Уперевшись спиной о скользящую стенку эмалированной ванной, она подняла книгу, зажав в руке, и продолжила чтение. Отвлекалась лишь несколько раз, чтобы потереть уставшие от длительного контакта с текстом. Обычно, они болели, когда она долго и беспрерывно сидела за рисованием. Книгам Фрея отдавалась куда реже.
Она опустила руку, с зажатой между пальцами книгой вниз, чтобы в который раз потереть влажной ладонью глаза, когда в соседней комнате послышался громкий хлопок дверью. Слышимость между тремя комнатами была достаточно хорошей, поэтому часто неуклюжие движения Рейчел отзывались эхом в их с Алиссой комнате, нарушая границы личного пространства даже без непосредственного присутствия девушки.
Книга выпала из рук, когда сама Фрея от неожиданности скользнула вниз, намочив в прохладной воде половину лица. Рейчел громко хохотала, и её смех отбивался от покрытых плитками стен. Казалось, между двумя комнатами не было никакой стены или запертых на ключ дверей. Фрея быстро спохватилась с места, поспешив схватить полотенце для обтирания тела.
Хриплый мужской смех заставил выронить полотенце из рук. Скрип кровати, тяжелое дыхание, сдавленное мычание. Фрея почувствовала зарождающееся в груди волнение, от которого едва успела успешно оправиться.
Надела наспех белье, не задерживая в зеркале изучающего взгляда, поверх набросила тонкую ночную рубашку. Ткань прилегла к влажному телу, отдельные пряди волос прилипали к шее. На ноги натянула теплые шерстяные носки, заглушающие каждый тихий шаг. Ей стоило быстрее уходить, чтобы замкнуться в своей комнате и спрятаться за книгой. Вместо этого по холодному кафелю на носочках Фрея подошла к двери, ведущей в комнату Рейчел, и приложилась к ней ухом.
— Что ты делаешь? — Рейчел засмеялась слабо и неуверенно, отодвигаясь от парня чуть дальше. — Прекрати, пожалуйста, — кровать едва слышно скрипнула от осторожного движения девушки. Фрея налегла на двери чуть сильнее, отчего те будто бы подались вперед под её весом. Благо тому, что она не забыла запереть их на замок.
— Разве тебе не нравиться? — отрывисто прошептал Джеймс. От звука его голоса Фрея почувствовала знакомый кульбит внизу живота, отозвавшейся в голове тревожным звонком. — У тебя это впервые, не так ли? — он говорил в перерывах между поцелуями, которые она различала исключительно через томные вздохи Рейчел, от которых кожа Фреи покрывалась мурашками.
— Нет. Точнее, да… Прекрати, пожалуйста, — ещё одна неуверенная попытка оттолкнуть Джеймса, с которой Фрея мысленно едва справлялась. Голос Рейчел звучал взволновано, будто она не могла понять, что происходило. Фрее, как и Джеймсу, было невдомек, было ли это искусное притворство, либо же она действительно не могла понять, на что невольно согласилась. — Пожалуйста, — сдавленно произнесла Рейчел. Казалось, ещё немного и она расплачется.
— Я думал, ты сама этого хотела, — кровать скрипнула ещё громче. Джеймс сел, очевидно, отодвинувшись от девушки, из-за чего та выдохнула с заметным облегчением. — Зачем было морочить мне голову этими всеми поцелуями, сладкими словами и прочей чепухой?
— Прости, я не…
— Всё в порядке. Какая глупость, мы просто неправильно поняли друг друга, — Джеймс говорил с напускной небрежностью, что Фрея без особых затруднений смогла различить. Ей хотелось распахнуть двери и ударить его побольнее. Узел внизу живота развязался, сменившись негодованием, охватившем тело целиком. — Давай встретимся в следующий раз, когда ты поймешь, чего хочешь. Потому что моё желание вполне определимо, — его тон был полон жестокой иронии. Фрея чувствовала обиду за раздавленные чувства Рейчел и могла только себе представить, как та не могла произнести и слова, глотая крокодильи слезы.
— Джеймс, — голос девушки был надломлен тихим всхлипом, что она не смогла удержать. Тяжелое сопение нарушало тишину.
