уготованное им Создателем, — это вымирание.
Старый глупец. Сейчас девушка осознавала, что высокомерие и тщеславие ослепили ее. Блуждая во снах Лии, Лисандра вновь и вновь убеждалась в неповторимости человеческой расы. Люди иначе смотрят на жизнь, нежели бессмертные цари фэй. До смешного короткая жизнь, словно тяжелый кнут, настойчиво подгоняет их вперед, заставляет изучать новые науки, завоевывать почет, доказывать значимость перед старшими народами. Смертность помогает постичь смысл жизни, полюбить ее, даже если она приносит острую боль. Бессмертие — вот настоящее проклятие, потому как лишает радости существования. И у кого, как не у людей, заново учиться жить и понимать изменчивый мир.
— Лиам… — сорвалось с губ Лисандры, когда она заметила в мыслях Лии маленького ребенка, которого та мягко покачивала на руках.
Мысли о сыне прервали заклинание. Лисандра вернулась в материальный мир. Она сидела напротив кровати Лии и слушала неспокойное бормотание девушки.
Неожиданно Лия открыла глаза и испуганно уставилась в потолок. Ее грудь высоко и нервно вздымалась, темные локоны облепили мокрое лицо, пальцы слегка подрагивали. Девушка повернула голову и посмотрела на Лисандру, которая спокойно сидела на табурете и меланхолично за ней наблюдала.
— Твоя кожа… — слабо произнесла Лия.
— Не зеленая, — закончила за нее колдунья. — Хотя мне больше по душе зеленый цвет.
Лиа пискнула и прижала ладонь к покрасневшей щеке.
— Ой, Святой Фервус, как же больно!
— Извини, — Лисандра пожала плечами, — ты сама вынудила меня.
— А ты бы не закричала, если бы перед тобой стояло чудовище? — гневно спросила Лия.
— Чудовища обычно жрут людей, а не пытаются их спасти, — невозмутимо ответила Лисандра.
Лия замолчала. Она поняла, что оскорбила спасительницу.
— Не бери в голову, — Лисандра прервала неловкое молчание, — я не злюсь. Если бы я обижалась и злилась на каждого, кто называл меня монстром, давно б покончила с собой. — Девушка скрестила руки на груди. — Это ты мне лучше расскажи, как яд попал к тебе в руки и ради всего сущего, зачем надо было гробить свою жизнь?
— Все из-за Фреда, — бросила Лия. — Он… он, — девушка пыталась не разреветься. — Он отдал нашу малышку какой-то твари из леса. Чертов ублюдок! Ненавижу его, ненавижу!
Лия не выдержала и зарыдала.
— Ненавижу, ненавижу, — из раза в раз повторяла она, прижимая ладони к лицу. — Он продал ее.
Рыдания не прекращались, поэтому Лисандра присела рядом с Лией и приобняла ее. Объятия нередко успокаивали плачущего Лиама. Так они и сидели, пока завывания не стихли.
— У меня тоже есть сын, — неожиданно для себя произнесла девушка.
— И где он сейчас? — спросила Лия, утирая рукавом слезы.
Лисандра тихонько всхлипнула.
— Далеко. Очень далеко.
— А отец?
— Мертв.
Лия отстранилась и покрасневшими глазами непонимающе таращилась на Лисандру.
— Тогда почему ты не с сыном?
— Потому что иначе нельзя. Но ты не ответила, кто забрал твою дочь?
Лия будто ничего не слышала.
— Наверняка он страдает. Я, — девушка снова заплакала, — я бы так хотела еще раз подержать мою девочку на руках. Почему, почему он забрал ее?
Страдает? Лисандра никогда не задумывалась об этом. Она всегда верила, что поступает правильно, ведь смерть и боль следовали за ней по пятам. Есть ли еще способ отгородить ребенка от неприятностей, как не появляться вовсе в его жизни?
— Лия, — Лисандра слегка потрясла ее за плечи, — кто забрал твою дочь?
Лия продолжала надрывно реветь.
— Соберись! — Колдунья обхватила побагровевшее от плача лицо девушки. — Кто?
— Чудище! — завопила Лия. — Чудище с рогами!
… Полночь. Свинцовые тучи застлали беззвездное небо, обрушив разрушительную ярость на крохотный городок. Не сразу, но Лисандра сотворила над головой сияющий во мгле барьер, прежде чем сойтись в схватке с бушующей стихией. «Почему я помогаю этой девчонке?». Вопрос то и дело появлялся в мыслях, когда ледяные капли просачивались сквозь куртку, стекали в сапоги, обжигали кожу. Быть может, история Лии напомнила Лисандре о ее опрометчивом решении оставить сына, а может ей просто стало жалко глупую девушку. «Зачем связывать жизнь с таким кретином? Вот дура!».
Как оказалось, муж Лии был еще тем пройдохой. Он часто участвовал в сомнительных делишках, играл в кости с главарями банд и ставил на кон больше, чем мог позволить. В этот раз он перешел черту, отдав в лапы фэй родную дочь. «Мало того, что продал, так еще и в лапы высокомерного урода!», — думала разгневанная Лисандра. Давно она так не злилась, давно посох в руках не пылал так ярко от переполняющих ее чувств. Крупные капли падали на барьер и с шипением превращались в пар. Никто не вправе вмешиваться в жизни смертных!
Дорога привела Лисандру к порогу высокого злачного заведения. По богатой отделке и гербам Торгового Союза, колдунья поняла, что дом принадлежит одной из гильдий. Изнутри доносился пьяный смех. Лисандра не стала стучаться — концом посоха она ударила по двери и та вылетела с петель. Разговоры в помещении тотчас затихли, посетители и молодые девушки со смазливыми мордашками, сидящие у них на коленях, во все глаза таращились на взбешенную Лисандру. Она бегло пробежала взглядом по залу.
— Фрэд! — яростно выкрикнула она.
Один из посетителей указал дрожащим пальцем вверх. Лисандра молча кивнула и устремилась на второй этаж. Скрипучая лестница привела девушку в узкий коридор с шестью дверьми. Без тени сожаления она выбивала каждую из них. Где-то развлекались парочки, где-то отдыхали за игрой, а две из них и вовсе оказались пустыми. Самая крайняя, к удивлению девушки, не поддалась мощи ее оружия.
«Эгон тебя раздери!» — вспыхнула Лисандра. — Что за монстр тут притаился?».
С одной стороны она убедилась в своей правоте, а с другой — ей стало не по себе. Нос к носу столкнуться с фэй лишь полбеды, и если эта тварь еще и из высших, то это сродни смертному приговору. Лисандра откинула страх и постучалась.
— Фрэд, ты привел нового гостя? — послышался бодрый голос.
— Я никого не звал, — отозвался мужчина.
— Интересно… — задумчиво произнес незнакомец. — Господа, будьте так любезны, откройте даме дверь.
Лисандра встрепенулась. «Он знает кто я?».
Послышался звук засова, и затем огромный детина, на руки которого с трудом налезет любая одежда, приоткрыл дверцу. Уродливый лысый боров в шрамах глядел на миниатюрную колдунью. Лисандра с легкостью могла бы воспламенить, задушить, разорвать на клочки этого амбала, но невидимые тиски сдерживали ее силу. Сейчас она была обычной женщиной с бесполезной палкой в руках. Громила отворил дверь в игровую комнату, где посередине находился большой круглый стол. За ним сидело четыре человека, вернее, три человека и одна могущественная сущность. Фрэд — высокий и худой тип в
