пропустила?!
Поворачиваю голову и вижу на соседней подушке записку. Надо же, первая записка в моей жизни. Улыбаясь, беру её, и читаю:
Надеюсь, ты чувствуешь себя лучше. Я вызвал врача, он осмотрит тебя, как ты проснёшься. Поешь и отдохни.
Вечером я должен посетить одну вечеринку, буду рад, если согласишься присоединиться. Я приеду к шести.
Никаких подписей и смайликов, лишь просьба. Стало даже обидно.
Но Райхан и не похож на того мужчину, что пишет любовные записки, он больше по части отдавать приказы. И то, что мне предлагают выбор, ехать или нет на вечеринку, уже многое значит.
Положила лист бумаги на тумбочку и улеглась обратно, думая, ехать или нет.
А что я теряю? Дома ещё успею насидеться, а так хоть какое-то разнообразие. Я не знаю, что за вечеринка, и кто там будет, но я и здесь никого не знаю. Решено, съезжу, прогуляюсь. Отличный вариант, чтобы забыть моё сегодняшнее приключение.
Странно, что я стала влипать в неприятности совсем недавно, ведь такого почти никогда не было. Судьба словно решает вернуть всё то, что я пропустила. Да, неприятности сыплются одна за другой. Надеюсь, хоть на вечеринке ничего не случится. Хотя, если у меня пошла такая полоса, то приключения найдут меня и там.
А ведь самое главное приключение сейчас укатило.
Интересно, кто я сейчас для Райхана, и значит ли что-то тот поцелуй?
Глава 16
Долго лежать в постели не стала, так как выспалась. А потом вспомнила, что дел-то у меня много. В моей комнате куча пакетов с вещами, да и к вечеру надо подготовиться. Поэтому быстренько вскакиваю и бегу в душ. Надо смыть всю ту грязь, жаль, струи воды не могут смыть и воспоминания. Но я надеюсь, за приятным делом это просто забудется.
Да и самой надо не вспоминать. Раз Райхан сказал, что такого не повторится, значит, так и будет.
Мылась я долго и тщательно. Ведь нюх у хозяина ещё тот, если что-то пропущу, сам мыть будет. Волосы вымыла трижды! Тело так тёрла мочалкой, словно пыталась стереть прикосновения того охранника. Жаль, все те гнусности, что он сказал, так просто не забыть.
И только тогда заметила, что на моём запястье знакомый браслет. Хан вернул его, пока я спала?
По телу растеклось знакомое тепло, потом ещё и воспоминания от поцелуя нахлынули лавиной. Что это было? Минутный порыв или действительно меня так желали?
Но если он так дико хочет меня, почему я зверюшка, а не любовница? И эти его ночные похождения.
Я совсем не понимаю этого мужчину. Словно в нём две личности, которые пытаются бороться за лидерство, и у каждой половинки свои желания.
Чужая душа – потёмки, и не мне в ней рыться.
Выходя из душа замоталась в большое полотенце. На голове сделала тюрбан и направилась в свою комнату. Второй раз за сегодня зашла в гардеробную, но на этот раз выбрала голубоватое белье. Белый топик и голубая пышная юбка до колен. На плечи накинула болеро, так как всё ещё немного мёрзла. Надеюсь, не простыла. Беленькие балетки завершают мой образ. Каблуков пока на сегодня хватит.
Выхожу из гардероба и замираю, увидев Рому с незнакомым мужчиной.
– Здравствуй, Аня, как ты?– заботливо спрашивает дворецкий, смотря на меня.
– Бывало и лучше,– отвечаю честно.
– А вот с этого момента поподробней. Меня зовут Иван Владимирович, и я ваш врач. Поэтому рассказывайте, что и где болит, и присядьте, пожалуйста, для осмотра,– говорит второй мужчина лет сорока, и его взгляд не менее тёплый и заботливый, чем у Ромы.
У меня такое чувство, что я не в плену, а в санатории. Кормят, поят, одевают, заботятся. И может я бы подумала, что попала в другую реальность, или совсем не представляю жизни пленниц, если бы не та парочка, что я видела недавно. Избитый парень и плачущая девушка, которую отдали охране. Что с ней, жива ли вообще?
Вспоминаю и события в клубе, когда охранники тискали Ирину, а Райхан заставлял на это смотреть.
Нет, жизнь всё та же, только отношение ко мне у всех странное, и это явно из-за хозяина.
– Аня, что с вами? Что болит?– насторожился врач, подходя ко мне, и только хотел взять за руку, как я отпрянула. И это явно не понравилось мужчинам.
– Рома, оставь нас с девушкой. Я проведу осмотр и напишу отчёт по её состоянию.
– Итак, присаживайтесь на кровать,– мягко и успокаивающе говорит врач, но притронуться на этот раз не решается.
Делаю пару шагов к кровати и понимаю, что она другая! Когда только успели заменить?
Теперь она была не квадратная, а круглая. И я не заметила изменения лишь потому, что она была тоже белого цвета. Но как я не смогла заметить конструкцию, которая свисала с потолка? Огромный круглый балдахин, или что-то похожее на него, со свисающими до пола полупрозрачными полотнами.
Если посмотреть на общую картину и полностью закрыть кровать шторками, то будет смотреться, как клетка!
Подхожу ближе к огромному ложу и вижу на середине записку. Беру лист и узнаю почерк.
Кровать для пташки. Надеюсь, тебе будет в ней удобно коротать время, пока нет меня.
И я Райхара ещё считала не романтиком? Хотя меня немного пугала ассоциация птички в клетке.
Аня с вами всё хорошо?
– Простите, просто я не видела ещё кровати, и не знала, что её доставили,– отвечаю, садясь на краешек. А она мягкая!
С удовольствием пару раз подпрыгнула.
– Итак, вы разденетесь, и я ..
– НЕТ! Со мной всё хорошо!– заверила, кутаясь в болеро.
– Скажите, они что-то успели с вами сделать?– настороженно спросил врач, доставая блокнот и делая там записи.
– Только трогали,– шепчу, пряча глаза. – Один хотел развлечься, но потом переключился на мой браслет и забыл. Остальные только хватали за руки и куда-то волокли и толкали.
– Интима не было?– допытывается голос, и я качаю головой.– Как долго вы просидели в карцере, и что вас там пугало?
– Там было очень темно, мне было страшно. Я вообще темноты очень боюсь, если нет света, то открываю шторы, чтобы свет от уличных ламп попадал. Тихо там не было, стены тонкие, так что шаги я слышала. Но от холода не отпускает до сих пор. Я просидела на ледяном полу часа два или меньше, а может, и больше. Часов там не было, так что тяжело судить,– хотела пошутить, но доктор хмурился всё больше.
Он всё что-то писал
