Читаем без скачивания Тайник - Тоби Болл

— Мне нужен чек.

Взглянув на полицейских, Ференц перевел взгляд на Паскиса.

— Вот возьмите, — произнес он, положив перед собой узкую полоску бумаги.

Получив сдачу, Паскис аккуратно сгреб чек вместе с деньгами.

— Благодарю вас, — сказал он. — Завтра утром вы будете здесь?

Ференц кивнул.

— У меня кое-что для вас есть.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ

Рыжий Генри и Ян Блок сидели в сауне клуба «Капитолий». Мэр уперся руками в колени, широко растопырив локти. От жара его массивная спина покрылась красными пятнами. Смуглый Блок, габариты которого недотягивали и до половины Генри, распростерся на полке.

— Ну что ж, поляки наконец сломались, — проговорил Блок.

Генри молча кивнул.

— Педжа сказал, ты до смерти напугал этого красного профсоюзного козла. Как там его зовут?

— Энрике Дотель.

— Да, Дотель. Педжа говорил, ты вывесил его из окна и держал за ноги, пока тот не обоссался. И что полякам это понравилось.

Генри опять кивнул.

— Что приуныли, ваша честь? — насмешливо спросил Блок.

Генри повернулся к нему.

— А где все остальные?

— Кто? Альтабелли и Берналь?

Генри кивнул.

— У Альтабелли годовщина свадьбы. Двадцать пять лет назад его угораздило жениться на этой самой Джейн.

— Я знаю, что у него годовщина, — бросил Генри.

Блок был женоненавистником. Иногда это забавляло, но чаще раздражало Генри.

— У Берналя встреча.

— С кем?

Блок пожал плечами, но Генри уже смотрел в другую сторону и этот жест остался незамеченным.

— С кем? — уже громче спросил Генри.

— Не знаю, — поспешно отозвался Блок. — Он не сказал, а я не стал уточнять. Какая муха тебя укусила?

Генри снова повернулся к Блоку.

— Интересно, кто первый нас продаст?

— Продаст?

— Да. Нас четверых — тебя, меня, Альтабелли и Берналя. Кто из нас станет предателем?

Блок несколько удивился, но все же ответил:

— Ну, думаю, что не ты, и точно знаю, что не я.

Генри согласно кивнул, не отрывая взгляда от своих могучих пальцев.

— Значит, Альтабелли или Берналь. Как думаешь, кто-то из них темнит? Отвечай на вопрос, — строго велел мэр.

— Не знаю. Трудно сказать. Скорее Берналь. Он последнее время какой-то дерганый. К чему бы это?

Генри потер лицо огромной пятерней.

— Не знаю. У меня дурное предчувствие. Похоже, запахло жареным. Я тебе говорил, тут один тип из архива разыскивал Граффенрейда?

Блок кивнул и подался вперед.

— Я напустил на него Смита, чтобы тот чуток за ним последил. Вообще-то этот хмырь не вылезает из своей норы. Но как ты думаешь, кто к нему домой заявился на днях? Фрэнк Фрингс собственной персоной! А потом этот чертов Фрингс тиснул колонку насчет того, что встречался с парнями, которые бросили бомбы.

— Думаешь, это хмырь из архива устраивает взрывы? — озадаченно спросил Блок.

— Да нет, конечно. Мы к нему приставили парочку парней, но совсем по другой причине. Он вообще-то безвредный, если не считать, что искал Граффенрейда. В общем, у меня две проблемы. Эти бомбисты, с которыми якобы встречался Фрингс, и этот тип из архива, который что-то пронюхал про Граффенрейда и наболтал Фрингсу. С одной стороны, журналист мне нужен, поскольку знает, кто эти проклятые бомбисты, а с другой — мне ни к чему, чтобы кто-то совал нос в дело Граффенрейда или любое другое из плана «Навахо».

Блок пожал плечами, явно не разделяя тревог мэра.

— Ну и что? Расколи его. Покажи, где раки зимуют. Ты ведь отлично знаешь, как это делается. Взять хотя бы этого красного ублюдка, которого ты прищучил сегодня утром.

— Не будь идиотом. Фрингса трогать нельзя. Этот парень моментально разродится очередной статейкой, и будь я хоть ангел с крылышками, публика обязательно поведется на его писанину. В общем, я сделал по-другому. Знаешь его подружку? Нору Аспен?

— Красивая девка.

— Ферал ее похитил.

— Вот это да!

Блок не скрывал своего восхищения.

— Он выкрал дамочку из ее собственной квартиры. И оставил Фрингсу предупреждение.

— И что?

— Пока ничего. Вряд ли он сразу прогнется. Сначала мадам должна немного посидеть. Пусть знает, что мы не шутим. Я послал Смита с ним поговорить.

— Пустое дело.

