В остальном не похоже, что у тебя семейные проблемы или, что тебя булят сверстники, так, что заканчивай нести чепуху.
— Но а ты?
— Я?
— Да, ты.
— Что я?
— Жить надоело?
— Тебе то какое дело? Да и с чего ты это взял?
— Сама сказала.
— Ничего я не говорила, боже.
— Друзья есть?
— Полно.
— Передай им, что хочу познакомиться с ними.
— Чего?
— А парень у тебя есть?
— Какое тебе дело?!
— Значит нету.
— С чего ты взял?!
— Разве есть? — Остановился он.
— Нету!
— Ну вот. Это хорошо.
— В смысле хорошо? — Нахожусь в легком смятении.
— Мелкая ещё, для парней, хах.
— Я? Мне, что двенадцать лет по-твоему?! — Взрываюсь.
— Нет, на пару лет больше, — продолжил он путь.
— Не на пару! Я вполне могу уже встречаться с парнями!
— Тебе пятнадцать?
— Шестнадцать!
— Ох, прости, я правда думал тебе меньше, — не похоже, что он испытал чувство вины.
— Как-будто тебе на много больше…
— Мне девятнадцать.
— Ну прям дяденька, — усмехаюсь.
— Но ты себя видела? Ты же гном.
— Что?! Кто я?!
— Мелкая.
— Ненавижу тебя!
— Ты меня не знаешь.
— Как тебя зовут?
— Никита.
— Ненавижу тебя Никита!
— Я ещё ничего не сделал тебе, ты не можешь ненавидеть меня.
— А вот и могу. И буду.
Обогнав его вырвала руку поспешив первой. Дойдя до ближайшего перекрестка перехожу дорогу уже в положенном месте направившись в обратную сторону. Не оборачиваясь чувствую, что следует за мной. И почему-то так радостно, но в тоже время волнительно.
— Мы же обратно идём, — пропустив между пальцами серые не длинные пряди, вор моти был очень наблюдательным.
— И что?
— Хитростью продлеваешь нашу прогулку?
— Что?! — Ну и нахал!
— Сказала бы, что хочешь подольше погулять со мной, зачем водить кругами?
— Это просто невыносимо.
Проходя мимо зданий и магазинов хотела зайти в любимый бутик с милыми штучками типа: заколочек, мягких игрушек, брелков, блокнотов и прочего, но вспомнив о своём сопровождающем, передумала.
— Зачем ты идешь за мной?
— Чтобы совесть была чиста.
— В смысле?
— Доведу тебя до дома и уйду, зная, что сделал всё, чтобы ты не пострадала.
— Сумасшедший?
— Нет. Не хочу, чтобы по моей вине кто-то пострадал.
— Ты же не при чём, даже если со мной, что-то случится, — мне бы тоже хотелось вернуть время вспять и не садиться в тот проклятый автобус.
— А вот и нет. Я тебя с дороги увел и теперь несу ответственность до самого дома.
— Допустим, вот я дома ты ушел и я выйду следом обратно и меня собьет машина. Это уже не будет твоей ответственностью?
— Предлагаешь остаться у тебя? — Усмехается красавчик.
— Что?! Ещё чего!
— Тогда зачем об этом говоришь? Мне теперь не спокойно.
— Ну конечно, тебе плевать на меня, так, что можешь идти, мой дом рядом, — сворачиваю на свою улицу.
— Почему мы не перешли дорогу по подземке, это ведь гораздо ближе?
— А?
— Зачем делать такой крюк?
— Пока. Мне тут по прямой десять минут и я дома.
— Я уже потратил время так, что дойдем до конца, — обойдя меня идет впереди.
