Отрубленная голова покатилась по песку, а тело медленно и неохотно завалилось на песок, фонтанируя кровью на ближайшие пару метров. Убийца в балахоне подкинул в воздух копьё, замахиваясь для следующего броска, и окинул округу хищным взглядом.
В эту секунду сердце перестало биться. Ум твердил, что опытный охотник с лёгкостью заметит затаившуюся жертву, но страх уверял, что вдруг, в пылу схватки, он упустит две сгорбленные фигуры, сидящие у засыпанной телеги. Балахон человека с занесённым копьём повернулся в нашу сторону и уставился прямо на меня. Я не видел ни глаз, ни какой-нибудь ещё прорези для них, сплошная хламида, но в этот момент сработало предчувствие и вся кожа, испещрённая десятками мелких ран почувствовала этот хищный взгляд.
Существо заулюлюкало, размахивая свободной рукой в нашу сторону и громадная гиена прыжком бросилась на нас. Проводив взглядом ручное животное, балахон метнул копьё куда-то в сторону поля боя и тем же бегом направился обратно.
Страшное животное в несколько сильных прыжков преодолело всё расстояние между нами. Вынув из кармана кинжал, я дрожащими руками сжал его острием в направление угрозы, продолжая не понимать, что происходит в этой демонической пустыне.
Последним прыжком помесь гиены бросилась в нашу сторону, намереваясь размозжить меня своим телом, но орк вновь встрял в самый нужный момент. Бросившись на перерез монстру, звеня кандалами, он столкнулся с ним в воздухе, и два тела с грохотом влетели в борт телеги.
Тряхнув лысой башкой, зверь быстро вскочил и набросился на желтокожего, не давая ему подняться. Навалившись на громилу всей массой, монстр сомкнул челюсти на лице орка. На миг я зажмурился, понимая, что следующая очередь за мной, но ударивший по ушам лязг металлических цепей заставил открыть глаза. Орк был жив.
Выставив руки со смоткой цепей перед собой, он всунул их в пасть зверя, заставив ту сжаться в считанных сантиметрах от его лица. Теперь громила рычал и скалился на нависшую смерть, которая, брызжа слюной, таращилась на него сверху.
Момент был неподходящий, но я в деталях смог разглядеть всё тело непонятного монстра. Вблизи он точно не походил на гиену, что-то родное, но сильно отличающееся. Будто член клана, но с другим окрасом кожи. Маленькие чёрные глаза налитые кровью не обращали на меня никакого внимания: они таращились на орка под ногами. На морде у помеси гиены чётко виднелись какие-то плоские наросты, выпирающие из-под лысой кожи. Приглядевшись к телу, я заметил и там такие же. Будто скрытая броня, они усеивали всё тело могучего зверя.
Вдруг, тварь помотала цепями из стороны в сторону и не порвав сталь кандалов, начала топтать орка своими могучими лапами, похожими на стволы высохших деревьев. Громила засипел, скалясь ещё сильнее. Кривые когти передних лап в секунду порвали на нём кожаную куртку, взявшись за жёлтую заскорузлую плоть. Теперь орк уже не сипел, он поскуливал, продолжая таращиться смерти в глаза и цепляться за свою жизнь голыми руками.
В этот момент я ощутил небывалый подъём сил. Страх не просто исчез, он испепелился огнём. Огнём стыда, от того, что не смог сразу помочь орку. Огнём жажды жизни. Кровь вскипела, а тело будто стало легче на добрый десяток килограммов.
Вскочив, я со скрежетом наотмашь рассёк морду зверя по диагонали. Заскрипел подкожный панцирь, проступила едва видимая рваная рана, из которой начала сочиться кровь. Этого было мало для нанесения серьёзного урона. Выскочившая цифра в семь единиц меня не устраивала и, прыгнув в сторону, занёс кинжал для нового удара.
Монстр проводил меня взглядом, собрался было отпустить цепи, чтобы встретить угрозу, но тут орк перекинул две болтающиеся цепи из тех, что при укусе выпали из пасти монстра через его голову, и зацепил их за уши, притянув на себя. Зверь на это начал бить сильнее лапами, а я в шаге с криком ярости обрушил кинжал на ухо монстра, угодив в замеченный стык, между двумя плоскими подкожными щитками.
