— Выстрелят и промажут! — выкрикнула она в восторге, потому что в глубине души уже успела полюбить «своего носорога» и не хотела, чтоб ему проделали дырку в шкуре: хотят ловить, пусть ловят живым, а не умеют, пусть оставят в покое.
Услышав слова Эмилии, донна Бента запротестовала:
— Нет, это не годится! Если эти люди не умеют стрелять, то пуля может пролететь мимо цели, и тогда нам все стекла перебьют. Так нельзя!
И, повернувшись к Носишке, сказала:
— Надо написать письмо начальнику этих охотников и сообщить ему, что я не согласна, чтоб стреляли по нашему дому. Граф пусть отнесет. Он такой малюсенький, что может пройти сквозь какую-нибудь щелочку в изгороди и носорог его не заметит.
Но знатный сеньор не захотел утруждать себя и даже не пытался найти щелочку: он просто взобрался на спину носорога, как люди взбираются на гору, и спустился с другой стороны, причем спящий гигант даже не проснулся. Потом пустился бегом и отдал письмо как раз в тот момент, когда артиллерист заряжал пушку.
— Стой! — крикнул агент Х-В2. — Дай мне сначала письмо прочитать.
Прочитал письмо и сказал:
— Хозяйка не хочет, чтоб стреляли. Стекла, боится, попортим. Я нахожу, что она права.
— Так что ж будем делать? — спросил артиллерист.
— Надо перейти на ту сторону. Можно установить пушку и пулемет на крыльце веранды. Так, если пуля и попадет мимо цели, то самое большее -обезьяну какую в лесу прикончит.
Прекрасно, но как же перейти на ту сторону, да еще с пушкой и пулеметом, если единственный путь — через калитку, а там залег враг? Задача неразрешимая. Требуется обдумать и обсудить. Агент Х-В2 наморщил лоб и углу— бился в размышления. Думал, думал и потом сказал своим полицейским:
— Раньше всего надо построить телефонную линию и установить регулярную связь с жильцами дома, для того чтобы я мог обсудить ряд вопросов с этой донной Бентой и с членами ее семейства. Так, путем переписки, неудобно: потребуется чересчур много времени. Для спешных сообщений не может быть ничего лучше телефона. Я пошлю телеграмму в Рио-де-Жанейро с просьбой прислать необходимый материал для постройки телефонной линии.
Приняв это решение, отряд в полном составе удалился в ближайшее селение, где и оставался все время, пока не прибыл заказанный материал, развлекаясь игрой на гитаре и рассказыванием анекдотов. А материал прибыл только через месяц. Но все-таки прибыл… Что ж делать? Агент Х-В2 отдал приказание начать работы на следующий день.
Утром жители Домика Желтого Дятла увидели на лужке правительственных охотников, за которыми следовала целая толпа людей, несущих телефонный кабель, столбы и разные другие телефонные приспособления. Но в этот день но— сорог что-то не пришел отдохнуть у калитки, хотя это уже вошло у него в привычку и он ни одного дня не пропускал. Так что путь был свободен.
— Вот тебе и раз! — воскликнул с удивлением агент Х-В2. — Куда ж запропастился этот чертов носорог?
И он направился в дом для переговоров с донной Бентой.
— Ну что же это такое, донна Бента? — сказал он, — всходя на крыльцо. — Я оставил носорога лежащим у калитки, а этого гада и след простыл!
Донна Бента рассказала обо всем, что произошло за тот месяц, пока полиция играла на гитаре. У носорога возникла привычка проводить первую половину дня под большим фиговым деревом, а отдохнуть у калитки он теперь приходит часа так в три.
— Приходит всегда в один и тот же час, ложится и дремлет до вечера, — объяснила добрая сеньора. — Педантичный зверь.
— Прекрасно! — отозвался сыщик. — В таком случае, все утро мы свободны и можем строить телефонную линию.
Донна Бента вылупила глаза:
— Какая еще телефонная линия?
— Как какая, сеньора? Линия, которую мы решили построить, чтобы связать этот дом с нашим походным лагерем. Так как в день нашего прибытия носорог лежал у нас поперек дороги, то я не мог обсудить с вами некоторые важные вопросы. Тогда мне пришла в голову блестящая идея построить эту линию, так чтобы кабель проходил над препятствием.