— Боже…
Так и шлепаю следом за ним опустив голову вниз. Я вызываю либо ненависть у людей, либо жалость. Какая ирония. Легкая ремарка, скорее не ненависть, а желание убить меня. Порой мне действительно страшно, потому что может повториться нападение, но честно говоря, я не заслуживаю смерти в подворотни от руки обезумевшего родственника погибших детей. Почему меня никто никогда не попытался понять? Да, считай моей семье повезло, что я выжила, но условия существования для нас создали невыносимые. Мы потеряли всё. Деньги, работу, даже папу, но люди не проявили снисхождения, они как и прежде желают мне смерти.
— Эй?
— А? Что? — Врезаюсь в спину человека.
— Ты где летаешь?
— Ой, ты, что-то сказал? — Отступаю на шаг назад.
— Мимо не пройдем?
— Мы? — Осматриваюсь, — Нет, от этой прачечной несколько минут до моего дома.
— О чём задумалась?
— Ерунда.
— Также ты и на дорогу вышла?
— Не поняла?
— Также задумалась и просто шла?
— Нет, не знаю, — передергиваю плечами поправив капюшон.
— Старайся не думать ни о чём пока рядом столько опасностей.
— Забота?
— Предостережения.
— А, ладно.
— Я серьезно.
— Да поняла я уже, ц.
— Я обратился к тебе несколько раз.
— Когда?
— Вот именно об этом я и говорю. Ты вообще не слышишь, что происходит вокруг и о чём можно так думать? — Не много нервно он спросил.
— Мне о мыслях своих поведать?
— Обойдусь, не дай бог заразиться.
— Что? Да… ты… вор моти!
— Я их не крал, к тому же первую ты сама сунула в мой рот.
— Пх, а вот и крал.
— И часто ты за ними вот так ходишь?
— Достаточно.
— Каждый день? Через день? Раз в неделю?
— Тебе то какое дело?
— Мало ли кто из-за твоей невнимательности пострадать может.
— Да, что с тобой не так?
— О чём ты?
— Ты специально меня задираешь?
— Нет. Прости если задел.
— Да уж. Отстань уже, иди домой, — перехожу на другую сторону дороги, заметив впереди дом соседа.
— Мы ещё не дошли.
— Дошли! Отвали! — Говорю достаточно громко, но не кричу.
— Какой дом?
— Может я не хочу, чтобы ты это знал!?
— Поверь, я не твой фанат и подкарауливать не буду у подъезда.
— Ну и слава богу, ещё не хватало таких фанатов.
— Не подхожу под твой тип?
— Какой к черту тип?
— Опиши, какие мужчины тебе нравятся?
— С чего мне это делать?
— Я слишком хорош?
— Что? — Выпучиваю глаза, вот нарцисс пожеванный! — Да знаешь, слишком для меня.
Резко развернувшись успеваю сделать шаг, как меня прижимают всем телом к своему.
— Да ты издеваешься?! — Впервые слышу повышенные нотки в его голосе. Открыв глаза отодвигаюсь от его груди.
— Что за..?
— Тебя чуть велосипедист не сбил! Ты хоть по сторонам то смотри!
— Меня? — Стою в шоке пряча руки в длинные рукава. Где-то вдали целый и невредимый велосипедист продолжал свой путь.
— Придурок чертов, — рыкнул Никита.
— Кто?
— Этот урод не по тротуару ездить должен, а по велодорожке, — он правда злится?
— Я… спасибо…
— Ты всегда такая?
— Такая?
— За одно утро только несколько раз чуть в аварию не попала.
— Да это… нет…
— Идём уже, — развернув меня положил руку на плечо подтолкнув к чужому подъезду. Эм…
— Оливия?! — Слышу голос мамы.
— Ма… — остановился пантиак возле дома напротив. То есть моего дома.
— Что ты делаешь?
— Я?
— Оливия, — строго произносит подошедшая мама, — Ты куда-то направляешься?
— Э, нет.
— А вы? — Переводит взгляд на парня.
— Никита, друг Оливии.
— Мой друг?
— Друг Оливии? Правда?
— Да, мы дружим, — лучезарно улыбнулся он.
— А
