26 августа, около 8 часов утра, когда после отбития второй атаки на Семеновские флеши Наполеон посылает туда подкрепления, Кутузов направляет туда же части из резерва, в частности бригаду ген. Бороздина 2-го из дивизии Депрерадовича и полки: кирасирские Его и Ее Величества и Астраханский кирасирский. С ними к Семеновским флешам направляется и находившаяся у Псарева 1-я батарея. В строю батареи, кроме командира, находились следующие офицеры: шт. — кап. Бистром, поручик Гельмерсен, подпоручики Гижитский, Дивов и Павлов.
Рысью, во взводной колонне, двинулся туда кап. Захаров и прибыл к левому флангу как раз тогда, когда французская пехота, направленная в промежуток между флешами и Утицким лесом, угрожала обходом.
Заметив в кустарниках обходящего неприятеля, Захаров построил фронт и без прикрытия понесся вперед, снялся на дистанции близкого картечного выстрела и открыл убийственный беглый огонь по выходящей из леса пехоте, которая, понеся большие потери, вынуждена была остановиться.
Тем временем находившийся при батарее полк. Козен подскакал к кирасирам, дабы ускорить их движение. После же прибытия последних батарея приняла вправо и вступила в бой с 30 орудиями, стоявшими против нее, причем батарея разделилась.
Шт. — кап. Бистром с тремя орудиями занял возвышенность, дававшую возможность фланкирования неприятельской позиции, остальные же пять орудий поставили на интервалах в 50 шагов, дабы представлять меньшую цель. Мера эта оказалась чрезвычайно удачной, и, в то время как с батареи ясно были видны попадания Бистрома, у нас ни одно орудие не было подбито.
Зато потери в личном составе были большие.
Одним из первых пал молодой 19-летний подпрапор. Павлов, недавно определенный цесаревичем в лб. — гв. конную артиллерию. Павлов — первый гвардейский артиллерист, павший на поле брани после убитого в 1695 г. под Азовом князя Федора Троекурова. Ранен подпор. Дивов.
Вскоре, расстреляв все комплекты снарядов и в ожидании прибытия второго эшелона зарядных ящиков, батарея отведена, по приказанию полк. Козена, назад. Захаров же поскакал к Бистрому, чтобы узнать, нельзя ли усилить его одним или двумя орудиями.
«Ну, ребята, как вы тут живете-можете? Довольно ли у вас еще зарядов? Завидую счастью вашему! Вы можете еще сражаться за Царя и Отечество».
С этими словами обратился Захаров к солдатам, и в это время ядро ударило в него и в близстоявшего фейерверкера. Четыре канонира подняли его, чтобы нести на перевязочный пункт, но, претерпевая ужасные мучения, он приказал двум из них вернуться обратно.
«Подите туда, вы там нужны, а меня и двое как-нибудь доволокут».
Через четверть часа Захаров скончался, спрашивая: «Отступил ли неприятель?»
Так геройски пал в бою первый командир 1-й батареи.
Около 11 часов батарею отвели в резерв, причем несколько орудий вывозились на одном уносе, а в зарядных ящиках было по одной лошади. Кроме офицеров батарея потеряла: 58 нижних чинов и 73 лошади.
Вторая батарея, как мы уже знаем, на рассвете 26 августа перешла к дивизии Депрерадовича и, после ухода к Семеновским флешам кирасир, осталась в резерве. В строю батареи, кроме командира, находились следующие офицеры: шт. — кап. Столыпин, пор. бар. Вольф, подпор, бар. Корф, Бартоломей и Куприянов!
После полудня, когда, в связи с рейдом Платова и Уварова, на фронте наступило затишье, последний резерв Кутузова — полки: Преображенский, Семеновский, кавалергарды и конная гвардия — подведены были к батарее Раевского, и вместе с ними передвинута туда и батарея кап. Ралля.
Когда французские атаки возобновились и Коленкуру удалось ворваться с горки на батарею Раевского, кирасиры его были оттуда выбиты и их преследовали части 2-го кавалерийского корпуса ген. адъют. Корфа. Особенно удачной была атака псковских драгун и — 1-му дивизиону 2-й батареи приказано поддержать кавалерию.
Выехав карьером вперед и снявшись на ближнюю картечь, дивизион открыл огонь, про который полк. Козен писал, что «тут ни одна картечная пуля даром не пропадала».
Продолжая движение вперед, войска наши наткнулись на неприятельскую пехоту и 12 ор. батарею. После короткого, жаркого боя орудия гв. конной батареи вынуждены были отступить, потеряв 23 нижних чина. Смертельно ранен кап. Ралль, и убит пор. барон Вольф.
