В большинстве операций Великой Отечественной войны танковая армия трехкорпусного состава вводилась в сражение в двухэшелонном построении, чаще всего по четырем маршрутам, из расчета по два маршрута на корпус первого эшелона. Так, из 29 учтенных операций танковые армии при вводе в сражение имели оперативное построение в два эшелона в 17 операциях и в один эшелон в 12 операциях. Причем при одноэшелонном построении в 11 операциях танковая армия имела в своем составе два корпуса. И только в Берлинской операции 1-я гвардейская танковая армия вводилась в сражение, имея в первом эшелоне все три корпуса и в резерве танковую бригаду и танковый полк.
От корпусов первого эшелона, как правило, выделялись сильные передовые отряды, на которые возлагалась задача обеспечить развертывание и ввод в сражение главных сил, а в последующем захват важных рубежей и объектов в оперативной глубине и удержание их до подхода главных сил армии. На каждом маршруте впереди вслед за наступающими стрелковыми частями двигались разведывательные группы. За разведкой выдвигались отряды обеспечения движения, передовые отряды, за которыми следовали главные силы армии.
Общая глубина оперативного построения танковой армии трехкорпусного состава при движении по четырем маршрутам двумя эшелонами составляла, как правило, 50–60 км. Одним из примеров оперативного построения армии при вводе в сражение может служить построение 2-й гвардейской танковой армии в Висло-Одерской операции (схема 6).
В целом группировка сил и средств танковой армии при вводе ее в сражение всякий раз создавалась с таким расчетом, чтобы обеспечить необходимую силу танкового удара, быстроту движения и удобство развертывания первого эшелона, возможность самостоятельного ведения им боевых действий, наименьшую уязвимость от артиллерийского огня и ударов авиации противника, непрерывное управление соединениями армии (схема 7).
Обеспечение ввода в сражение танковых армий в годы войны непрерывно совершенствовалось. В частности, увеличивались количество артиллерии, привлекаемой для обеспечения ввода, ее плотность и глубина сопровождения огнем. С 1944 г. к артиллерийскому обеспечению привлекались, как правило, артиллерия армейских, корпусных и дивизионных артиллерийских групп, действовавших в полосе ввода танковой армии, приданная ей артиллерия. Ее плотность в полосах ввода в среднем достигала 60–70 орудий на 1 км фронта. На глубину 12–16 км от рубежа ввода заблаговременно подготавливались огни по участкам на нескольких рубежах.
Перед вводом танковой армии в сражение обычно проводился короткий огневой налет. Для лучшего артиллерийского обеспечения в передовые бригады назначались офицеры-корректировщики от артиллерийских частей и соединений, которые следовали в радийных танках, вызывали и корректировали огонь. Артиллерия танковой армии выдвигалась в колоннах в готовности к развертыванию и поддержке огнем действий передовых отрядов, к отражению контратак танков, к подавлению и уничтожению огневых средств и очагов обороны противника. Один из вариантов артиллерийского обеспечения ввода танковой армии в прорыв представлен на схеме 8.
Большое внимание уделялось обеспечению флангов танковой армии. С этой целью организовывалось уничтожение противотанковых средств противника, расположенных на флангах полосы ввода на удалении 1–2 км, с таким расчетом, чтобы артиллерия противника не могла вести действительный огонь по танкам прямой наводкой. Артиллерийские батареи противника подавлялись и на большем удалении от флангов полосы ввода. На случай отражения контратак противника на флангах полосы ввода подготавливался заградительный огонь артиллерии.
Танковые армии в годы войны являлись одним из основных объектов ударов вражеской авиации, а потому остро нуждались в надежном прикрытии и поддержке с воздуха. Обычно для выполнения задач в интересах танковых армий при вводе их в сражение, и в частности при преодолении тактической зоны обороны привлекалось от 50 до 75% сил воздушных армий. Так, в Белгородско-Харьковской операции для обеспечения ввода 1-й и 5-й гвардейской танковых армий были задействованы все силы штурмовой и бомбардировочной авиации и более 50% истребителей 2-й воздушной армии. В Висло-Одерской операции на обеспечение ввода в прорыв 1-й и 2-й гвардейских танковых армий было переключено до 70% бомбардировочной, штурмовой и истребительной авиации 16-й воздушной армии. В Берлинской операции для обеспечения ввода в сражение 3-й и 4-й гвардейских танковых армий выделялось до 75% сил 2-й воздушной армии135.
