крыша открывала красивейшее звездное небо, а бурлящая внизу жизнь казалась бездушным механизмом, нуждающимся лишь в редкой балансировке деталей.
– Ты слышишь?!
– Говори, что хочешь, я уже все сделала, твою ложь и твою гнилую натуру теперь только тюрьма ждет, причем ой как надолго.
– Да мне плевать на эти центры помощи. – Тут Ксения удивилась, услышав за этим заявлением совершенно иной тон и характер, словно то и вовсе был другой человек. – Те секретные данные, которые ты, как могу догадаться, расшифровываешь с помощью программ ЦРТ, хранили результаты труда наших лабораторий, а они никак не связаны – услышь! – никак не связаны с твоими претензиями! Нельзя их светить в федеральных или общих каналах связи, нельзя, чтобы ЦРТ узнал о них!
– Каких еще лабораторий?
– Тех самых, где мы искали причину бесплодия.
Ксения поначалу не понимала связи одного и другого, более того, ей все это казалось лишь дешевой манипуляцией утопающего.
– Я не собираюсь слушать этот бред! Будь мужиком и признай свое поражение! Я хоть и не смогла доказать твою вину в убийстве моей семьи, но мне и происходящего достаточно!
– С твоей семьей произошел несчастный случай, тупая ты дура! – Эхо старался держать себя в руках, не забывая принимать во внимание контекст их отношений. – Никто не хотел твоей смерти, мы так не поступаем, ясно? Тогда из-за неудачи с «Дорогой света» печаль коснулась не только тебя…
Ксения не хотела слушать и слышать его, в голове что-то очень сильное мешало даже усомниться в единственной причине ее жизни после потери семьи. Если все и правда является случайностью, о чем не раз ей говорили, то она окончательно лишится всего.
– Не задумывалась, почему именно тебе ЦРТ дал ресурсы прикрыть нас? Почему именно сейчас, а не месяц назад? Они использовали твое несчастье и твой гнев, чтобы ты слепо и под общий шум уничтожила всю нашу годовую работу по поиску упадка деторождаемости. Подумай сама, что будет, когда начнется облава? Правильно, сразу же идет уничтожение всех улик, которые не должны достаться властям и общественности, ибо если мир узнает, что именно ЦРТ причастен… Да они на все пойдут, лишь бы защитить свои активы.
– Я тебе не верю.
– Ты даже не представляешь, как давно власть Мегаполиса пытается сдвинуть монополию ЦРТ, который делает что хочет, когда хочет и с кем хочет. Нам пришлось очень долго скрывать всю независимую деятельность очень небольшой группы людей, которую спонсируют многие политики и бизнесмены, объединенные желанием лишить ЦРТ власти над миром, потому что их никто не может контролировать. Вот и пришлось извращаться, выдумывая что угодно, лишь бы…
– Если все так, зачем ты говоришь об этом мне? Я же ненавижу тебя и всех вас!
– Потому что тобой воспользовались, как и всеми нами. Сейчас у тебя власть поведать людям о том, что бесплодие – это не природная прихоть, а результат вмешательства нанороботов. Доказательства есть, Ксюша, они есть, мы нашли их – и если ты продолжишь следовать данным с ноутбука, то выйдешь на наш исследовательский объект в Мегаполисе, который мы спрятали прямо на виду. Там, проведя не одно вскрытие, мы нашли остатки этих самых микроскопических, размером с пылинку, механизмов. Их не обнаруживали все это время из-за того, что у нас просто не было оборудования следующего века. Только их работа закончится, как они либо растворяются в желудочном соке, либо просто выходят с мочой и калом.
– Обратись в суд.
– Мы не можем доказать, что их сделал ЦРТ, потому что официально таких буквально нет нигде, а связь с другими проектами отсутствует.
– Ну, так надо тогда объявить, что бы люди знали…
– ЦРТ просто придумает новый проект, вот и все – а мы себя скомпрометируем. К сожалению, надо все оставить в тайне, иначе мы лишь вылечим симптом, но болезнь останется.
– Допустим, почему сейчас?
– А потому, что наши ребятки смогли вломиться на склад ЦРТ несколько недель назад, где, если ты помнишь, нашли роботов, забрали чипы данных, используя которые у нас получилось найти подход к расшифровке сигнала нанороботов и тем самым успеть затормозить их перед разрушением. Да, ими можно управлять, представь себе. И если они могут влиять на генетику, то на что еще? Может быть, перепаивать мышление и эмоции человека? Вспомни причину «Сбоя» – Бенджамин, Итан и Майя пытались перепаять наш мозг, улучшить его внедрением своих микрочипов, сетками стимуляции и еще много чем, лишь бы, по их же заявлениям, сделать нас лучше. А может быть, сделать нас всех рабами безумной фантазии ЦРТ? Не просто же так Итан умчался подальше, а Бенджамин пропал с радаров с момента, как он пошел на уступки. Нам пришлось играть в извращенную игру, чтобы скрыть мотивы, потому что иначе нам и шагу не дали бы ступить на пути к правде.
– Стоп, хватит дурить мне голову! Я-то тут при чем?! Мое дело – прикрыть вашу отвратную больничку похитителей детей и уродователей матерей!
– Хватит мыслить так узко! Научись уже видеть общую картину, а не только свое несчастье, которое, уж извини, не у тебя одной в жизни случилось! Я сам в этой игре не по своей воле, а потому, что… умею адаптироваться, вот почему. Я совершал ошибки – вот и расплачиваюсь за них, но другие не должны. Ты если сейчас на крыше небоскреба, то посмотри вниз и задай себе вопрос: будет ли лучше этим людям, если они узнают о том, что их невозможность завести детей – это воля ЦРТ, а не природы? Нам необходимо скрыть это до момента, когда мы сможем противостоять влиянию неподконтрольной нам технологии, а если все вскроется сейчас, то ЦРТ моментально адаптируется и усилит не только оборону, но и нападение, а весь Мегаполис накроет волной хаоса! Не веришь моим словам – сама проследи, куда тебя приведут данные с ноутбука.
Все это выглядело злобной шуткой, путающей ее мысли и разрушающей основу приятных решений, всецело вводя ее в такую смуту, какую она надеялась уже никогда более не знать. Неужели она поверит этому человеку? Да разве может он говорить правду, когда имеет все основания для самой яростной лжи в защиту своих интересов? Нельзя было даже отвечать на его звонок, а то и вообще лучше записать его, вместо того чтобы вестись на очередной способ воздействия, лишь доказывающий ее слабость не только перед ним, но и перед последним рывком до заслуженного восторга победы.
Достав планшет из вертолета, Ксения молча изучила результат расшифровки данных, где содержались не только отчеты о