Фрея в нетерпении ожидала, чем ответит Джеймс, но тот молчал. Даже не заметила, как сама задержала дыхание. Голый кафель колол холодом даже через грубую ткань носков. Ей не терпелось зарыться под одеяло с книгой, забыв о подслушанном разговоре.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Громкий хлопок дверью сотряс стены. Фрея оторвала ухо от двери, будто та ударила её током. Шмыгнула обратно в комнату, чтобы затем опрометью выскочить в коридор. И стоило ей только распахнуть двери, как Джеймс сам оказался у двери, будто догадывался о её намерении догнать его.
— Какого чёрта? — Фрея с силой ударила Джеймса в грудь сжатой в кулак ладонью. Он держал руки в карманах, на лице застыло серьезное выражение, быстро сменившееся улыбкой. — Зачем ты это сделал? Ты мерзкий, черствый, самовлюбленный… — она взяла его за ворот рубашки и втянула в комнату, захлопнув за ним двери, чтобы избежать посторонних глаз. Говорила шепотом, только бы Рейчел не смогла расслышать их и уличить в маленьком предательстве.
— Ты только из ванной? От тебя приятно пахнет, — он подошел к ней настолько близко, что расстояние между ними оставалось опасно крошечным, и втянул воздух, что сбило с толку. Фрея подпёрла спиной дверь в ванную, блокируя ход для Рейчел. Кроме того в любую минуту могла вернуться и Алисса. — Милый вид, — Джеймс усмехнулся, окинув её оценивающим взглядом. Фрея будто только сейчас вспомнила о том, что рубашка прилегала к телу, открывая очертания груди, на которой тут же сложила руки.
— Я всё слышала, — с упреком заявила Фрея. — Ты пытался вынудить Рейчел сделать то, чего она не хотела. А кроме того сделал её виноватой. Это слишком даже для тебя. Как ты можешь быть таким жестоким?
— Как ещё я должен был заставить её бросить себя? — Джеймс стегнул плечами. Театр абсурда опустил занавес после нашумевшего представления, вот только не все актеры были предупреждены о том, что принимали участие. — Она порядком мне надоела. Ничего жестокого в этом не было. Чистой воды формальность.
— Ты ещё больший идиот, чем кажешься сначала, — она закатила глаза, чувствуя накатывающие волны всепоглощающей злости.
— К тому же невероятный стратег.
— Просто потрясающий, — фыркнула Фрея, вызвав на лице парня улыбку. — Ты пришел ко мне похвалиться достижением?
— Нет, проверить твоё самочувствие, — с иронией ответил Джеймс. Он знал куда уколоть. — Ты намеревалась побежать за мной, чтобы отчитать, как школьника, за плохое поведение? Если да, то хочу, чтобы ты знала, что мне совершенно не жаль.
— Кто бы мог предположить обратное. Зачем ты вообще…
Фрея не успела договорить, как Джеймс застал её врасплох поцелуем. От неожиданности она чуть пошатнулась на месте и звучно ударилась спиной о тонкую дверь. Она совершенно забыла о том, что оставила двери в комнату Рейчел запертыми, а потому блокировать стоило вход в комнату, но это едва ли было важным в тот момент. Фрея чувствовала, как по спине пробежался холод, а внутренности тронула приятная дрожь. Она сразу почувствовала руки Джеймса на своем теле. Они будто прожигали кожу, оставляя неизлечимые ожоги. И всё же когда ладони сжали мягкие бедра, поддавая их немного вперед, Фрея снова почувствовала ту самую приятную истому.
Её отрезвило ощущение твердой плоти, которой Джеймс прижимался к ней. Чувство стыда отозвалось острой головной болью, пронзившей тело молнией. Сухие губы, впитавшие в себя никотиновый дым и запах Рейчел, продолжали касаться её губ, но те перестали вдруг отвечать. Джеймс открыл глаза, ослабил слегка хватку. Фрея не спешила его отталкивать, даже когда пелена упала с глаз. Желание внутри неё погасло, сменившись разочарованием, прежде всего в себе. Она смотрела на Джеймса пустым отстраненным взглядом, вынуждая к добровольному отступлению.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ты невыносимо гадкий, — прошипела сквозь зубы. — Мне мерзко от тебя, — она не отрывала от него глаз. Ненависть к себе грызла изнутри, но Фрея обрушивала её на Джеймса, вид которого вдруг стал растерянным, будто это его кто застал врасплох.
Он ушел сам. Указывать на дверь было лишним. Фрея отвернулась к зеркалу. Всматривалась в собственное отражение несколько долгих минут, касаясь подушечками пальцев губ, на которых ещё чувствовала влагу поцелуя Джеймса.
