился бы, ты же знаешь.
— Я знаю, что женился бы, — произносит Лиз, — и это знание радует почти так же.
В этот момент сеть оказывается на поверхности, и их опускает на палубу буксира.
— Привет, босс, хочешь сам вести обратно? — спрашивает детектив из бюро Оуэна.
Оуэн смотрит на Лиз.
— Все в порядке, веди если хочешь, — говорит Лиз. — Я все равно засыпаю.
Она зевает. «Это был прекрасный день», — думает она. Она подходит к груде дождевиков и ложится.
Оуэн смотрит, как Лиз использует один из дождевиков в качестве одеяла. В этот момент он решает сказать Лиз, что хочет жениться на ней завтра, или на следующих выходных, или как можно скорее.
— Лиз, — окликает он. Но лодка слишком громкая, и Лиз его не слышит, а эта тема никогда больше не всплывает снова.
***
На следующий вторник Кертис Джест навещает Лиз в Отделе домашних животных. Довольно необычно для него приходить к ней на работу, но Лиз ничего не говорит.
— Как прошла свадьба? — спрашивает Кертис Лиз.
— Средне, — отвечает Лиз, — но я очень наслаждалась. Хорошо увидеть людей, которых ты не видел какое-то время.
Кертис кивает.
— Но все свадьбы примерно одинаковые, разве не так? Цветы и смокинги, белые платья и торты, кофе. — Лиз смеется. — В некотором смысле вряд ли это того стоит.
Кертис снова кивает. Лиз смотрит на него. Она замечает, что он необычайно бледен.
— Кертис, в чем дело?
Кертис делает глубокий вдох. Лиз никогда не видела его таким нервным.
— Вот именно, Лиззи. Едва ли это того стоит, если только это не твоя свадьба.
— Я не понимаю.
— Я пришел… — Кертис прочищает горло. — Я пришел просить твоего разрешения…
— Моего разрешения? На что?
— Прекрати перебивать, Лиз! Это и так трудно, — говорит Кертис. — Я пришел просить твоего разрешения жениться на Бетти.
— Ты хочешь жениться на Бетти? Моей Бетти? — заикается Лиз.
— Мы с ней встречаемся пять лет, как ты знаешь, и недавно меня охватило полнейшее убеждение, что я должен быть ее мужем, — произносит Кертис. — Ты ее ближайшая родственница, так что я подумал, что сначала должен решить это с тобой.
Лиз бросается обнимать Кертиса:
— Господи, Кертис! Поздравляю!
— Она еще не сказала да, — отвечает Кертис.
— Думаешь она скажет? — спрашивает Лиз.
— Мы можем только надеяться, моя дорогая. Мы можем только надеяться.
Кертис скрещивает пальцы. Он держит их скрещенными, пока Бетти не говорит «да» через два дня.
Свадьба запланирована на последнюю неделю августа, через две недели после того, как Лиз отметила бы свой двадцать второй день рождения.
Бетти просит Лиз быть подружкой невесты. Тэнди — другая подружка невесты, и обе девочки одеты в одинаковые платья из глубокого золотого шелка, которые Бетти сшила сама.
Свадьба проходит в саду Бетти. По ее просьбе ни один цветок не пострадал.
Бетти плачет, и Кертис плачет, и Оуэн плачет, и Тэнди плачет, и Сэди плачет, и Джен плачет, и Олдос Гент плачет. Но Лиз не плачет. Она слишком счастлива, чтобы плакать. Двое ее любимых людей в этом мире женятся, а это случается не каждый день.
После того как церемония закончилась, Кертис поет песню, которую написал для Бетти, когда Лиз восстанавливалась.
Лиз идет к Тэнди, которая ест огромный кусок свадебного торта.
— Когда я увидела тебя в первый раз, я подумала, что ты выглядишь как королева, — говорит Лиз Тэнди.
— Однако это не помешало тебе меня разбудить, — отвечает Тэнди.
— Ты помнишь? — спрашивает Лиз. — Ты была едва ли проснувшейся в то время.
