Читаем без скачивания Война жуков и ящериц - Роберт Асприн

– Я Рахм, – протелепатировал я, выступая вперед. – Покажи мне свой клинок.

– Есть, главнокомандующий. – Воин тотчас же вынул клинок из ножен и протянул его мне рукоятью вперед.

Я внимательно осмотрел его. Клинок практически не отличался от моего – ни размерами, ни весом, ни балансировкой, разве что головка эфеса была потяжелее. Именно это и привлекло мое внимание. Головка была странной, неправильной формы, с каким-то утолщением с одной стороны, в отличие от гладкой, равномерно обточенной головки эфеса на моем мече.

– Я впервые вижу подобную рукоять, Воин, – протелепатировал я ему. – Объясни, в чем преимущество такой формы?

Его ответ прозвучал несколько неуверенно:

– Ни в чем… командующий.

– Тогда почему ты предпочел именно эту форму?

– Она похожа на муравьиную голову, командующий.

Я еще раз осмотрел рукоять. Действительно, головка эфеса напоминала голову муравья.

– Но зачем тебе это?

– Я… мне доставляет удовольствие смотреть на нее, командующий.

У меня было такое чувство, что я не понимаю чего-то очень важного. Какого-то тайного смысла. Может быть, это нечто вроде рецидива того легкого безумия, вызванного переизбытком свободного времени, что я наблюдал во время предыдущей кампании?

– Где ты взял этот клинок, Воин?

– У Техников, командующий. Мы все оружие получаем у них. Вы тоже можете получить, командующий, если он вам понравился. Я вижу, некоторые ваши подчиненные уже имеют такие клинки.

Опешив от неожиданности, я украдкой взглянул на ожидавшую свиту. Воин прав! У Зах-Рах и Рахт на поясе висели точно такие клинки, просто я не обращал на это внимания.

– Благодарю. – Я протянул ему меч. – Можешь продолжить тренировку.

Он повернулся и медленно пошел прочь. Я тоже было двинулся дальше.

– Минутку, командир!

Это был сигнал Тур-Кам. Я оглянулся на нее. Экс-Наставница пристально рассматривала фигуру удалявшегося Воина.

– В чем дело, Тур-Кам?

– С вашего позволения, командир. Я хочу кое-что проверить.

– Проверяй.

Воин, с которым я только что разговаривал, резко остановился, затем повернулся и снова направился к нам. Я понял, что это Тур-Кам позвала его.

Она пошла навстречу ему, и некоторое время они стояли молча, переговариваясь телепатически. Потом Воин снял с головы звукошлем и протянул его Тур-Кам. Она внимательно оглядела шлем.

– Командир! Это требует вашего внимания.

Я подошел к ним. Тур-Кам протянула каску мне.

– Мне сразу показалось, что этот Воин двигается чересчур уверенно для новичка, только-только привыкающего к звукошлему, – сказала она. – Взгляните. Видите, щиток нарочно сдвинут, чтобы не закрывал глаза?

Она была права. То, что невозможно заметить со стороны, пока шлем на голове, стало очевидно теперь, когда мы заглянули в него изнутри.

– Зур! – просигналил я.

– Слушаю, командир.

– Передай мое приказание. Занятия в этом зале прекратить. Всем Воинам снять звукошлемы. Немедленно.

Я передал каску свите и стал ждать, пока Воины выполнят мой приказ. Через несколько минут все стояли, подняв головы и глядя на нас. Я подошел к краю боковой дорожки.

– Наставнику этого Воина немедленно подойти сюда! – объявил я.

Тур-Кам невозмутимо встала рядом.

– Командир, разрешите мне представлять Империю, если будет дуэль. Этот инцидент порочит всех Наставников и, следовательно, меня тоже. Я прошу позволения бросить вызов.

– Я протестую, командир! – Зах-Рах встала с другой стороны. – Этот Воин из моего отряда. А значит, право вызова на дуэль за мной.

– Я учту ваши пожелания, – сказал я. – Возвращайтесь на свои места.

Они молча повиновались. Тут подошла Наставница. Я принял из рук Рахт шлем и протянул его ей.

– Взгляни, – приказал я. Наставница покрутила шлем в руках.

– Разрешите, командир. – Она подошла к краю дорожки и подозвала одного из Воинов, должно быть своего заместителя.

Мы ждали. Воин, которого подозвала Наставница, поспешно поднялся на боковую дорожку. Дело принимало весьма серьезный оборот. Наставники – привилегированная группа в касте Воинов, но этот статус имеет дорогую цену. Они в ответе за все, что происходит на тренировках.

