class="p1">— Хм… Владимир. Правильно? — Смотрит на меня с вызовом.
— Угадала. — Сажусь в кресло и беру в рот кусочек сыра, запиваю шампанским.
— Ты мне понравился с первого взгляда.
— И ты мне тоже… очень.
— И я подумала, что мы с тобой можем неплохо провести время за очень нескучным занятием.
— Я женат. — Машинально кашляю. — Ты же помнишь?
— Меня это не смущает. — Встаёт с дивана и садится мне на колени. Если я не предприму каких-то действий, то больше не смогу контролировать эту ситуацию. Сексуальная девушка села мне на колени, и я понимаю, что под плащом, у неё ничего нет. То есть её нежная кожа ног, внутренней части бёдер касается моих жёстких брюк. Под которыми становится тесно от её сознательной провокации. — У меня тоже кое-кто есть.
— Да? — Делаю удивлённое лицо и добавляю туда чуть-чуть ревности. — Ты замужем?
— Не-е-ет конечно. Мне этот геморрой на фиг не упал. Я всё это видела тысячи раз.
— Не зовут? — Случайно выпаливаю я и понимаю, что зря это сказал.
— Сама не иду. — Серьёзно отвечает рыжая и спасает ситуацию. Затем она проводит пальчиком по моей груди и смотрит в глаза. Она ждёт от меня каких-то действий, но единственное моё желание — уйти. Но я не могу. Мне нужны доказательства того, что Алла профессиональная содержанка, которая выживает за счёт женатых мужчин.
— Красавица моя, ты же понимаешь, что мне от тебя нужно только твоё тело. И больше ничего. Не хочу, чтобы ты рассчитывала на что-то большее.
— Милый, ты сначала попробуй на вкус моё тело, а потом мы поговорим. Может быть, тебе захочется большего. — Она льнёт ко мне словно кошка. Оставляет на мне свой запах.
— Мне нужен эксклюзив. То есть ни с кем, кроме, меня ты больше не спишь. А ещё мне нужны все справки, что ты не больна.
— Аххх, тыыыы своооолочь! — Вскакивает рыжая на ноги и ударяет меня по лицу. Я охаю, не ожидая подобного поворота, и прижимаю ладонь к горящей щеке. — Я детский врач, а не дешёвая проститутка.
— Аллочка, прости меня. Я… я-я-я… не знаю, что сказать? Я не это имел в виду.
— Неинтересно! — Хватает сумочку и движется в направлении выхода. Мне надо её остановить, пускай я жутко сопротивляюсь, но бегу ей наперерез.
— Стой! — Опережаю её и закрываю собой проход. — Я влюбился. Очень сильно. Останься, прошу.
— Что? Владимир, ты нормальный? — Хмурит лоб и складывает руки на груди.
— Всю жизнь мечтал о такой женщине, как ты. А сегодня, когда увидел тебя, пропал. Понял, что если не добьюсь твоей любви, буду самым последним идиотом.
— Ты мне тоже понравился. — Понижает голос. Успокаивается. — Очень сильно.
Глаза её сверкают, а лицо озаряет улыбка.
— Отлично! — Поворачиваю её и веду обратно в центр комнаты. Сажаю на диван и держу ее руки в своих. — Встречаться будем или в отеле, или на квартире.
— Ты купишь мне квартиру? — Спрашивает рыжая и начинает расстёгивать мои брюки. Это что её методы? А если я откажусь, зажмёт в тисках моё хозяйство. С таким рабочим ртом думаю вполне возможно.
— Да. Куплю. Если захочешь, будет у тебя квартира и машина и отдых на Мальдивах.
— Правда? — Восклицает рыжая и прыгает на меня. Взбирается на меня и скидывает с себя плащ. О господи, спасите и помогите. Если Машка не придёт, я точно поддамся соблазну и изменю Наде и самому себе с этой рыжей ведьмой.
Но, видимо, кто-то сверху меня услышал, потому что в следующее мгновение дверь с грохотом раскрылась и перед нами предстала моя сестра. Бешеная фурия — картина маслом. А затем истошный крик Машки, а следом — испуганный Аллы, которая сползла с меня и спряталась за креслом.
— Сволочь! Петров, какая же ты сволочь! — Верещала Машка, играя роль жены так искусно, что я диву дался. Надо было ей в театральный поступать.
— Маша, любимая, это не то, что ты подумала.
Прикрывая голый торс, потому что до брюк Алла так и не добралась.
— Серьёзно? Только дуру из меня не делай! — Схватила рубашку с кресла и бросила её мне в лицо. — Надевай. Быстро! — Рявкнула Машка, и я послушался.
— Как же вам не стыдно, девушка, — взмахнула руками сестра, — вроде работаете в престижной клинике детским врачом, а ведёте себя как самая настоящая проститутка.
— Я не… проститутка. — Тихо, почти слезливо произнесла Алла. — Просто…
Ну так, сыграла на “троечку”. Не верю.
— Заткнись мразь! — Машка показала на телефон, — здесь фотографии, как ты позировала голой в номере отеля, соблазняя моего мужа. И завтра же эти фотографии будут лежать на столе главврача клиники, где ты работаешь. Можешь попрощаться с престижной работой, думаю, скоро ты будешь мести двор, хотя нет. — Машка резко остановилась. — Дворничиха это слишком для тебя. Будешь на трассе стоять и продавать себя за гроши. Отдавать даром, потому что ты и гроша ломаного не стоишь.
— Пожалуйста, — заплакала рыжая, вот тут слёзы её были настоящие, — не делайте этого.
— Надо было раньше думать. — Толкнула меня в спину, и я вылетел в коридор, понимая, что наконец-то этот спектакль закончился.
Глава 41. Нам остались лишь взаимные оскорбления!
Я ехала домой вместе со своим малышом и мне оставалось только догадываться, что же происходит у Володи и Маши.
Ох, как же мне хотелось, сейчас оказаться рядом с ними и хотя бы одним глазком посмотреть на их театральное представление.
Руки чесались от одной мысли, что я всё пропустила. Но что я могла сделать?
Оказаться там, я не могла, поэтому мне оставалось надеяться на подробный рассказ Володи и его сестры.
Ехать нам оставалось совсем немного, поэтому когда на мой телефон пошёл вызов с незнакомого номера, я запаниковала.
Не любила я такие внезапные звонки, да ещё и с непонятно какого номера. Потянувшись к гарнитуре, включила её и посмотрела в зеркало заднего вида. Там было пусто.
— Я слушаю.
Тишина.
— Алло. Говорите.
— Привет, мой малыш. Соскучилась по мне?
Голос мужа ворвался в мой мозг словно пуля с зазубринами. Она крушила мою спокойную и размеренную жизнь. Вырывала с корнем всё хорошее, что я успела сделать за эти дни. Я словно выстраивала стену кирпичик за кирпичиком, отгораживаясь от нежелательных элементов, к коим принадлежал и мой муж.
— Андрей. Откуда у тебя мой номер?
— Это было несложно. С моими связями я могу всё. Странно, что ты до сих пор это не поняла.
— Чего ты хочешь?
— Поговорить.
— Я слушаю.
— Нет. — Засмеялся таким привычным смехом, что меня передёрнуло. Всколыхнуло прошлое и заставило снизить скорость и притормозить на
