Грейс села к нему лицом, упираясь ногами в землю. Ее взгляд остановился на ширинке его мешковатых шортов. Точнее, на образовавшемся там «бугре». Грейс прикрыла ладонью рот, пряча понимающую улыбку.
Макс усмехнулся:
– Я не собираюсь извиняться за спровоцированную вами эрекцию.
У него саднило все тело. Сейчас ему бы не помешала успокоительная пробежка.
– Я и не жду ваших извинений, – сказала Грейс. – Мне это нравится.
Ее игривый тон подсказывал, что так оно и есть.
– Вы серьезно? – на всякий случай спросил Макс.
– Конечно. Мне приятно, что вы находите меня привлекательной.
– Еще бы! – усмехнулся Макс.
Он ждал, что она тоже засмеется, но Грейс молчала. Более того, она крепко обхватила себя за плечи, сразу став меньше. Ее глаза уперлись в землю.
Максу стало страшно. По-настоящему страшно.
– Грейс, я не хотел вас пугать. Вы бы мне сказали, что я зашел слишком далеко. Кстати, это так?
– Нет! – почти закричала Грейс. – Нет. Макс, мне… мне это понравилось. Очень. Вы меня совсем не испугали.
Макс подошел, сел с ней рядом:
– Тогда в чем дело?
Она закусила губу и вздохнула. Макс отвел ей волосы с плеча, закинув их за спину.
– Грейс, скажите, не молчите.
– Я не хочу только брать, – сказала Грейс, взглянув на его колени. – Я тоже хочу вас трогать.
– Пожалуйста, – разрешил Макс, следом подумав, не спятил ли он. – Если хотите меня трогать, начинайте хоть сейчас. А может, вам хочется трахаться в людных местах? Что ж, будем трахаться в людных местах. Вам хочется залезть мне в штаны? Смелее! Запускайте туда ваши красивые ручки.
Теперь и Грейс засмеялась:
– Мне кажется, до траханья в людных местах мы еще не дошли.
– Ха-ха! – погрозил ей пальцем Макс. – Вы не сказали «нет»! Значит, вы к этому готовы?
– Замолчите, извращенец! – игриво оттолкнула его Грейс.
Их обдувало теплым ветерком. Мягко шелестели деревья вокруг.
– Пользуйтесь мною и не бойтесь, – уже без улыбки добавил Макс. – Тогда вы не в мыслях, а в реальности поймете, чего хотите и что приносит вам удовлетворение. Ведь этим вы сейчас и занимаетесь, правда?
Несколько секунд Грейс молча и пристально смотрела на него.
– Правда, – сказала она и быстро поцеловала его в щеку. – Спасибо.
Глава 17
Грейс фотографировала Макса почти ежедневно.
Снимки на пробежке, на прогулках, при обустройстве ее дома. По правде говоря, большинство этих снимков Грейс делала украдкой и не собиралась показывать на выставке. Они предназначались для ее личной коллекции.
Макс обладал на редкость фотогеничным лицом. Если бы не симпатия Грейс, она бы его возненавидела за такую дьявольскую фотогеничность.
У Макса была суровая мужская привлекательность, разительно отличавшаяся от сладеньких лиц с журнальных обложек. Взять те же шрамы. Их у него было два: один на правой брови, второй – на подбородке. По-настоящему мужское лицо. Его волосы были темными, почти черными, как и глаза. Но на ярком солнечном свете волосы приобретали золотистый отлив, а глаза светлели, становясь шоколадно-коричневыми.
И конечно же, у него было ангельское терпение.
После памятного дня, с которого начались их фотосессии, они больше не делали попыток телесно познать друг друга. Только случайные прикосновения рук на бегу, шутливые подталкивания плечом, не более того. Никаких движений, которые тогда воспламенили Грейс. Она часто вспоминала, как они сидели на бревне. Удивительно, что она не вспыхнула факелом. Прикосновение мужских рук не заставило ее сжаться, не вызвало отвращения. Впервые за очень долгое время.
А какое это было прикосновение!
У Макса были шершавые мозолистые ладони и длинные жесткие пальцы. Такие руки могли бы довести до оргазма, даже не притрагиваясь к ее трусикам. Нежные и в то же время властные. Даже когда она деликатно отвела его руки, ощущение между бедрами сохранялось еще неделю.
