похрюкивая пытался осилить все, что набили ему в рот.
– Правильно бос говорил, что собеседнику нужно в первую очередь выразить уважения. Накормить и напоить его.
С этими словами Хмырь схватил левой рукой Шута за волосы, роняя его на спину, и запрокинул его голову назад. Правой он подхватил двухлитровый деревянный ковш. Примерно в этот момент мы с экрана монитора увидели, что в глазах гостя появилась паника. Дрожащей рукой он попытался нащупать в рукаве камзола нож, но рукоятка чуть сместилась от его руки. В этот момент мой неадекватный голожоп начал лить из ковша водку прямо в набитый рисом рот, а точнее говоря на рисовый шар, что из него торчал.
– Саке! Знатная говорят тема, без него не прожевать, – он размахнулся и с размаху херанул донышком тяжеленого ковша по рту Шута, плюща и загоняя бывшие ролы еще глубже, – а вот с ним, смотри как хорошо заходит.
Во все стороны полетели кровавые брызги из разбитых губ. Шут завыл от боли, слабо пытаясь вырваться из-под накачанного тела моего сумасшедшего бойца. Вдохнуть он уже давно не мог, а боль сожгла последний кислород в легких. Глаза закатились, и он начал отключаться.
В этот момент веселое безумие мгновенно покинуло глаза Сергея (а в этот момент именно Сергея). Он поднял Шута за плечи, обхватил его сзади и профессионально провел прием Геймлиха.
Из разворочено рта вылетел огромный кусок риса, и Шут жадно вздохнул.
– Ну что, поговорим? Или хочешь еще поиграть. В новой игре ты умрешь другой смертью. Веселье-веселье. – В глазах вновь зажглось безумие и Хмырь захлопал в ладоши.
– Ну ты и долбаный ублюдок, – нормальным тоном прохрипел Шут, – я буду говорить с твоим хозяином.
Ничуть не смутившись Тролль достал из-под стола куклу из театра кукл. Этакий скоморох. У него было только одно отличие, он держал в руках скальпель.
– Вы выбрали поиграть еще, – с этими словами и безумным смехом он пошел по направлению к шуту.
– Да что ты хочешь, псих больной?
– Шапку твою хочу!
– И все? Ты меня два раза чуть не грохнул из-за шапки.
– Красивая. Наполовину красная, наполовину черная.
– Хорошо, вот тебе мой колпак. И позови Лаза.
Тролль выхватил головной убор из рук собеседника и мгновенно напялил его себе на голову.
– Хер те в дышло, полутруп, а не Коменданте. Он сказал, что эти переговоры на мне, так что я тебя даже сожрать могу живьем. Договаривайся со мной.
Шут прижался спиной к закрытой двери, но тут же отскочил, шипя от боли.
– И, да, забыл сказать. Дверь под напряжением. Ну так что, поговорим?
Обреченно вздохнув Шут огляделся и присел на край лавки. Его все еще била нервная дрожь.
– Поговорим.
Тролль не остался в долгу и уселся на стол, покачивая бубенчиками на колпаке и между ног.
– Лаз станет Королем северного района, а ты его поддержишь.
– Да я сразу так и понял.
– Сто кусков положишь как с куста.
– За что? Я даже не выступал против него.
– Я тебе объясню за что, но это будет стоить еще двадцать. Согласен?
– Я могу отказаться и уйти?
– Конечно! Обязательным был только первый пункт.
Бывший шут задумчиво посмотрел на Тролля, который пытался качать колокольчиками в такт друг другу. Затем он просто и бесхитростно кивнул.
– Рассказывай.
– Если ты заплатишь, то Лаз возьмет тебя под крыло, и ты станешь его вассалом. А если нет, то ты останешься один в чужом районе. Твой статус-Кво будет обнулен.
– Я откажусь.
Хмыкнув, Тролль крикнул, чтоб с двери убрали ток.
– Ну тогда, не смею больше задерживать. Но помни, у тебя есть час, чтобы изменить свое решение. И цена его уже двести косых.
– Я запомнил.
Посерьезневший Шут облегченно вышел из комнаты. Он до последнего не верил, что его отпустят.
– Да-а-а-а, – задумчиво протянул Хмырь, – гостеприимство – вещь сильная!
Мы уже хотели разойтись, но тут едва не сорвав дверь с петель в комнату влетел толстенький мужичок и с порога закричал.
– Прости этого придурка, он отвечал только за себя. Я заплачу сто тысяч.
– Сто двадцать.
– Почему это? – опешил пухляш, – мне же ты не объяснял.
– Но ты же услышал мое объяснение.
– Хорошо, сто двадцать, только возьмите меня.
– Я так понимаю святоша. Выпьешь со мной?
Тролль покосился на развороченный стол.
– Благодарен, но хотел бы свести наше с вами общение к минимуму. Видел, что вы с отморозком за пять минут сделали. Вечная ему память.
– А он чего, преставился уже?
– Нет, но он же отказался, а я понимаю, чем это чревато.
– Умный я посмотрю. Ладно, раз кушать не хочешь то иди.
Толстячок задом попытался выдвинуться в дверь, но не попал. Глядя на это мой боец задумчиво кивнул и выдал.
– Нет, все-таки не могу отпустить тебя без гостинца.
Толстячок удивленно приподнял бровь. От былого страха не осталось и следа. Было видно, что главное, за чем он спешил – он уже получил.
– Какого? – заинтересовано спросил он.
– На! – с этими словами Хмырь выудил из-под стола пятнадцатилитровый бочонок с вином и протянул гостю, – не забудь зайти к Кабану рассчитаться.
Гость довольно осклабился, подхватил гостинец и спиной вывалился из разгромленной комнаты.
– Сука какая, – прокомментировал он своего визитера, – так и жди, что в спину пырнет.
Не мудрствуя лукаво он уселся голой жопой на пол и начал методично подъедать блюдо японской кухни.
– Говно!
Глава 8
Спустя три дня Таро короновали в северном районе. А спустя еще два ко мне пришла делегация из шести человек, и сказали, что готовы отдать свои голоса за Астру в северо-западном. Скучно и предсказуемо. Одному, кстати пришлось прострелить руку – ну что за тупорылые тупорезы. Неужели сложно запомнить, что аудиенция ко мне стоит полтиник.
Я не парился за будущую коронацию Астры. Из всей подготовки, я только направил одну короткую записку и сувенир в подарок. Так сказать, письмо в шапке.
Таро правда после этого, по-моему, стал меня побаиваться, а Хмырь обиделся, что я его любимой шапки лишил. Пришлось дарить такую же.
В дверь постучали и зашел Дед. Я не видел его всю неделю и горел нетерпением узнать, как наши дела и что с моими бойцами. Уже месяц прошел с моего появления в этой дыре, а я так и не посетил интересующее меня заведение. Запнувшись Дед начал как ему казалось издалека.
– Ты знаешь, что сегодня Астру короновали?
– Нет, но догадывался об этом.
– Командир, у нас всех большая просьба, расскажи, что ты сделал и почему оставшиеся семеро
