дома архитектор Дмитрий Андреевич Крыжановский построил новый флигель под кинематограф.
В 1916 году в дом № 55 переехало Российское транспортное и страховое общество.
После 1917 года находящийся здесь кинотеатр переименовали в «Нирвану». С 1923 года в нем стали показывать научно-популярные фильмы «Вечерняя Красная Газета».
В 1940-х годах в этом здании располагался магазин «Хрусталь. Стекло. Фарфор»
1980–1990-х – магазин «Болгарская роза» торговой фирмы «Юбилей», кроме того, использовался и в качестве жилого дома.
После того как в соседнем доме № 57 решили открыть пятизвездочный отель «Невский палас» и потребовались огромные переделки означенного здания, что-то не рассчитали, в результате стоящие рядом дома № 55 и № 59 пошли трещинами. Пришлось спешно заняться расселением жильцов.
«Эти дома на Невском [имеются в виду дома № 55 и № 59 – Ю. А.] можно было бы сохранить, хотя бы фасады. Если бы не варварски обращались с реконструкцией отеля. Видимо, там не были, скорее всего, предприняты меры по грамотному примыканию к этим двум домам», – комментировал ситуацию Дмитрий Бутырин, председатель Совета по архитектурному наследию при Союзе архитекторов.
В результате дом снесли до основания и после этого на его месте построили новый дом с бизнес-центром «Невская Плаза».
Невский, 57
Ремесленное училище цесаревича Николая
Нет ничего лучше Невского проспекта, по крайней мере в Петербурге; для него он составляет все. Чем не блестит эта улица – красавица нашей столицы! Я знаю, что ни один из бледных и чиновных ее жителей не променяет на все блага Невского проспекта. Не только кто имеет двадцать пять лет от роду, прекрасные усы и удивительно сшитый сюртук, но даже тот, у кого на подбородке выскакивают белые волоса и голова гладка, как серебряное блюдо, и тот в восторге от Невского проспекта. А дамы! О, дамам еще больше приятен Невский проспект. Да и кому же он не приятен? Едва только взойдешь на Невский проспект, как уже пахнет одним гуляньем. Хотя бы имел какое-нибудь нужное, необходимое дело, но, взошедши на него, верно, позабудешь о всяком деле. Здесь единственное место, где показываются люди не по необходимости, куда не загнала их надобность и меркантильный интерес, объемлющий весь Петербург. Кажется, человек, встреченный на Невском проспекте, менее эгоист, нежели в Морской, Гороховой, Литейной, Мещанской и других улицах, где жадность и корысть, и надобность выражаются на идущих и летящих в каретах и на дрожках. Невский проспект есть всеобщая коммуникация Петербурга.
(Н.В. Гоголь. Невский проспект)
C 1820 годов участок принадлежал Павлу Николаевичу Демидову, который еще юнкером в 1812 году принимал участие в Бородинском сражении. Буквально через два года после покупки этого дома на Невском он из штаб-ротмистров лейб-гвардии Конно-егерского полка поступит в Кавалергардский полк, где служил адъютантом при московском военном генерал-губернаторе, генерале от кавалерии князе Голицыне, в 1826 году произведен в ротмистры.
Спросите, откуда такие деньжищи, чтобы приобрести дом на Невском, у юнкера или даже штаб-ротмистра? Но дело в том, что Демидов происходил из богатейшей семьи, владеющей уральскими чугуноплавильными заводами.
Отойдя от военной службы, в 1831–1834 годах он исполнял должность курского губернатора. В истории Павел Николаевич Демидов известен главным образом как меценат и благотворитель, а также основатель «Демидовской премии», которую, начиная с 1832 года, присуждала Императорская Академия наук за выдающиеся сочинения. На это благородное дело Демидов каждый год выдавал 5000 рублей за главную премию и столько же за две работы, которые по количеству голосов не смогли претендовать на первое место и заняли второе и третье.
П.Н. Демидов
Вместе с братом Анатолием Павел Николаевич учредил в Санкт-Петербурге детскую больницу, которую содержал из собственных средств, кроме того, сделал крупные пожертвования в Комитет инвалидов, в Приют для бедных, в Общество садоводства и др.
В 1861–1862 годах архитектор Август (Фридрих-Август) Иванович Ланге построил четырехэтажный дом с пятиэтажными дворовыми флигелями для библиофила и коллекционера книг и гравюр Александра Александровича Заешникова.
В 1906 году архитектор Виктор Никанорович Бобров надстроил дворовые флигели для Ремесленного училища им. цесаревича Николая Алексеевича, а в 1913–1914 годах еще и перестроил лицевой корпус с мансардой на французский манер. Тогда же в доме начали сдавать меблированные комнаты «Реноме». Потом здесь появилась гостиница «Гермес». В здании также размещались кинематограф «Ампир» и магазин автомобилей «Бенц и K°».
Дом № 57. Современное фото
В 1957 году здание досталось гостинице «Балтийская», которая в начале 1990-х годов вошла в комплекс «Невский Палас».
Невский, 59
Дом Ю.А. Воейковой
Я вернулся в мой город, знакомый до слез,
До прожилок, до детских припухлых желез.
Ты вернулся сюда, так глотай же скорей
Рыбий жир ленинградских речных фонарей…
О.Э. Мандельштам
В 1822–1823 годах на этом месте велась перестройка четырехэтажного здания, принадлежавшего Комиссии духовных училищ. Работами руководил архитектор Павел Данилович Шретер. Ученик Чарльза Камерона, он много работал вместе со своим учителем в Павловске, но оставил государственную службу ради частных заказов. Дом № 59 по Невскому проспекту был одним из них.
В 1851–1856 годах дом снова перестраивался, на этот раз архитектором Александром Семеновичем Кудиновым. Заказчиком этой работы выступило Духовно-учебное управление при Синоде, где Кудинов числился штатным архитектором.
В 1873–1874 годах дом приобрела Ю.А. Воейкова, тогда же начинается очередная перестройка дома. Архитектор Карл Иванович Реймерс изменил фасад здания, придав ему эклектичный облик. Далее дом приобрел статус доходного. В 1879 году здесь нанимали квартиры народовольцы Мария Николаевна Ошанина и Анна Павловна Корба.
Про Марию Николаеву писал другой видный народоволец Лев Александрович Тихомиров: «…Это была личность очень выдающаяся. Я ее считаю в числе четырех самых крупных людей старого исполнительного комитета. Очень умная, с огромным характером, с чрезвычайно отчетливыми убеждениями, она и к старому комитету относилась довольно критически из-за того, что он по уши ушел в террор. Оловенникова отличалась не женским мужеством, хладнокровным и не поддающимся никакому колебанию. Она доказала это в боевых предприятиях, в которых ей случалось принимать участие. Но она была яркая “якобинка” – стояла за переворот и захват государственной власти в руки заговорщиков. Она не была красавицей, как Фигнер, но отличалась чрезвычайной привлекательностью. Ее умное, выразительное лицо, не лишенное и красоты, но особенно изящное, производило на всех большое впечатление. Ее прекрасные светские манеры, умение себя держать, вовремя сказать что нужно, вовремя промолчать, устроить так, чтобы внушить собеседнику свою мысль как будто его собственную, перейти,