Надо же, Макс взял инициативу на себя и решился до нее дотронуться. Это удивляло Грейс, но еще больше она удивлялась самой себе. Поначалу ей было страшно, даже очень. У нее сдавило легкие, сердце бешено заколотилось. Однако страх погас столь же быстро, как и вспыхнул. К тому моменту, когда Макс лизнул ее в шею и стал шептать на ухо разные возбуждающие словечки, сердце Грейс колотилось уже совсем по другой причине.
От сексуального возбуждения.
Это был зов плоти, включившийся впервые за много лет.
Грейс и сейчас могла вызвать в памяти те ощущения. Грудь Макса, упирающаяся ей в спину. Его возбуждающий шепот. Как ему удалось разжечь в ней огонь желания, да еще такой сильный? В жилах бурлила кипящая кровь. Ей стало трудно дышать. Грейс знала: если она сейчас не снимет его руки, дело закончится…
Нет, это было бы слишком скоро. Торопиться нельзя. Нужно двигаться шаг за шагом. Как бы Грейс ни гордилась собой, некоторые аспекты интимности и сейчас пугали ее до смерти. Она добросовестно пыталась проработать их с Ниной – ее психотерапевтом, однако сама мысль о том, чтобы потрогать мужчину ниже пояса, наполняла Грейс тревожным чувством. Узнав о существовании Макса, Нина стала настойчиво убеждать ее воспользоваться таким шансом. Не надо все усложнять. Не надо отказываться от наслаждения. Так советовала ей Нина.
Она и не собиралась отказываться. Грейс видела, как Макс реагирует на нее, и это возбуждало ее и приятно щекотало нервы. Ей хотелось трогать Макса, смотреть, как он возбуждается все сильнее и сильнее, доходя до грани. Интересно, смогла бы она одними своими ласками заставить его кончить?.. Здесь направленность ее мыслей меняла знак, и на душе становилось тревожно.
– Грейс, привет!
Ей недавно привезли кожаный диван. Грейс поправляла его подушки, когда ее окликнули. Бак и еще один парень из бригады Винса, кряхтя, тащили тяжеленный ящик.
– Туалетный столик в спальню нести? – спросил Бак.
Бедняга из кожи лез от усердия. После того дурацкого вечера он без конца извинялся и без конца объяснял, что у него и в мыслях не было ее напугать. Охапками покупал ей цветы. Маргаритки. Грейс убеждала его, что давно уже не сердится и что он прощен. Столь искреннее раскаяние не могло не вызвать у нее такой же искренней симпатии к этому простодушному парню.
– Да… если вам не трудно. Спасибо, ребята.
Смущенно улыбаясь, Грейс смотрела, как ее добровольные помощники поволокли столик на второй этаж.
Обустройство дома завершилось. Оглядываясь по сторонам, Грейс торжествовала. Она осуществила задуманное! Теперь у нее есть собственный дом, никак не связанный с прошлым. Ее дом. Красивый, уютный. Дом, о котором она мечтала. Грейс радовалась, как маленькая. Она носилась босиком по гладким деревянным полам, восхищалась высокими потолками и широкими окнами. Ей не терпелось показать дом Каю. Пусть полюбуется, во что превратилась развалюха! Даже дверь, как Грейс и мечтала, выкрасили в голубой цвет. Не дом, а воплощение совершенства.
За два последних дня ей привезли почти всю мебель. Не хватало лишь кровати. Но пока Грейс вполне устраивал надувной матрас, который одолжила ей Руби. Когда в баре праздновали окончание работ, Винс сказал, что его парни перевезут остаток вещей и все установят так, как ей надо. Нашлись помощники и среди других посетителей бара. Даже Руби предложила использовать мускульную силу ее мужа. Руби помогла Грейс готовить сэндвичи и позаботилась о том, чтобы в доме был достаточный запас холодного лимонада. После работы на жаре мужчины по достоинству оценили то и другое. Грейс смотрела на этих удивительных, отзывчивых людей и думала, как же правильно она поступила, уехав из большого города. Там такой отзывчивости не встретишь.
Макс в праздновании не участвовал, поскольку ездил на очередную встречу «Анонимных наркоманов». Но на следующий день он наверстал упущенное, усердно двигая мебель и бытовую технику. Грейс постоянно ловила на себе его взгляды. Она улыбалась. Макс улыбался в ответ. Его улыбки были спокойными, дружескими, но и от них в животе Грейс порхали бабочки.
