Читаем без скачивания Женщины-воины: от амазонок до куноити - Олег Ивик

«Я хочу, чтобы всем ведома была причина, по которой индейцы так защищались. Пусть все знают, что тамошние индейцы подданные и данники амазонок и что, узнав о нашем приближении, они отправились к ним за помощью, и десять или двенадцать явились к ним на подмогу. Мы видели воочию, что в бою амазонки сражаются впереди всех индейцев и являются для оных чем-то вроде предводителей. Они сражались так вдохновенно, что индейцы не осмеливались показать нам свои спины. Того же, кто все-таки показывал врагу свою спину, они убивали на месте прямо у нас на глазах своими палицами. Именно по этой причине индейцы стойко оборонялись».

Ни горячка боя, ни свежая рана не помешали любознательному монаху рассмотреть своих противниц:

«Сии жены весьма высокого роста и белокожи, волосы у них очень длинные, заплетенные и обернутые вокруг головы. Они весьма сильны, ходят же совсем нагишом — в чем мать родила, и только стыд прикрывают. В руках у них луки и стрелы, и в бою они не уступают доброму десятку индейцев, и многие из них — я видел это воочию — выпустили по одной из наших бригантин целую охапку стрел, а другие — может быть, немногим меньше, так что к концу боя бригантины наши походили на дикобразов».

Однако в конце концов индейцы, несмотря на помощь женщин, потерпели сокрушительное поражение от рук испанцев.

«Господь наш смилостивился над нами, приумножив наши силы и мужество, и нашим товарищам удалось убить семерых или восьмерых из тех амазонок, и мы сами были очевидцами этого, и индейцы, видя их гибель, совсем пали духом и были разбиты и рассеяны».

Конкистадоры, опасаясь многочисленности индейцев, предпочли покинуть разоренное ими селение. Но их интерес к амазонкам удовлетворен не был. И когда они вскоре после этого захватили в плен индейца, Орельяна стал расспрашивать его о тех, с которыми ему только что довелось сразиться.

«Индеец сказал, что это были женщины, которые живут внутри страны в четырех или пяти днях пути от побережья реки, и что они пришли ради местного сеньора, их вассала, чтобы защитить от нас побережье. Еще капитан спросил его, были ли они замужними и есть ли у них мужья сейчас, и индеец сказал, что мужей у них нет».

Индеец также сообщил, что женщины эти очень многочисленны — он смог перечислить по памяти названия семидесяти их селений, в некоторых из которых бывал сам. «Капитан спросил, не из соломы ли строят они свои жилища, и индеец ответил, что нет — не из соломы, а из камня и устраивают в них ворота и что из одного селения в другое ведут дороги, огороженные как с одной, так и с другой стороны, и на тех дорогах в некотором удалении друг от друга устроены заставы, где размещается стража, коя взимает пошлины с тех, кто дорогами пользуется. Капитан спросил его, очень ли велики их селения, и индеец ответствовал, что да — очень велики».

Естественно, что испанцев весьма интересовал вопрос о том, рожают ли эти женщины. «…Индеец сказал, что рожают, и тогда капитан удивился: как же это возможно, могут ли они родить, если живут незамужними и среди них нет мужчин. Индеец ответил, что они вступают в общение с мужчинами в определенную пору и когда им на то приходит охота. Мужчины же происходят из некой провинции одного очень важного сеньора, которая сопредельна с землею оных женщин; они — белые, только что нет у них бороды, они и приходят к тем женщинам, чтобы с ними общаться. Капитан не мог взять в толк, приходят ли они по доброй воле, или их приводят силою, и живут ли они у них только некоторое время и затем уходят. Говорят, если эти женщины, забеременев, рожают мальчика, то его убивают или отсылают к отцу; если же у них рождается дочь, то ее пестуют и холят с превеликой радостью; и говорят, что у этих женщин есть главная сеньора, которой все остальные повинуются, и зовут ее Корони».

Но информация, которую индеец, а за ним и доминиканец приберегли на конец своего рассказа, затмила подробности о демографической политике амазонок Нового Света. «Индеец сказал также, что там полным-полно золота и других богатств и что все важные сеньоры и знатные женщины пьют и едят на золоте, и у каждой в доме огромные сосуды тоже из золота… Он сказал, что в городе… имеется пять „домов солнца“, где они держат идолов из золота и серебра в образе женских фигур, а также много всякой посуды для этих идолов, и что сии дома со всех сторон, от самого своего основания и до половины человеческого роста в высоту, выложены серебряными плитами, и что сиденья в этих домах из такого же серебра, и поставлены они перед серебряными же столами, за которыми амазонки сидят в часы своих возлияний… Сии женщины носят одежду из шерсти, так как, по словам индейца, у них много овец, таких же, как в Перу; все они также носят на себе много золотых украшений…»

