раздумывая ни секунды, со вздохом выдыхая, когда чувствую, как его твердое, мускулистое тело прижимается к моему.
— Скажи мне, девочка, — бормочет он глубоким раскатистым голосом, — тебе больно сейчас?
— Я… — Мой голос замирает на губах, когда его горячий взгляд встречается с моим, и я чувствую, как он твердеет там, где мои бедра соприкасаются с его.
— Твоя киска. — Его другая рука опускается на мое бедро, его сигарета затушена и отброшена в сторону. — Ты чувствуешь еще прилив нежности после того, что мы делали прошлой ночью?
Я чувствую пульсацию между ног, когда слышу, как он это говорит, мое сердце бешено колотится в груди.
— Д…да… — признаю я, не нуждаясь в том, чтобы скрывать, как краснею от одной мысли об этом, от неуверенности, которую я больше не чувствую. — Сегодня утром я проснулась с разбитым сердцем и пустотой.
— Я бы лучше позаботился о тебе прошлой ночью, девочка, если бы знал. Двигался медленнее, раскрывал тебя языком и пальцами, пока ты не была готова принять мой член. Я бы не стал толкать тебя так быстро.
Быстро? Он прижал меня ртом к двери, а потом мы целовались на ковре еще до того, как занялись сексом.
— Прошлая ночь прошла быстро? — Выпаливаю я, не в силах остановиться. Не то чтобы это имело значение, теперь он уже знает, что это был мой первый раз, напоминаю я себе.
Найл издает смешок, злобно ухмыляясь мне сверху вниз.
— Да, девочка. Это может быть немного быстрее, если оба спешат, но прошлая ночь прошла быстро для меня. Я был слишком голоден, слишком нуждался в тебе. Давненько я не получал такого удовольствия с женщиной, особенно с такой…
Я смотрю на него снизу вверх, когда он замолкает, у меня перехватывает дыхание, пульс учащается, когда я чувствую, как его рука сжимается на моем бедре.
— Какой?..
— Красивой, — шепчет он, протягивая руку, чтобы провести большим пальцем по моей скуле. — Нетерпеливой.
Я немного краснею, услышав, как он называет меня нетерпеливой, но это не значит, что это неправда.
— Я хотела тебя, — признаю я. — Я все еще хочу. Я хочу… сделать это снова.
Я чувствую, как он пульсирует у моего бедра, напрягаясь, когда он притягивает меня ближе, и рука на моем лице зарывается в волосы, обхватывая мой затылок, когда он притягивает мой рот к своему. Его губы завладевают моими, горячие и яростные, его язык проникает в мой рот, как будто хочет снова завладеть им для себя.
— Ты все еще хочешь выпить? — Спрашивает Найл у моих губ, в то время как его пальцы скользят вниз по моей шее. — Или просто сразу вернемся в отель.
— В отель, пожалуйста, — шепчу я в ответ, выгибаясь навстречу этой густой твердости, которую я чувствую прижатой ко мне. Найл хихикает, запечатлевая еще один поцелуй на моих губах, прежде чем переплести свои пальцы с моими.
— Тогда пойдем, — говорит он, ведя меня вокруг бара туда, где припаркован его мотоцикл, ожидающий нас.
На этот раз я не так нервничаю. Я позволяю ему помочь мне с пряжкой шлема, немного неуклюже раскачиваюсь на нем верхом, обхватываю его руками и прижимаюсь щекой к маслянистой коже его куртки, вдыхая его запах. Я чувствую, как ветер проносится мимо нас, когда он едет по извилистой дороге, и я испытываю это чувство свободы, чувство, что мы могли бы поехать куда угодно, быть кем угодно. Я словно чувствую, как все узы, которые связывают меня с моей жизнью, распускаются, пока мы едем, изнашиваются и уносятся ветром, и я почти не хочу возвращаться в отель, просто чтобы мы могли продолжать путь. Однако я хочу Найла больше, чтобы мы были вместе, и теперь мне даже не нужно притворяться более опытной, чем я есть на самом деле. Я уклонилась от того, чтобы сказать ему, кто я на самом деле, но признала свою невинность, и он все еще хочет меня. Теперь, сегодня вечером, я могу исследовать его полностью.
Дрожь пробегает по мне при мысли о том, что он тоже изучит меня. Я снова ощущу его губы на себе, как прошлой ночью…
— Вот мы и на месте. — Найл глушит двигатель, паркуясь перед отелем, помогая мне слезть с мотоцикла. Его пальцы переплетаются с моими, подталкивая меня вперед, и мне кажется, что удары моего сердца танцуют в груди, когда я следую за ним через двери отеля, затаив дыхание и с подкашивающимися коленями от предвкушения.
Это похоже на каждый любовный роман, который я когда-либо читала, на каждую фантазию, которая у меня когда-либо была, воплощенную в жизнь, такую же захватывающую и такую же полную желания и страсти. Мы останавливаемся на полпути вверх по лестнице, чтобы поцеловаться, его губы прижимаются к моим, когда он стонет напротив моих губ, его руки блуждают по мне, а затем снова на полпути в комнату, я прижимаюсь спиной к стене, когда он запускает пальцы в мои волосы. Он хочет меня так же сильно, как я хочу его, жар и желание, густые и ненасытные, окружают нас, и я чувствую, как все, кроме нас, ускользает. Здесь, с ним, я — Габриэла. Я та, кем хочу быть, запертая в мире, который мы сами создали, в этом крошечном, дрянном отеле.
Когда Найлу, наконец, удается открыть дверь в свою комнату, мы, спотыкаясь, добираемся до его кровати так же, как вчера вечером, выходя из душа, руки повсюду. Его рот находит мое горло, когда мы падаем на кровать, его пальцы дергают за подол моего платья, но я каким-то образом нахожу в себе силу воли оттолкнуть его, затаив дыхание.
— На этот раз я хочу исследовать тебя, — говорю я ему, толкая его ладонью в грудь в попытке перевернуть его на спину, как будто я действительно могла когда-нибудь переместить его туда, куда он не хотел идти. Но он явно благосклонно относится к моему предложению, когда переворачивается на спину, прислонившись к стопке накрахмаленных подушек на кровати, и ленивая горячая улыбка расползается по его губам, когда он это делает.
— Ну что ж, — бормочет Найл, его глаза скользят по моей груди и вниз по телу. — Исследуй, девочка.
Я чувствую нервную дрожь, беспокойство о том, что я не смогу доставить ему удовольствие или что я буду слишком неуклюжей или неопытной, захлестывает меня, но прошлой ночью это, похоже, его не беспокоило. Я говорю себе, что теперь это его не будет беспокоить. Вместо этого я пользуюсь возможностью оседлать его бедра, чувствуя, как мое платье скользит вверх, когда