— Возможно. Но он слегка порезал Фрингса. Чтобы у того мозги заработали.

— Ты только не слишком притесняй красотку Аспен. Помни о высоком моральном облике американского мужчины.

Генри покачал головой.

— Еще один облом. Лина Просницкая сбежала из психушки.

— Господь всемогущий! Как ей удалось?

Генри нахмурился.

— Мы сейчас это расследуем. Кто знает, что она делала, оказавшись на воле. Одна из сестер заметила, что ее нет, когда проверяла кровати. Ферал был занят, и я послал Смита, чтобы он все уладил.

— Господи, Рыжий, дела и вправду дрянь.

Генри кивнул, вперив взгляд в противоположную стенку.

— И какое отношение ко всему этому имеет Берналь?

— Не нравится мне, что все происходит именно сейчас. И, как назло, сразу. Мелкие неприятности валятся постоянно. Но тут точно прорвало.

— И что ты собираешься делать?

Генри не ответил. Выглядел он как-то странно. Блок хотел было переспросить, но вовремя передумал.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ПЯТАЯ

Было поздно, однако Нора захотела принять ванну. Правда, в комнате без окон понятие о времени было весьма относительным. Да и наркотический сон несколько дезориентировал ее. Ферал не предусмотрел такого поворота событий — хотя просьба была вполне естественной, — и сейчас упрекал себя за это. Здесь возникали определенные материально-технические проблемы. Он пошел в ванную и тщательно убрал все, что пленница могла употребить во вред себе или ему: в первую очередь бритвы, затем бельевую веревку, ножницы, лекарства и спички. Оставалась еще вероятность, что она утопится. Довольно неприятный момент. Но все же Ферал набрал ей теплую ванну.

Нора пошла в ванную в халате. Она впервые покинула свою комнату, чтобы сделать несколько шагов по коридору. С закрученными в узел волосами звезда выглядела очень мило и по-домашнему. Войдя в ванную, Нора попыталась закрыть за собой дверь, но Ферал придержал створку рукой.

— Оставьте дверь открытой.

— Собираетесь смотреть, как я моюсь? — Она надула губы.

Что это было? Флирт? Насмешка? Вызов? В любом случае он почувствовал себя неловко.

— Нет. Я останусь в коридоре, но дверь закрывать вам не позволю. Всякое может случиться.

— Думаете, я утону? — с вызывающей улыбкой спросила она.

Фералу было не до улыбок.

— Не знаю.

Женщина равнодушно пожала плечами, отвернулась и сбросила халат. Ферал быстро отвел глаза и с бьющимся сердцем отступил в коридор.

— Водичка отличная, — раздался из ванны голос Норы.

Не зная, что на это ответить, он спросил:

— Вы нашли мыло?

— Благодарю вас.

Ферал молча стоял в коридоре, слушая тихий плеск воды. Потом громко спросил:

— У вас все в порядке?

— Лучше не бывает, — разнеженным голосом ответила Нора.

— Там на раковине лежит полотенце.

Ферал пытался казаться равнодушным, но умирал от желания услышать ее голос снова.

— Да, вижу. Спасибо.

Через несколько минут он услышал, как всколыхнулась и выплеснулась на пол вода. Потом послышалось шуршание полотенца. Ферал словно прирос к полу.

Нора появилась из ванной уже в халате. Мокрые волосы были небрежно откинуты назад, лицо сияло свежестью. Когда она проходила мимо Ферала, ему на руку упало несколько капель воды с ее волос. Остановившись у двери в комнату, она ждала, пока он откроет. Теперь они были совсем рядом, Ферал почувствовал ее дыхание на своем лице.

— Спасибо, — прошептала Нора, переступая порог.

Мужчина закрыл за ней дверь и остался в коридоре один.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ

Берналь пришел первым. Туман, наползавший на Город с реки, насквозь промочил плащ Фрингса, заставив того дрожать от холода. Присутствие Берналя выдавала лишь оранжевая точка сигареты, вспыхивающая при каждой затяжке. Являться первым было весьма неосмотрительно, но Фрингс решил не высказывать своего неудовольствия. Фабрикант и без того был на взводе.

— Что-то вы рано, — прошептал Фрингс.

— Не вы один боитесь слежки.

Лица Берналя было не разглядеть.

— Вы уверены, что за вами не было «хвоста»?

— А вы?

Продолжать эту тему было бессмысленно, и Фрингс приступил к делу.

— Этот ваш Самуэльсон был осужден за убийство, но его так и не посадили. О нем достаточно?

— Продолжайте.

— Есть еще несколько убийц, которые были осуждены, но избежали тюрьмы. Всех выслали из Города.

Туман приглушал и искажал звуки. Любой скрип или стук пугал Фрингса — журналист не мог определить, откуда он доносится и что означает.