– Но я ведь этого не знал! Хотел тебе рассказать обо всем за праздничным ужином. – Джек помрачнел и сам себя оборвал. Он нервничал. Однозначно нервничал.
– Эй, – мягко окликнула Клео и потянула его за руку. – Скажи сейчас. Мы обнажены, самое время обнажить мысли.
Джек кивнул и, откинув прядку волос с лица Клео, поцеловал ее в лоб:
– За несколько прошедших недель я многому у тебя научился. Твоя верность семье и внутренняя сила придали мне мужества, и я заглянул внутрь себя. И нашел кое-что сильнее страха. Любовь.
Комок подступил к горлу Клео. Она смотрела в глаза, которые так хорошо ее знали. Теперь их ничто не затуманивало, в них светилась надежда. Клео прижала ладонь к любимому лицу:
– Рада, что помогла.
Джек накрыл ее руку своей:
– Только ты и смогла помочь.
– Значит, теперь ты готов вернуться домой.
– Я хочу провести остаток жизни с тобой. И не важно где. Мой дом там, где ты.
Его губы нашли ее, он выразил все эмоции в одном долгом чувственном поцелуе. Приподнял голову, чтобы взглянуть Клео в глаза:
– Я люблю тебя, Златовласка. И всегда любил.
Ее сердце запело от радости. Эти слова дороже бриллиантов.
– Можно мне подтвердить это в письменном виде? – прошептала она, не отрываясь от губ Джека.
– Конечно.
Обняв его за шею, Клео прижалась к нему, губы к губам, кожа к коже, сердце к сердцу. И почувствовала его руки, мозолистые, ищущие, требовательные. Они легли ей на талию, поднялись по спине к плечам, наконец опустились на ноющую грудь.
Джек откинулся назад, горячая волна страсти и любви накрыла Клео.
– Благодаря тебе я стала самой себе нравиться, – прошептала она. – Даже чувствую себя сексуальной и желанной.
– Даже? – Джек покачал головой. – Уясни это своей прекрасной и упрямой головкой, Клео. Ты действительно сексуальная и желанная. И даже больше. И дело не в одежде или стрижке, дело в тебе. – Он посмотрел ей в глаза. – Выходи за меня замуж, Клео, и я остаток жизни буду доказывать тебе это.
Сексуальный рокот его голоса эхом отозвался в ее сердце, заполняя пустые уголки души, которые мог заполнить только он. Из глаз брызнули слезы.
– О, Джек, да! Да, я выйду за тебя замуж! Только не хочу ждать. – Она потянула к себе его стройное и невероятно соблазнительное тело. – Начни мне это доказывать прямо сейчас.
Намного позже, когда они, разгоряченные и пресыщенные, лежали в обнимку, Клео крутила в пальцах медальон Джека.
– Значит, ты никогда не забывал о своих корнях? После всего, что случилось, приехал, не восстановившись после ранения. Значит, тебе было не наплевать?
– Я вернулся к тебе, Златовласка. – Джек поцеловал ее в шею.
Клео наслаждалась своим счастьем, переливавшимся через край, когда он прошептал:
– Месяца достаточно, чтобы организовать свадьбу?
– Если я успею найти платье, от которого ты потеряешь дар речи, нижнее белье и что-нибудь на ночь.
Если на ночь вообще что-нибудь понадобится. От замелькавших образов у Клео закружилась голова.
– Кстати, о сексуальных нарядах, – сказал Джек, словно откликнувшись на ее мысли. – У тебя остался костюм Женщины-Кошки? Я бы хотел еще раз попробовать снять его с тебя.
Наслаждаясь новой ролью соблазнительницы, Клео провела ножкой по его ноге, его тело тут же на это откликнулось.
– Думаю, это можно устроить.
Эпилог
Он ждал, пока жена вместе с Джинн закончит ходить по магазинам дьюти-фри в Мельбурнском международном аэропорту. Клео не позволила Джеку сопровождать ее, сказав, что не сможет ничего выбрать, если он будет дышать ей в шею. Он собирался заняться этим позже. Ночью.
Его жена. Он безуспешно пытался стереть с лица глупую улыбку. За последние несколько недель она, кажется, уже вошла в привычку. Они с Клео поженились около пяти часов назад. Состоялась скромная гражданская церемония. Джек до сих пор не мог до конца в это поверить.
Они выставили дом на продажу и теперь ехали в Италию повидаться с Домеником и Кармелой перед тем, как осесть в пригороде Мельбурна. Давно не крашенный беленький заборчик уже маячил на горизонте.
Но Джека это не смущало.
Он повернулся к своему шаферу:
– Скотти, у вас с Джейсоном очень ответственное задание: заботиться о Константине.
Он никак не мог привыкнуть к тому, что Скотт и Джейсон пара, но никогда еще не видел своего друга более счастливым.
– Не переживай за пухлячка, – отозвался Скотти. – Он в надежных руках. А вот и твоя жена!
Джек обернулся. И увидел ее. Пять футов два дюйма соблазнительных изгибов, белые брюки, изумрудный жакет, конфетти в волосах, глаза, искрящиеся счастьем, взволнованное лицо.
Он знал, что и без фотографий запомнит этот момент навсегда. Как и тот, когда она в своем восхитительном платье обменивалась с ним клятвами. Тем не менее на всякий случай сделал кадр перед тем, как сказать «Привет!».
– Привет! – с придыханием ответила Клео.
Ее хриплый голос пробирал до глубины души где угодно и когда угодно. Джек шагнул ей навстречу и освободил от горы пакетов.
Их взгляды встретились, руки соприкоснулись. Воздух стал жарче.
Они стояли в центре шумного многолюдного зала, ярко горел свет, звучали объявления, но внимание Джека было сконцентрировано на едва уловимом запахе кожи Клео и на ее улыбке.
Где-то слева громко закашлялась Джинн:
– Слушайте, вы двое, идите уже в самолет, пока мы все тут не растаяли.
– Уже уходим. – Джек не сводил глаз с Клео, поднес к губам ее руку и поцеловал золотой перстень с рубином, окруженным бриллиантами, и тоненькое обручальное колечко филигранной работы, которое Клео сделала сама. Парное кольцо Джека мерцало в свете ламп аэропорта.
– Готова? – спросил он.
Клео кивнула. Ее голубые глаза напоминали теплое летнее небо.
– О да, готова. – Она улыбнулась шире. – Давным-давно готова.
Их взгляды на мгновение задержались на сплетенных пальцах. Джек улыбнулся в ответ, переполненный любовью к женщине, которая стала его женой.
– Тогда вперед!
Примечания
1
Последний удар (фр.).
