Читаем без скачивания Две девочки в голубом - Мэри Кларк

«По крайней мере, одна девочка вернулась, — думала она. — И все равно это ужасно, ужасно. Бедные они».

Сегодня она и Дебби уже вернулись к Элси домой, в Хайянис, и сейчас пекли пирожные.

— Как твоя выдуманная подружка? — спросила Элси у Дебби.

Та ложкой раскладывала на противне маслянисто-шоколадные кучки теста.

— Бабушка, ты забыла. У меня больше нет выдуманной подружки. Она существовала, пока я была маленькая.

Дебби выразительно покачала головой, при этом ее легкие пушистые волосы взлетели.

— А, понятно, — улыбнулась Элси, и вокруг ее глаз собрались тонкие лучики морщинок. — Я потому вспомнила о твоей выдуманной подружке, что сегодня встретила у нас в ресторане одного мальчика. Его самого звали Стиви, а его придуманную подружку Кэти.

— Сейчас я сделаю самое большое пирожное на свете, — объявила Дебби.

«Вот так, была подружка, а теперь о подружке и думать забыли, — подумала Элси. — Странно, тот мальчик упорно не выходит у меня из головы. Его мать словно бы сильно торопилась. Бедный ребенок едва успел пару раз откусить».

Когда противень поставили в духовку, Элси сказала:

— Так, Деб, пока пирожные пекутся, бабушка посидит пять минут, почитает газеты. А ты раскрась следующую страницу в книжке про Барби.

Элси уселась в кресло и развернула газету. Статья с продолжением истории Фроли размещалась на первой полосе. Заголовок гласил: «ФБР ведет массированный поиск похитителей». При взгляде на фотографию близняшек в нарядных платьях, дующих на свечки праздничного пирога, у Элси навернулись слезы. Она принялась за статью. Семья никого не принимает. ФБР подтверждает, что в предсмертной записке, оставленной человеком, известным как Лукас Уол, тот признается в непреднамеренном убийстве Кэти. Отпечатки пальцев показали, что Лукас Уол — не кто иной, как Джимми Нельсон, уголовник, отсидевший шесть лет в «Аттике» за серию квартирных краж со взломом. Качая головой, Элси сложила газету. Ее взгляд опять упал на первую страницу с фотографией близнецов.

«Кэти и Келли на своем третьем дне рождения», — гласила подпись.

«Что такое…» — гадала она, вглядываясь в фотографию и пытаясь понять, что именно кажется ей таким странно знакомым.

В эту минуту зазвонил таймер. Дебби оторвалась от раскраски и уронила карандаш.

— Баба, баба, пирожные готовы!

Девочка бросилась на кухню. Газета соскользнула на пол. Элси пошла вслед за внучкой.

69

Покинув дом Фроли, капитан Джед Гюнтер направился прямо в полицию Риджфилда. Увиденное потрясло его в большей степени, чем он позволил себе продемонстрировать в присутствии супругов Фроли и агентов ФБР. Ему приходилось напоминать себе, что он не верит в «близнецовый разговор» или телепатию между близнецами. Он считал, что Келли проигрывает в воображении то, что испытала сама, пока была в руках похитителей. Вот и все.

Но теперь он был твердо убежден, что на тот момент, когда Келли оставили в машине с телом Лукаса Уола, Кэти была жива.

Припарковавшись у полицейского участка, Джед под дождем торопливо зашагал к входной двери.

«Днем солнечно, — усмехнувшись, мысленно процитировал он прогноз погоды. — Как же, солнечнее некуда».

Дежурный сержант подтвердил, что капитан Мартинсон у себя в кабинете, и набрал его номер. Гюнтер взял трубку.

— Марти, это Джед. Я только что от Фроли. Надо кое-что обсудить.

— Конечно. Заходи.

Эти двое мужчин, теперь уже тридцатишестилетние, дружили с детского сада. В колледже оба, независимо друг от друга, выбрали карьеру сотрудников правоохранительных органов. Качества лидера, которыми оба обладали, способствовали быстрому продвижению по службе: Марти — в полицейском департаменте Риджфилда, а Джеда — в полиции Коннектикута.

За годы службы они сталкивались со многими трагедиями, включая ужасные случаи, жертвами которых становились дети и совсем молодые люди. Однако этот случай — похищение с целью выкупа — был для обоих первым такого рода. С той самой ночи, когда из дома Фроли поступил звонок на номер 911, оба подразделения работали рука об руку, в тесном сотрудничестве с ФБР. Тот факт, что до сих пор не удалось выйти на след преступников, был мучителен для обоих.

Джед пожал руку Мартинсону и сел в ближайшее к столу кресло. Он был на три дюйма выше друга, и шевелюра у него была густая и темная. У Мартинсона же волосы уже начали редеть, к тому же в них мелькала ранняя седина. Тем не менее любому стороннему наблюдателю не составило бы труда уловить нечто общее — оба излучали ум и уверенность в себе.

