оборвалось.
Во все времена и, наверное, во всех мирах люди пытаются заглянуть за завесу грядущего. Даже самые абсурдные способы гаданий находят своих клиентов. Здесь прорицатели, действительно, обладают сверхъестественной силой. Однако даже самые искусные из них не способны предугадывать будущее точно. Они лишь вылавливают отдельные разрозненные фрагменты, которые трактуют в меру собственного разумения. Однако, как говорится, от большого камня и круги по воде расходятся дальше. Чем масштабнее и ярче событие, тем проще предсказателям уловить его отголоски.
Тайкано говорил, что его прорицатели видели дурные предзнаменования. Теперь вот остальные пираты твердят тоже самое. Но Гастос все равно тащит их на бой. У него есть какой-то сверхсекретный мегаплан.
Следующим утром я максимально точно передал видение Фальвусу через командный голос. Мы снова договорились встретиться на его корабле для мозгового штурма. По приказу Нементила флот замедлил ход. Гребцы экономили силы, а другие моряки начали подготовку кораблей к бою.
— Описание крепости очень напоминает Ордолар, куда мы направляемся. — в голосе Фальвуса я слышал если не напряжение, то настороженность. — Разведка, действительно, сообщила о скоплении кораблей там.
— Они уже ищут с нами встречи? — спросил Октан.
— Они? Нет. Гастос? Да. — ответил я. — Именно он хочет открытого боя и это меня напрягает.
— Пираты же должны иметь представления о численности и силе нашего флота? — осторожно поинтересовался Октан.
— Должны! — будто бы возмутился Фальвус. — Корабли таких размеров за печкой не спрячешь. Но я решительно не понимаю, что там себе удумал этот негодяй и почему так рвется умереть. Нужно будет внимательно следить где они попытаются дать нам бой. Мели, скалы, опасные течения — мы с капитанами и людьми, побывавшими здесь, обдумываем все возможные варианты.
— Морские чудовища? — осведомился Октан.
— Ааа… — отмахнулся Фальвус. — Мне есть чем ответить на любое чудовище и у Михаира, думаю, тоже.
— Шторм? — спросил я.
— Шторм раскидает их посудинки даже сильнее чем наши. — ответил Фальвус. — И даже с проклятым Тайкано им будет сложно создать опасный шторм, при противодействии моих ребят.
На несколько минут воцарилась гнетущее молчание. Одна из самых неприятных для стратега ситуаций — когда ты не понимаешь что и зачем делает противник. Наблюдаешь определённые действия, но не можешь уловить в них смысла. Может, это блеф или Гастос просто рехнулся? Черт его знает. Даже начинаю скучать по адекватным шаддинцам и предсказуемым северянам.
«В Ордоларе у меня есть агентурная сеть и ее пока не раскрыли». — передал мне Фальвус. — «Я рассчитывал на помощь изнутри при осаде. Могу сказать, что пока пиратский флот и наемники, действительно, там».
Фальвус передал это через командный голос из соображений нарастающей паранойи. Уже даже на своем кораблей стремно говорить важные вещи вслух.
«А что наши предсказатели и их гадания?» — спросил я.
«Дурные знамения».
У всех дурные знамения. Восхитительно.
Огромный имперский флот шел навстречу пиратской вольнице, усиленной наемниками. И с обеих сторон готовились к худшему. Небо снова затянули серо-свинцовые облака. С востока периодически слышались громовые раскаты. Днем, выйдя на палубу своего корабля я ощутил как ветер стал заметно холоднее. Под серым небом и сами воды Терионы казались мрачнее. Не синей гладью, но темной бездной. Я заметил что-то в воздухе и удивился. Насекомые так далеко от берега? Но то были несколько снежинок. Кажется, Тайкано опять сплетал свои чары. Враг готовился к битве. А в отголосках далеко грома мне мерещилась одна эта проклятая фраза:
«Дурные знамения. Дурные знамения».
Глава 11
Точка невозврата
С каждым новым днем холодный ветер набирал силу, а серо-свинцовая пелена не покидала небес. Далеко за горизонтом почти непрерывно грохотали молнии. Тайкано готовил применение своей стихийной магии. Однако Фальвус уверял, что беспокоиться пока не о чем. Наш флот неспешно приближался к Ордолару. Примерно день пути оставался до канртегской крепости, когда передовые дозоры доложили, что пираты покинули свою твердыню. Их флот теперь направлялся на север к городку Ти-Артай. Это поселение когда-то давно основали выходцы из Ти-Шадая, угнанные в рабство канртегцами. После освобождения не все из них решили вернуться на историческую родину. Среди бывших невольников хватало изгнанников или должников, которых когда-то продали в рабство соотечественники. По итогам они основали свою диаспору на Терионе, активно занимаясь торговлей, рыбалкой и земледелием. Ти-Артай в отличие от Солончака был крупным городком, где и пираты любили гульнуть. Игорные дома, бордели, скупщики награбленного и рабов — все как положено. Однако на карательные операции времени сейчас не было. Мы преследовали флот Гастоса, не начиная осаду Ордолара или Ти-Артайа. Шли буквально по пятам пиратов. Птицы разведки уже могли издалека окинуть взором вражескую армаду. Довольно многочисленная, хотя по военной мощи, конечно, уступала нашей. Всего пираты и наемники сумели собрать: 166 тяжелых судна и 568 легких суденышек.
Если быть точнее:
19 трирем
147 брирем
568 унирем
Основу их флота составляли небольшие, маневренные корабли с низкой осадкой. Самое то, чтобы преследовать и нагонять торговые суда для последующего абордажа. Они по большей части имели один ряд весел. У некоторых отсутствовала палуба. Ни о каких серьезных орудиях и укреплениях там речи не шло. Однако такие суда имели преимущество в скорости и маневре. Собственно, с самого начала Фальвус полагал, что вражеский флот от нас сбежит, разделится на мелкие группы и займется набегами, а нам придется их по частям ловить, заодно захватывая крепости на самой Терионе.
Такой сюжет нашего противостояния исходил из соотношения сил, но затем Гастос придумал свой загадочный супер-мега-план. Теперь меньший по мощи флот собирается дать бой нашему. Однако делать это у Ордолара они не хотят. Значит, все-таки план Гастоса связан с конкретным местом. Ловушкой, куда нас нужно заманить. Подобные опасения требовали особой осторожности. Все специалисты Фальвуса по морским делам ежечасно осуществляли разноплановые проверки. Искали опасности в воде и на небесах. Подобные осторожности замедляли наше продвижение, но и противник мешкал.
Это была очень странная погоня. Преследователь в лице нас не очень торопился догонять, а преследуемые пираты не пытались слишком далеко уйти. Все решат выносливость и выдержка капитанов.
Слитной силой шли ровные ряды имперского флота. Гордо двигались по ровному курсу корпуса кораблей, выкрашенные традиционно в красное и золотое. Узоры на боках изображали глаза, крылья, летящих грифонов и драконов. Ростры-тараны вспарывали неспокойную морскую волну, в поисках жертв. Центурии легионеров строились на палубах. Имперский флот блистал.
Полной его противоположностью была пиратско-наемническая вольница. Разнообразие окрасов и типов кораблей, пестрые флажки, сложные или наоборот грубые устрашающие рисунки. Рядом соседствовали довольно неплохие, богато украшенные суда и мелкие кораблики, недавно отжатые у простых рыбаков. Далеко не все корабли здесь обладали тараном. В конце концов, задачей пиратов всегда