С трудом возвратился с дивизионом шт. кап. Столыпин, принужденный отходить по местности, почти совершенно занятой неприятелем. Ему удалось сохранить все орудия, несмотря на то что в одном из них было разбито передковое колесо и поэтому номера тащили его, помогая лошадям, и вывезли на трех колесах. Два зарядных ящика и один передок взорваны.
Почти одновременно французская кавалерия атаковала 7-ю пехотную дивизию ген. Канцевича, и ей удалось прорвать каре 9-го егерского полка.
«Я предвидел уже решение нашей участи, — пишет ген. Барклай в своем донесении государю, — и всю свою надежду полагал я на храбрую пехоту и артиллерию, сделавшиеся в этот день бессмертными».
Видя отход нашей пехоты, командир 2-го дивизиона 2-й батареи поручик бар. Корф, не ожидая приказания, двинул свой дивизион вперед, прямо ей навстречу.
По его примеру и по его приказанию солдаты махали руками и плетками, давая понять пехоте, чтобы она приняла в стороны, что при грохоте стрельбы криком сделать было невозможно.
Когда пехота очистила местность, неприятельская головная колонна была от дивизиона саженях в 100, но после второй или третьей картечных очередей колонны как не бывало: на ее месте лежала груда трупов. «Аж черно да мокро», — вырвалось у солдат, когда дым рассеялся.
Вслед за пехотой двинулась кавалерия Груши. Ободренный успехом, бар. Корф намеревался точно таким же образом встретить эти войска, но кавалергарды находились далеко, и, кроме того, между дивизионом и кавалергардами было возвышение. Несмотря на это, он встретил атакующего частым огнем. Однако кавалерия дошла до орудий, их пришлось вывозить, номера не успели сесть на коней и бежали подле орудий.
Бар. Корф вел дивизион прямо на Кавалергардский полк. Выскакав вперед, на возвышение, он крикнул командиру 1-го взвода лейб-эскадрона: «Башмаков, выручи орудия». Кавалергарды бросились вперед, за ними Конная Гвардия, и противник вынужден был остановиться и затем отходить.
Бар. Корф тяжело контужен, подпор. Бартоломей ранен. Кроме офицеров, батарея потеряла 49 нижних чинов и 40 лошадей.
Таким образом, в Бородинском сражении пали смертью храбрых оба командира батарей. За все дальнейшее существование лб. — гв. конной артиллерии в бою пал лишь один командир: 8 сентября 1915 г. в бою под Телеханами убит ружейной пулей на наблюдательном пункте командир 5-й батареи полковник Федор Владимирович Трепов.
B.C. Хитрово
Литовцы под Бородином
«Полки лб. — гв. Литовский и Измайловский с непоколебимою храбростью и невзирая на понесенную потерю, пребывали в наилучшем устройстве. В сем сражении покрыли себя славою в виду всей армии». Слова светлейшего князя Кутузова-Смоленского из его донесения на Высочайшее Имя о Бородинской битве
В бою под Бородином в 6 часов утра 26 августа началась атака Багратионовых флешей. Шесть раз флеши переходили из рук в руки. Атаки чередовались контратаками. В 6-й раз князь Багратион стал организовывать контратаку, но был смертельно ранен. Потеря любимого вождя вызвала расстройство и растерянность в рядах защитников флешей. Командование принял ген. Коновницын. Ввиду серьезности положения Кутузов высылает из резерва лб. — гв. Измайловский, Литовский и Финляндский полки, которые в 11 часов занимают, южнее деревни Семеновское, восточный берег ручья-оврага против Багратионовых флешей. Измайловцы и литовцы налево, побатальонно в шахматном порядке. Между лб. — гв. Литовским полком и деревней Утица, занятой 3-м корпусом
Тучкова 1-го, рассыпана по лесу и кустарникам цепь стрелков Шаховского. Лб. — гв. Финляндский полк расположен 3–4 версты уступом за литовцами.
В 11 ½ часов генерал Коновницын, под прикрытием гвардии, стал отводить свои измученные пятичасовым боем и перемешанные полки. Мимо литовцев проходили расстроенными кучками и в одиночном порядке защитники флешей, многие из них пристраивались к полку.
Однако взятие флешей не дало французам прорыва — образовалась новая линия фронта, не из линии укреплений, а из батальонов лб. — гв. Литовского и Измайловского полков.
Ней и Мюрат (Даву был сильно контужен и выбыл из строя) решили расчистить дорогу массовой кавалерийской атакой, предварительно подготовив ее артиллерийским огнем. Поставили батареи на западный господствующий берег оврага в 500–600 шагах от линии литовцев и измайловцев и открыли огонь. Этот убийственный огонь заставил полки гвардии отойти на 50—100 шагов, где действие огня было слабее. Нужно помнить, что в то время действительная дальнобойность ружья была 300–350 шагов, скорострельность теоретически 2 выстрела в минуту, а дальнобойность артиллерии ядром 900—1500 шагов.