Донна Бента удивилась такому осложнению.
— Ну хорошо, — сказала она, — но ведь теперь носорога нет, вход свободный, значит, линия не нужна.
На лице сыщика появилась улыбка, выражающая снисхождение. Сеньора рассуждает немного наивно, объяснил он: поскольку материал прибыл, линия должна быть построена. И, сощурив красные после месяца «веселья» глаза, заявил:
— Государственный Департамент по Ловле Носорога знает, что делает, дорогая сеньора…
— Ну, делайте как знаете, — сказала донна Бента. — Я ничего в этом не понимаю и понимать не хочу. Я хочу только одного: чтоб как можно скорее убрали с глаз моих этого дикого зверя. Но, откровенно говоря, дорогой сеньор, все это предприятие кажется мне несерьезным:
Сыщик снова снисходительно улыбнулся и отвечал:
— Дело в том, сеньора, что вы не знаете условий нашей службы. Для нас это предприятие крайне серьезное, потому что оно нас кормит…
Глава 9.
Телефонная связь установлена.
Телефонная линия была построена с роскошью, присущей всем бразильским правительственным предприятиям. Даже столбы покрасили! Это была самая короткая в мире телефонная линия: сто метров длины и два столба: один — во дворе дома, а другой — возле походной палатки «охотников». Один столб покрасили в зеленый цвет, другой — в желтый. В день открытия новой линии произошло, однако, нечто непредвиденное: носорог не явился в обычный час от— дохнуть у калитки. Не показался он и на следующий день и вообще не приходил целую неделю. «Охотникам» пришлось построить бараки и отсиживаться там, терпеливо поджидая противника.
Почему? Да потому, что нецелесообразно пользоваться телефонной линией, когда носорог не лежит у калитки. Без носорога можно прямо зайти в дом и непосредственно вести переговоры с хозяйкой. А так как «охотникам» необходимо было доказать, что телефонную линию они построили не зря, то они и решили ждать, пока чудовище не вернется.
Видя, как оборачивается дело, Эмилия решила, что пришло время вмешаться. И она отправилась к старому фиговому дереву просить носорога, чтоб он не срывал правительственное мероприятие и опять приходил спать у калитки. Неизвестно, какие доводы кукла приводила; известно лишь, что на следующий день после их беседы, ровно в три часа дня, носорог снова явился, ленивой походкой подошел к калитке и лег на прежнее место.
Лагерь «охотников» разразился бурным «ура». Можно было налаживать телефонную связь.
Дзинь! Дзинь!… — зазвонил телефон на веранде Домика Желтого Дятла.
— Подойдите, — сказала донна Бента графу, клевавшему носом в уголке.
— Я подойду, — сказала Носишка и ясным, звонким голосом произнесла: — Алло! Кто говорит?
— Говорит агент Х-В2, уполномоченный Государственного Департамента по Ловле Носорога, — отвечал грубый мужской голос. — А кто у аппарата?
— Говорит Носишка, по поручению хозяйки дома донны Бенты де Оливейра, бабушки именно моей и еще Педриньо и маркиза де Рабико. А что вы хотите, Ваше Носорожество?
— Я хочу, — отвечал сыщик, решив не реагировать на странный титул, только что ему присвоенный, — сообщить хозяйке дома, что телефонная линия закончена и теперь можно обсудить меры, какие следует принять в целях поимки носорога, имея в виду то обстоятельство, что наши слова плывут, так сказать, над ним, не будучи ему понятны… Ха-ха-ха!…
— А почему вы не обсудили, пока носорога не было? — сказала Носишка. — Вход был свободный. Вы, Ваше Носорожество, даром время потеряли.
— Ребенок, — отвечал с обидой в голосе агент Х-В2, — не суйтесь не в свое дело. Правительство знает, что делает. И позовите к телефону хозяйку дома.
Носишка заткнула трубку рукой и повернулась к донне Бенте:
— Бабушка, он зовет тебя.
Но у доброй сеньоры не было настроения вести разговоры с полицией, с «этой шайкой бандитов и к тому же идиотов», как она определила отряд «Охотников на Носорога».