Вдохновленный то ли образами прекрасных воительниц, то ли мыслями о золоте, которым они владели, Орельяна переименовал открытую им реку в Амазонку. Он прошел по реке от истоков до устья — чем и вписал свое имя в список великих путешественников, — а вернувшись в Испанию, добился права завоевания и колонизации открытой им страны и звания ее правителя. Но вторая экспедиция с самого начала «не задалась». Не хватало людей, снаряжения, провизии… Из трех кораблей один затонул на переходе через Атлантику. Два других, достигнув устья великой реки, отправились вверх по течению. Испанцы страдали от тропических болезней, нехватки продовольствия и постоянных стычек с индейцами. Вскоре умер и сам Орельяна. Но он не был последним искателем амазонок, а главное, их золота.

В 1596 году в Англии вышла книга «Открытие богатой, обширной и прекрасной Гвианской империи», автором которой был Уолтер Рэли — английский джентльмен, путешественник, пират и поэт. Совершив несколько исследовательских (и, попутно, пиратских) плаваний к берегам Северной Америки, в 1592 году он угодил в опалу, какое-то время даже просидел в Тауэре, а выйдя оттуда, организовал очередную полупиратскую экспедицию — на сей раз в Америку Южную. Теперь флот Рэли действовал у побережья современной Венесуэлы и на реке Ориноко. Якобы открытая им «Гвианская империя» была разукрашена фантазией Рэли так, что скромная реальность была за ней почти неразличима, но, как отмечают современные исследователи, кроме рекламных вымыслов, в его книге содержится и множество верных наблюдений. На этом сверкающем золотом фоне рассказ об амазонках выглядит достаточно скромно. Рэли пишет:

«…На южном берегу главного устья Ориноко живут арваки, за ними каннибалы, а южнее их — амазонки… Я расспросил самых старых и более всего путешествовавших индейцев оренокепони и получил сведения о всех реках между Ориноко и Амазонкой и весьма стремился узнать истину об этих воинственных женщинах-амазонках, потому что некоторые в них верят, другие же нет. И хотя я отклоняюсь от цели, но все же изложу то, что мне рассказали об этих женщинах (а я говорил с касиком, или властителем, орено-кепони, сказавшим мне, что он был на этой реке, а также и за нею). Племена этих женщин живут на южном берегу реки в провинциях Топаго (возможно, департамент Бояка в современной Колумбии. — О. И.), а главные их укрепленные места и убежища — на островах, расположенных южнее входа в нее, примерно в шестидесяти лигах к югу от устья… Те, что живут неподалеку от Гвианы, соединяются с мужчинами один раз в год, на протяжении месяца, который, как я понял из объяснений индейцев, соответствует апрелю. В это время собираются все короли приграничных стран и королевы амазонок, и после того как королевы сделают свой выбор, остальные мечут жребий на своих Валентинов. Этот один только месяц они веселятся, танцуют и пьют свои вина в изобилии, а когда месяц кончается, все они уходят в свои провинции. Если амазонки понесут и родится сын, они отдают его отцу, если же дочь, то выкармливают ее и оставляют у себя, и сколько родится у них дочерей, столько они посылают отцам подарков, ибо все хотят, чтобы их пол и род увеличивались в числе. Однако я не нашел подтверждения тому, что они отрезают правый сосок на груди. Мне рассказывали затем, что если они во время войны берут пленных, то имеют обыкновение соединяться с ними когда бы то ни было, но потом обязательно убивают их, потому что амазонки, как говорят, очень кровожадны и жестоки, особенно к тем, кто пытается проникнуть в их земли. У амазонок также много этих дисков из золота, которые они добывают в обмен главным образом на некую разновидность зеленых камней, которые испанцы называют пьедрас ихадас. Мы применяем их при болезнях селезенки, при каменной болезни их ценность также велика. Я видел много таких камней в Гвиане, и обычно у каждого короля или касика есть один камень, который, по большей части, носят его жены, и они считают эти камни великой драгоценностью».

Как и Орельяна, Рэли совершил и вторую экспедицию в открытые им земли. Но между первой и второй экспедициями в Англии произошли большие перемены — умерла королева Елизавета, ее преемник Яков I, сын казненной Елизаветой Марии Стюарт, ревностный католик, был сторонником мира и дружбы с Испанией, Испания же претендовала на владение всем Новым Светом. Рэли получил королевскую инструкцию: действовать лишь на землях, не контролируемых испанцами. Разумеется, столкновение было неизбежным, но опальный флибустьер рассчитывал на успех — «победителей не судят». Увы, на этот раз победителем он не стал — его атаки на испанские укрепления были отбиты. Посол Мадрида в Лондоне заявил протест и потребовал покарать преступника, что Яков I с удовольствием и исполнил — по возвращении в Англию Рэли был обезглавлен.