— Да, да, дорогая. Пусть приготовит легкий ленч. Например, камбалу под соусом и на десерт суфле.
— Я думаю, тетя Гарриет собиралась обречь нас на холодную баранину! — хихикнула Стелла.
— Нет, ей самой лучше бы не есть сегодня мяса! — с чувством чистейшего альтруизма заметила миссис Мэтьюс.
— Ну да, — согласилась Стелла. — Давай я унесу этот стакан на кухню.
— Нет, это мой личный стакан, из него пью только я и сама его мою. Да, передай кухарке, что мисс Гарриет слегла и спит, так что пусть ее пока не беспокоят. Закажи на обед жареных цыплят. Что-нибудь легко перевариваемое.
— У тети Гарриет глаза на лоб полезут от такого мотовства — как бы ей не стало еще хуже! — засмеялась Стелла, спускаясь на кухню.
Миссис Бичер приняла ее на кухне радушно, зацокала языком, когда узнала о нездоровье хозяйки, заметив при этом, что не особенно удивлена.
— Та смесь, которую она заказала вчера, вряд ли была съедобна, — вздыхала миссис Бичер. — А что до рыбы, так мне просто стыдно было посылать ее на стол. Хозяин перевернулся бы в могиле, если бы узнал, что мы нынче едим… Значит, сегодня вы будете заказывать еду, мисс? Ну что ж, это хорошая практика для вас перед тем, как заиметь свой собственный дом!
Стелла поняла, что эта глупая фраза была брошена только затем, чтобы выяснить, собирается ли она замуж за Филдинга, и, мило улыбнувшись, перевела разговор на проблему цыплят. Затем она поехала на своей машине за покупками и вернулась около полудня. Ее мать как раз спускалась сверху, от мисс Гарриет.
— Ну как там наша больная? — спросила се Стелла небрежно.
— Спит. Я было вошла, но вижу, что она дремлет — и сразу вышла.
Мисс Мэтьюс не спустилась и к ленчу. Миссис Мэтьюс, которая в отсутствие своей спарринг-партнерши по склокам вздыхала все грустнее и грустнее, наконец попросила Стеллу подняться наверх и посмотреть, как там тетя.
— По-моему, со стороны Гарриет крайне эгоистичным было заболеть сейчас и переложить все тяготы домашнего хозяйства на мои и без того хрупкие плечи…
Стелла, отлично понимая комичность жалоб матери, не стала, однако, вступать с нею в разговоры, а только подмигнула Гаю и пошла к тете.
Она легонько постучалась в дверь, но ей никто не ответил. Тогда Стелла повернула ручку и вошла в спальню мисс Гарриет Мэтьюс.
Окна были задернуты тяжелыми гардинами, и в комнате царил сумрак. Мисс Гарриет неподвижно лежала на спине с закрытыми глазами. Стелла подошла поближе, соображая, стоит ли будить старушку или оставить как есть. Ей показалось, что тетя выглядит очень больной. Стелла положила ладонь на сухую старческую руку.
Ее словно током ударило. Рука была страшно холодной! С минуту Стелла оцепенело смотрела на мисс Гарриет, а потом закричала:
— Мама! Гай! Скорее сюда! Скорее!
Голос ее прерывался от ужаса. Гай в два прыжка взлетел по лестнице.
— Что такое? — задыхаясь, спросил он.
— Тетя Гарриет, — прошептала Стелла. — Посмотри на нее…
Он только взглянул на побелевшее лицо сестры и прошел в комнату обреченным шагом.
Стелла пыталась взять себя в руки, но ей это плохо удалось. Она видела, как Гай схватил тетю за плечо и стал трясти:
— Очнитесь! Тетя Гарриет!
Он подбежал к окнам и отдернул занавеси. Потом посмотрел на сестру.
— Стелла… — пробормотал он. — Стелла… Что же нам теперь делать…
В дверях показалась их мать.
— Ну, что там с вами, Гарриет? — издалека спросила она. — Чего же ты так кричала, Стелла?
Стелла хрипло ответила:
— Мама, тетя Гарриет умерла.
— Умерла? — переспросила миссис Мэтьюс. — Какой вздор! Погоди, с чего ты вдруг подняла истерику?
Она подошла к постели и взяла руку Гарриет… Затем, кинув пронзительный взгляд на своих детей, она сказала, тщательно артикулируя каждое слово:
— У вашей тети, вероятно, был удар. Немедленно надо послать за доктором. Гай, позвони Филдингу. Стелла, не стой как истукан! Это просто удар, ей вполне еще можно помочь!