При вводе танковых армий в сражение усиливалось их прикрытие истребительной авиацией, главным образом патрулированием в воздухе, осуществлялось блокирование вражеских аэродромов, а по некоторым из них наносились удары. Так было, например, при вводе в сражение 5-й гвардейской танковой армии (Витебско-Оршанская операция), когда бомбардировщики 1-й воздушной армии подвергли сильным ударам аэродромы противника в Орше, Додукове, Борисове136. В ряде операций перед вводом танковых армий в сражение проводилась короткая по времени, но мощная авиационная подготовка в целях подавления узлов сопротивления, опорных пунктов и особенно средств противотанковой обороны противника перед фронтом и на флангах полосы ввода (Орловская, Львовско-Сандомирская операции). С началом ввода в сражение и до выхода танковых армий в оперативную глубину штурмовая авиация непрерывно сопровождала их, уничтожая войска противника, огневые средства, танки и другую технику, препятствовавшие продвижению танковых соединений. При этом особое внимание обращалось на фланги, откуда противник обычно готовил контратаки и контрудары.
Инженерное обеспечение ввода танковых армий в сражение возлагалось на общевойсковые армии, в полосах которых они вводились. Привлекались и фронтовые средства, а также инженерные части и подразделения танковых армий. Инженерные войска подготавливали маршруты выдвижения, разминировали рубежи ввода, строили мосты через речные преграды, организовывали комендантскую службу и решали другие задачи. Однако в целом следует отметить, что инженерное обеспечение ввода танковых армий в сражение представляло в годы войны сложную проблему. Правильное решение вопроса о сосредоточении основных усилий инженерных войск при прорыве в тактическом звене приводило вместе с тем к ослаблению их оперативной группировки. В условиях слабой моторизации широкая перегруппировка инженерных войск в короткие сроки была трудно осуществима. Общевойсковые армии для обеспечения ввода танковых армий обычно располагали ограниченными инженерными силами и средствами, так как танковые армии вступали в сражение до завершения прорыва, т. е. в тот момент, когда подавляющая часть инженерных войск работала на обеспечение действий стрелковых соединений. Это особенно ощущалось в операциях 1943–1944 гг. Начальники инженерных войск танковых армий в этих условиях еще до выхода на рубеж ввода были вынуждены использовать штатные и приданные инженерные части, что ослабляло возможности инженерного обеспечения армии при действиях в оперативной глубине.
Ввод в сражение танковых армий осуществлялся по приказу командующего войсками фронта. При необходимости он уточнял задачи танковой армии, данные об обстановке, порядок взаимодействия с общевойсковыми армиями, артиллерией и авиацией, обеспечивавшей ввод в сражение. Командующий танковой армией в свою очередь на основе указаний командующего войсками фронта конкретизировал задачи корпусам первого эшелона и вопросы их взаимодействия со стрелковыми соединениями и авиацией.
Порядок ввода определялся главным образом в зависимости от того, вводилась ли танковая армия для завершения прорыва тактической зоны обороны противника или после ее прорыва общевойсковыми армиями.
При вводе танковой армии для завершения прорыва тактической зоны обороны противника передовые отряды танковых (механизированных) корпусов следовали за стрелковыми дивизиями первого эшелона общевойсковых армий. Как только стрелковые дивизии преодолевали две наиболее сильные позиции, танковые бригады обгоняли пехоту, завершали прорыв главной полосы и стремительно продвигались ко второй полосе в целях захвата ее с ходу, а также обеспечения развертывания первого эшелона танковой армии. Если передовым отрядам это сделать не удавалось, развертывался первый эшелон танковой армии, который мощным танковым ударом завершал прорыв тактической зоны обороны противника на всю ее глубину. Подобные действия вели, например, соединения 5-й гвардейской и 1-й танковых армий в Белгородско-Харьковской операции.