— Что нового в деле Фроли? — спросил Мартинсон.

Джед Гюнтер кратко изложил последние события, закончив рассказ такими словами:

— Сам знаешь, сколь сомнительно признание Уола. Теперь я абсолютно убежден, что во вторник утром, когда Келли обнаружили в машине, ее сестра была жива. Сегодня я еще раз оглядел дом Фроли. Несомненно, в похищении должны были принимать участие не меньше двух человек.

— Я тоже все время над этим думаю, — кивнул Мартинсон. — В гостиной нет ничего, похожего на занавески. Только жалюзи, наполовину опущенные. Возможно, похитители подглядывали в окно. Увидели, что няня сидит на диване и говорит по сотовому телефону. Старый замок на кухонной двери, вероятно, открыли с помощью кредитки. Лестница черного хода расположена рядом с входной дверью, поэтому злоумышленники могли быть уверены, что наверху окажутся быстро. Остается неясным, что они сделали, чтобы заставить кого-то из девочек заплакать и заманить няню наверх. Полагаю, именно так и обстояло дело.

Гюнтер кивнул.

— Я тоже вижу это так. Они выключили свет на лестнице второго этажа. Кто-то из них подошел к девушке сзади, держа наготове хлороформ. На тот случай, если она все-таки увидит кого-то, похитители надели маски. Они не могли позволить себе риск расхаживать по верхнему этажу, заглядывая во все комнаты в поисках детской. Должно быть, расположение комнат было им известно заранее. Из этого следует, что кто-то из них побывал там до похищения. Вопрос, когда это произошло, — продолжал он. — Фроли приобрели этот дом в агентстве недвижимости после смерти старой миссис Каннингам, которой он принадлежал. Дом не был отремонтирован, благодаря чему они получили скидку.

— Но независимо от этого перед продажей дом должен был пройти инспекцию, — заметил Мартинсон.

— За этим я и пришел, — отвечал Гюнтер. — Хочу обсудить с тобой результаты инспекционной проверки. Твои ребята знают город вдоль и поперек. Существует ли хотя бы ничтожная вероятность, что кто-то побывал в доме и ознакомился с расположением комнат до того, как Фроли туда въехали? Наверху длинный коридор, и половицы скрипят. Двери тех трех спален, которые семья не использует, всегда закрыты. Петли визжат. Похитители, должно быть, знали точно, что дети спят в одной из двух спален в самом конце коридора.

— Мы разговаривали с инспектором, который осматривал дом, — задумчиво произнес Мартинсон. — Он живет в городе тридцать лет. Пока он проводил инспекцию, никто не заходил. За два дня до того, как Фроли должны были въехать, агент по недвижимости направил туда работников для проведения тщательной уборки. Это семейный бизнес. За них я ручаюсь головой.

— А что насчет Франклина Бейли? Он ко всему этому имеет какое-то отношение?

— Не знаю, что по этому поводу думают федералы, но, по-моему, никакого. Насколько мне известно, бедняга на грани сердечного приступа.

Джед поднялся.

— Я возвращаюсь в офис. Проверю данные еще раз, на случай, если мы что-то упускаем. Марти, повторяю, я не верю в эту близнецовую телепатию. Но помнишь, как Кэти кашляла, на той записи телефонного разговора? Если она жива, то тяжело больна. И меня пугает мысль, что эта так называемая предсмертная записка может оказаться пророческой. Возможно, они не хотят ее убивать, но могу поклясться, что к доктору они ее тоже не поведут. Фотография Кэти во всех газетах. А без медицинской помощи, боюсь, она не выживет.

70

В аэропорту Ла Гуардиа Клинт велел водителю высадить его у здания континентальных авиалиний. Если федералы у него на хвосте, то меньше всего им надо знать, что на самом деле он направляется в чартерный зал. Так что лучше дать им ложный след. Пусть думают, что он летит в Бостон или Вашингтон.

Он оплатил такси кредитной картой. Когда водитель проводил картой по щели кассового аппарата, Клинт весь покрылся потом. Что, если Энджи перед отъездом опять ею воспользовалась и все истратила? Если так, то из восьмидесяти долларов, которые лежат у него в кармане, будет истрачено все до последнего цента.

Но проскочило. Он облегченно вздохнул.

Его злость на Энджи лишь усиливалась. Она была как нарастающий рокот, предшествующий изВержению вулкана. Оставь они обеих девчонок в и раздели миллион, Лукас продолжал бы себе работать в службе проката лимузинов, возил бы, как и прежде, Бейли. А они с Энджи на следующей неделе уже ехали бы на ту фальшивую работу во Флориде, и никто не был бы внакладе.