Наставница молча протянула шлем подошедшему Воину. Тот мельком взглянул на него и сразу отдал обратно. Краткость осмотра не ускользнула ни от меня, ни от самой Наставницы.

– Что скажешь? – спросил я.

– Ничего, командующий, – ответила она. Ее заместитель хотел выйти вперед, но она жестом удержала его.

– Я отвечаю за этот вид тренировок, – продолжала она, – а потому несу ответственность за все нарушения.

– Повернись лицом к Воинам, – приказал я. Она помедлила, потом повернулась и встала на краю боковой дорожки.

Я возвысил голос, чтобы слышали все, кто был в зале.

– Я имел возможность убедиться, что ваши успехи, которые мы наблюдали сегодня, полностью фальсифицированы. Если бы не случай, я мог бы преждевременно послать вас в атаку. Вы были бы не готовы к сражению, и кампания могла закончиться провалом. На новое вторжение у Империи уже не хватило бы сил. – Моя рука повернулась к Наставнице. – Она отвечает за ваше обучение. Такое злостное пренебрежение своими обязанностями имеет более серьезные последствия, чем просто неподчинение приказу или нанесение урона группе или касте. Это – прямая угроза Империи.

Я махнул Зуру. Его палаш, сверкнув молнией, опустился вниз. Тело Наставницы взлетело в воздух и грузно рухнуло вниз, распластавшись на полу.

– Она умерла не как подобает тзену и Воину. Не на дуэли и не в сражении за Империю. Она умерла как враг, угрожавший нашему существованию.

Я повернулся и направился в следующий зал. Свита молча последовала за мной.

Мы уже были на пороге, когда за спиной послышались звуки осторожных шагов: Воины возвращались к занятиям.

Глава пятая

– …установлено, что муравьи не используют ни отравляющих газов, ни кислотных аэрозолей. Хотя технологически им доступно и то и другое, на настоящий момент не зафиксировано ни единого случая применения этого вида вооружений в известном нам или модифицированном виде.

Из всех моих многочисленных обязанностей наиболее ненавистны мне были такие вот совещания с Учеными. На сей раз я чувствовал себя особенно неуютно, потому что со мной не было Зура. Зур занимался своим резервным отрядом, причина вполне уважительная. Но, к сожалению, из-за этого я был вынужден общаться с Учеными один на один.

– Мы продолжаем работать над механизмами, разрушающими коммуникации муравьев, однако сомнительно, что мы успеем завершить проект и создать действительно эффективное средство до вашего отбытия. Тем не менее мы нашли эффективную защиту от парализующих лучей. – Докладчица показала на какую-то пластинку, лежавшую на столе. – Эти пластинки крепятся на груди. Испытания показали, что они полностью нейтрализуют действие станнеров. В самое ближайшее время Техники запустят их в серийное производство.

– Вы смогли определить точный радиус действия станнеров? – прервал я ее монолог.

– Нет, – призналась она. – Это, похоже, зависит от мощности аккумулятора каждого конкретного излучателя.

Я тут же вспомнил об экипаже транспорта. Нужно будет потребовать, чтобы они тоже носили такие пластинки. Что толку в этих нейтрализаторах на поверхности планеты, если муравьи способны достать лучом корабль на орбите?

– Мы вели наблюдение за космическими кораблями, замаскированными внутри муравейников, – продолжала Ученый. – Никаких странных звуков или повышенной активности. Косвенные наблюдения не выявили никаких скрытых признаков работ по их реконструкции. Это позволяет сделать вывод, что муравьи по-прежнему используют примитивные ракеты, доставшиеся им от Первых. Так что один боевой шаттл вполне способен предотвратить попытку бегства муравьев с планеты, когда начнется вторжение.

– Корабли муравьев работают на тех же энергоисточниках, что и их орудия? – спросил я.

– Да.

– Тогда энергопоглотители должны исключить возможность использования их космических кораблей.

– Поглотители – изобретение Техников. Они работали над ними самостоятельно, не входя в контакт с нами, – пожала плечами Ученый. – Пока мы не проведем свои испытания и не проверим их надежность, я затрудняюсь давать какие-либо гарантии.

– Вы проведете эти испытания до нашего отбытия?

– Я не в курсе, командующий. Я выясню, что сейчас является первоочередным проектом, и извещу вас.

– Хорошо. Что у нас еще?

– На сегодня все, командующий. У вас есть какие-либо вопросы?

Я хорошенько подумал, прежде чем что-то сказать.

– Вы позволите задать вам вопрос, не относящийся к делу? Я имею в виду – не военного характера?