Лезвие вошло на две трети, когда монстр среагировал и прыгнул в противоположную от атаки сторону. Ударившись тяжёлым телом о борт телеги, тварь дёрнулась обратно, засадив оружие в рану по саму рукоять. Я с силой потянул рукоять на себя, но зверь дёрнулся и оружие застряло, а рука беспомощно соскочила с взмокшей от крови деревяшки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Со злости саданув твари по рёбрам кулаком, я вдруг заметил, что на них уже появились достаточно длинные костяные шипы. Особого результата это не привнесло, однако, гиене явно не пришлась по душе потрёпанная шкура. Вознамерившись наказать обидчика, она ударила задней лапой меня прямо в живот. В полёте успеваю заметить как она, дёрнувшись назад, перекусывает стальные звенья одной цепи и рвётся ко мне.
Вскочив в ту же секунду, что и упал, запрыгиваю сверху на спину зверю и, впившись когтями левой руки, всаживаю шипы на правой до самых костяшек, сбивая в кровь запёкшуюся корочку на ладонях. Монстр дёргается всем телом, пытается вскочить, но орк продолжает упорно тянуть его морду к земле. При этом он бешено ревёт всей глоткой. Переняв его вопль, я уже сам ору что есть силы голосовых связок и бью тварь в одно и то же место шипами. Бью и бью, а хлещущая кровь смешивается с моей, заливая тело орка. Но тот как будто ловит экстаз от этого, ревя всё сильнее.
Я уже чувствую, что под шипами становится склизко и мягко, дёргаю в сторону и животное заходится кашлем. Бешено замотавшись, зверь сталкивает меня вниз, но я тут же цепляюсь за торчащие кудрявые волосы на холке и, повиснув на боку, ударяю прямо в горло, туда, где уже виднеется глубокая рана.
Шипы пробивают преграду, уходя куда-то в глубь. Кровь ручьём хлещет на нас, а я разжимаю руку прямо в ране. В ладонь упирается что-то твёрдое и, схватившись за это, дёрнул изо всех сил.
Резкий рывок подкинул меня в воздух, заставив неприятно рухнуть на горячий песок. Поднявшись на ноги, бросил быстрый взгляд по сторонам. Тварь полулежала в десяти шагах, без перерыва харкая кровью. Сжав кулак, почувствовал в руке какой-то предмет. Взглянул на него, не понял что это такое. Больше всего походило на какую-то чёрную кость, на которой было что-то вроде округлого щитовидного хряща. Бросив странный предмет в песок, встал напротив тяжело поднимающейся твари.
Встав на четыре лапы, зверь схаркнул кровавую слюну и бросился на меня, низко пригибая голову к песку. Заорав, подобно орку, я бросился навстречу, позабыв обо всём в этот момент. Теперь единственным моим желанием было разорвать своего обидчика во что бы то ни стало.
Когда между нами осталось два метра, мы одновременно прыгнули. Я успел заметить как напрягаются мышцы гиены перед прыжком, и что было силы толкнулся от песка вверх. Монстр, напротив, прыгнул вперёд, пригибая голову. В полёте он увидел, как цель ускользает мимо, и попытался задрать голову, чтобы вцепиться в меня между ног, но разорванное горло не позволило этого сделать.
Приземлившись задницей на поясницу гиене, вцепился свободной рукой в её шкуру и, изогнувшись, потянулся, чтобы ударить прямо в голову. Недовольная промахом, она, напротив, попыталась достать меня и тоже потянулась мордой ко мне. В этот момент я оказался быстрее. Шип, в районе рекордных пятнадцати сантиметров, угодил прямо в чёрный глаз монстра. Кулак смачно ударил в скулу, и сломавшаяся от удара кость осталась в ране.
Завалившись на песок, мы преодолели ещё около пяти метров по инерции, стирая плоть гиены в кашу о песок, пока её голова не наткнулась на преграду в виде телеги. Колесо, о которое она ударилась, разлетелось в клочья, ознаменуя собой смертельный исход одного из сражавшихся.
Глава 39 Буря [Красиал]
— Хей, — от созерцания изысканного по классу оружия, меня отвлёк окрик ещё одного торговца.
Он оказался у меня прямо за спиной и по всей видимости прибыл самым последним, так как ещё только вылазил из утробы своего топтуна, потягивая трубку с каким-то зеленоватым дымком.