— Она умерла, — сказала Стелла. — Точно так же, как дядя. Ты же сама это прекрасно понимаешь.
Миссис Мэтьюс подошла к дочери и взяла ее за руку.
— Девочка моя, я понимаю, что ты в шоке. Возьми себя в руки. Ты ничем не поможешь тете, так что отправляйся лучше к себе и полежи немного, пока не придет доктор Фи…
— Никто ей уже не поможет, мама. Почему ты не послала за доктором еще раньше, когда она сказала, что плохо себя чувствует? Почему, мама?
— Стелла, тогда речь вообще не шла о докторе. Тебе надо собраться. Никто ведь не мог этого знать заранее… У нее ведь было просто легкое расстройство желудка, ничего более. Я тебе сейчас дам успокаивающего, и постарайся прийти в себя.
Стелла позволила отвести себя в спальню матери и покорно проглотила какую-то микстуру. Но к себе она идти не захотела и так и осталась сидеть в глубоком кресле у материной кровати.
Доктор Филдинг как раз вернулся домой к ленчу и поэтому прибежал в «Тополя» тотчас же. Его встретила в холле миссис Мэтьюс.
— Доктор, у моей золовки был удар. Я не пыталась ей чем-то помочь сейчас, мне казалось, что правильнее будет дождаться вас. Но я уже некоторое время что-то такое у нее замечала, но мне и в голову не могло прийти, что легкое нездоровье может так обернуться… Точь-в-точь как мой несчастный деверь Грегори!
Филдинг выпрямился.
— Миссис Мэтьюс, она мертва, — сказал он резко. — И умерла она не менее двух часов назад. Почему вы не послали за мной раньше?
— Мертва? — недоверчиво повторила миссис Мэтьюс, прикрывая глаза ладонью.
За нее ответил Гай.
— Да мы понятия не имели, что с ней! С чего бы мы стали беспокоить вас? У нее с утра было несварение желудка, вот и все… Вчерашний ужин, прямо сказать, был не из лучших. Ведь я так и сказал, мама, что с ней ничего особенного не происходит, помнишь?
— Да, да, — отвечала миссис Мэтьюс глухо. — Я дала ей свое лекарство и уложила в постель. Вот и все. Ей хотелось подремать.
— На что она жаловалась? — спросил Филдинг.
— Она ни на что особенное не жаловалась… Ее мутило, голова болела… И потому я дала ей лекарство. Это прекрасное средство, мне его выписывал НАСТОЯЩИЙ врач…
— У нее были судороги? Или дрожь? Или затрудненное дыхание?
Миссис Мэтьюс помотала головой:
— Нет, нет… Если бы так, я сразу послала бы за вами. После моего лекарства ей полегчало, но стало клонить ко сну, и я решила оставить ее в покое…
— Филдинг, отчего она умерла? — вдруг брякнул Гай.
Доктор обвел глазами мать и сына, лицо его осунулось, скулы обострились…
— Я не могу ответить на ваш вопрос без проведения патоанатомического исследования.
Миссис Мэтьюс нервно мяла уголок покрывала на кровати.
— Совершенно ясно, что в таком исследовании нет необходимости, — возразила она, стараясь говорить ровным голосом. — Очевидно, что у нее был инсульт! Ведь потрясение от смерти брата…
— Для меня тут нет ничего очевидного, миссис Мэтьюс. Сожалею, но не могу подписать свидетельство о смерти. Это дело коронера.
— О Боже мой! — взвыл Гай.
Миссис Мэтьюс дрожащим голосом сказала:
— Это просто нелепо! Моя золовка была уже в преклонном возрасте, и в последнее время здоровье у нее пошатнулось, это все видели…
— Хорошо, скажите откровенно — что вы подозреваете? — спросил Гай угрожающе, делая шаг к доктору.
Филдинг посмотрел на него сурово:
— Если угодно, я подозреваю, что мисс Гарриет Мэтьюс была отравлена!
— Ложь! — закричал Гай.
— Тс-с-с! — сказала миссис Мэтьюс машинально. — Это все очень глупо. Кому нужно было ее травить? Это было бы просто смешно, когда бы не было так грустно! Но подвергать всех нас еще одному испытанию, еще одному полицейскому расследованию — это уж слишком, доктор!
— Миссис Мэтьюс, я вынужден отказаться от обсуждения этого вопроса. Меня не было здесь в момент смерти, я не видел ее состояния утром и по совести просто не могу подписать свидетельство о смерти. Если вы оба спуститесь вниз, я берусь сторожить эту комнату до приезда полиции.
