произошло в день смерти Энни Ховард. Но детектив ошибся: его речь и в самом деле произвела сильное впечатление на это хрупкое создание, однако Лаура решила действовать по-другому, взяв всю вину на себя.
Дин Маккензи оказался связанным по рукам и ногам: признание Лауры требовало тщательной проверки, и по логике сыщик не должен был сейчас заниматься другими подозреваемыми, ибо девушка уже созналась в убийстве. В то же время детектив пришел к выводам, из которых следовало, что Джефри Лоуренс мог с большей вероятностью быть причастным к совершенному тяжкому преступлению. Как из этого выпутаться, инспектор не знал. Доказывать невиновность Лауры Скотт было не в его компетенции, и оставалось только надеяться на чудо.
Но чуда не произошло. Позвонив эксперту, проводившему вскрытие, Маккензи выяснил, что Энни Ховард не ждала ребенка. Мысленно выругав Хелен Ховард, сбившую его с толку своими пустыми рассуждениями о беременности ее племянницы, детектив решил позвонить миссис Бланш и узнать, как она себя чувствует, а заодно и поделиться с ней последними новостями.
Пострадавшей стало гораздо лучше, и она даже обещала попозже зайти к инспектору. Женщина тоже не верила в виновность Лауры Скотт. Миссис Бланш была уверена, что этот отчаянный шаг влюбленной девушки так или иначе окажет свое влияние на ход расследования. Присцила просила полицейского не впадать в отчаяние и просто ждать, ибо она считала, что кое-что важное обязательно должно случиться.
Повесив трубку, Маккензи решил, что миссис Бланш все еще не пришла в себя после травмы, оттого ей кажется, что она теперь стала провидицей неотвратимых событий. Но что бы это могло быть? Очередное убийство? Навряд ли, если только отец Лауры не придет и не разделается с детективом, как с одним из своих ягнят. Инспектор представил разъяренного мистера Скотта, и ему стало не по себе. «Вот уж кто и может прикончить человека, не моргнув глазом, так это хозяин мясной лавки!» – подумалось детективу. Тут Маккензи вспомнил, что он до сих пор не узнал о результатах вскрытия тела Марики, которое вчера вечером доставили в морг Грасмира.
Позвонив экспертам, детектив выяснил, что смерть женщины наступила в результате асфиксии и остановки сердца. Следовательно, вариант того, что ее удушили, перекрыв доступ кислорода, например, подушкой, вполне мог оказаться правдой. Джефри Лоуренсу не составило бы труда сделать это. Погладив подбородок, инспектор хотел уже было заняться прочтением протокола допроса Лауры Скотт, как вдруг в комнату постучали.
– Войдите! – прокричал инспектор, не поднимая глаз от бумаг.
– Это вы ведете расследование? – услышал он прямо над собой.
Детектив поднял голову и увидел молодого человека, который выглядел так, словно несколько дней просидел в подземелье. Его одежда была помята и казалась несвежей, а он сам щурился на яркий свет.
– Если вы спрашиваете о расследовании убийства Энни Ховард, то да, – кивнул детектив. – Я инспектор Маккензи. А вы что-то хотите сообщить по этому делу?
Неожиданный визитер замялся, но потом все-таки небрежно бросил:
– Меня зовут Поль Залески, и я пришел дать показания.
Маккензи с интересом оглядел незадачливого беглеца и молча указал ему рукой на стул. Тот сел напротив инспектора и стал нервно чесать пальцы на руках.
– Значит, вы и есть Поль Залески, – произнес наконец инспектор. – Что ж, хорошо, что вы сами пришли. Надеюсь, вы понимаете, что с полицией шутить не стоит.
Молодой человек испуганно посмотрел на детектива, а потом быстро затараторил:
– Но я ни в чем не виноват, сэр! Клянусь вам! И Лаура тоже не убивала Энни! Зачем вы арестовали ее?
– Откуда вы знаете, что я арестовал мисс Скотт? – строго спросил Маккензи.
– Понимаете, меня прятала Лаура в подвале их дома. А сегодня она пришла к моей матери и выдала меня, добавив затем, что собирается идти в полицию, чтобы взять вину на себя. Мать пыталась отговорить ее, но эта дуреха сказала, что нет другого выхода и если она этого не сделает, то меня так и будут подозревать, а найдя – точно арестуют. Ко всему прочему мистер Скотт начал следить за ней и мог нас вычислить. А когда Лаура все-таки пошла в полицию, моя мать прибежала ко мне и предупредила, что та хочет сознаться в убийстве. Я не мог допустить, чтобы близкого мне человека посадили в тюрьму, вот и пришел сюда, а там – будь что будет, – выдохнул Поль и поднял глаза на инспектора.
– Хорошо, давайте начнем по порядку. Вы были женихом Энни Ховард. Как давно вы знали ее?
– Мы познакомились год назад, когда она приехала в Литл-Медоу. Я долго не решался признаться в своих чувствах, но весной все же сделал ей предложение.
– Ваша невеста в это время уже работала в Риджес-Холле?
– Нет, новая прислуга потребовалась им через пару недель, и Энни, не раздумывая, устроилась туда, – заметно погрустнев, ответил Поль. – Я не хотел, чтобы она работала в поместье, но Энни как будто всю жизнь об этом мечтала – так она обрадовалась.
– Мистер Залески, я понимаю, что, возможно, мой вопрос будет вам неприятен, но вы были уверены в чувствах Энни к вам? У нее не могло быть другого мужчины? – как можно мягче поинтересовался инспектор, но парень покраснел и стал похож на разъяренного быка.
– Кто это напел вам?! – вскричал он. – Да, я, может быть, был не совсем подходящей парой для такой девушки, как Энни, но она никогда не изменяла мне, я уверен. Признаюсь, я ревновал ее, сильно ревновал и одно время подозревал, что она может встречаться с Джефри Лоуренсом. Мы, в общем-то, из-за этого и поругались в тот день, когда ее убили.
– Расскажите-ка об этом поподробнее.
– Все дело в том, что я случайно услышал, как Энни назначила кому-то встречу по телефону. Я сразу подумал, что это был Джефри Лоуренс, и сильно разозлился, поэтому не стал даже разговаривать с ней, а ушел к себе домой, чтобы остыть и спокойно обдумать ситуацию. Но когда Энни сама пришла ко мне, я не выдержал и набросился на нее с обвинениями. Было так унизительно, что нас слышали посторонние люди, мне следовало держать себя в руках. Но я был ослеплен ревностью и ничего не соображал. Тогда Энни сказала, что мы должны расстаться, и даже бросила на землю кольцо, которое я ей подарил. А потом она ушла в сторону озера, и больше я ее не видел, клянусь вам, сэр!
– Продолжайте, – потребовал детектив.
– Когда через несколько минут я успокоился, то пошел за Энни, чтобы вернуть ее, но тут увидел, как по дороге из Риджес-Холла проехала
