Читаем без скачивания Воины ветра - Дмитрий Янковский

– Наблюдательность – ценное качество, – усмехнулся Щегол. – И она тебя не подвела. Да, создать транспортный канал из нужного места в нужное – непростая задача. Но что такое телепортация? Любой объект во Вселенной имеет местоположение, которое можно описать некими координатами. Согласен?

– Да. – Трудно было не согласиться с очевидным.

– Эти координаты, Егор, записаны на самой структуре Пространства. Энергия, которую мы затрачиваем на движение, по сути, затрачивается на переписывание этих параметров локализации. Последовательное «пошаговое» переписывание требует меньших энергетических затрат, чем переписывание «рывком», с одной удаленной координаты на другую. Поэтому большинство объектов во Вселенной движутся плавно, последовательно меняя свое положение по некой траектории. Но можно и скачком. Только энергии надо больше. Когда-нибудь физики воплотят идею телепортации в машинном варианте. Но пока до этого далеко. Мы нащупали несколько иной способ.

– Думаете, я пойму?

– Просто уверен, – кивнул Альберт. – Все не так сложно, как может показаться. Возьмем простой пример. Есть числа четные, а есть нечетные. Конечно, записи на Пространстве о локализации объекта не записаны обычным числовым кодом, там мать-природа непомерно все усложнила. Но в качестве аналогии допустим, что координаты объекта выражены обычными числами.

– И что? – начал я терять мысль.

– А то, что для переписывания координаты с четной на четную или с нечетной на нечетную нужно во много раз меньше энергии, чем с нечетной на четную. То есть самой природой заложено некое подобие или неподобие координат. Подобные переписываются больше, чем неподобные. В обычных числах подобие весьма скудное. Чет-нечет. Натуральные числа или ненатуральные. Ну и еще ряд параметров. А вот в реальной системе записи координат на Пространстве таких подобий-неподобий на много порядков больше.

– Подарок природы? – с пониманием кивнул я.

– Именно! В результате мы получаем ситуацию, когда для переписывания очень подобных координат нужно очень мало энергии. Столько, что для активации транспортного канала достаточно лишь намерения его активировать и какого-нибудь высокоэнергетичного знака, например пентаграммы. Можно было использовать свастику с не меньшим успехом. Использование именно пентаграммы просто исторически сложилось.

– Что значит «намерение для активации канала»? – спросил я.

– А то и значит, – охотно пояснил Дворжек. – Если у двух точек очень подобные координаты, то чертишь две пентаграммы – на входе и на выходе. А потом формируешь намерение попасть из одной точки в другую. И все. Ты там. Так же можно сформировать намерение перебросить из точки в точку любой предмет. Но чем больше масса и объем, тем больше надо энергии. Поэтому для переброски яхты, к примеру, возможных каналов намного меньше, чем для переброски человека. На самом деле очень подобных точек огромное количество. Например, твоему положению в кресле на данный момент только в черте города соответствует не меньше пятидесяти точек, в которые ты можешь переместиться усилием воли. Если там начерчена пентаграмма, естественно.

– А как вы находите эти «очень похожие точки»? – заинтересовался я.

– У нас есть для этого специальный маготехнический прибор. Он активируется в желаемой точке входа, а потом индикатор указывает возможную точку выхода. Прибор весьма компактен, в кармане умещается.

– Остается только найти парную точку в районе Минги-Тау и начертить там пентаграмму. – Мне сразу стало ясно, для чего затеян весь разговор. – Проще некуда.

Дворжек отличался беспредельной бесшабашностью, это я сразу заметил. Но это даже для него было, на мой взгляд, слишком.

– Ну, не то чтобы очень просто, – смутился он. – Но я уверен, что вы в паре с Даном справитесь. К тому же он бывал на Кавказе, совсем рядом с интересующим нас районом.

– И как вы себе это представляете? Нас же там вмиг раскусят и заживо сварят в котле.

– Разве винд-труперу не положено в совершенстве знать арабский язык?

– Да при чем тут язык? – вскипел я. – Тут морду нужно иметь необходимой формы и цвета. И член, извиняюсь, обрезанный.

– Ну, в нашем медицинском блоке эту несложную операцию…

– Мне?! – Я не удержался и привстал в кресле.

– К чему так нервничать? – Дворжек легко выдержал мой взгляд. – Никто никому ничего не будет обрезать. Это глупо и непрактично. И восстанавливаться после операции долго. И видно будет, что она проведена не в детстве. В наших силах сделать все проще и эффективнее. Мы просто переведем часть крайней плоти в лептонное состояние. А потом вернем все обратно. Энергетический каркас… тело не пострадает. А значит, операция обратима. Что же касается, как ты выразился, формы и цвета морды, то для этого у нас имеются молекулярные нанороботы. Ирина обращается с ними очень умело. Сохранит матрицы ваших лиц, переделает вам физиономии и кожу под арабские, а потом с помощью нанороботов, запомнивших исходное состояние, вернет все обратно.

– Значит, мы временно превратимся в арабов? – Меня передернуло от этой мысли.

– В общем-то, да. Ты же давал Присягу.

Я это слопал. Правда, давал. И телом жертвовал, и бессмертной душой.

– А Дан тоже в совершенстве владеет арабским? – спросил я с тайной надеждой.

– Нет конечно, – абсолютно не обескуражившись, ответил Альберт. – Знает пару десятков слов. Но ничего, немого сыграет. Он и не на такой артистизм способен.

Я снова сел в кресло. И через секунду спросил:

– Выпить чего-нибудь можно?

– Запросто! – с задором ответил Дворжек.

– А Дан уже в курсе? – Мне показалось, что это важно.

– Пока нет, но его это из колеи точно не выбьет. К тому же это будет не первое его задание на вражеской территории.

– Но первое в качестве араба.

– Ой, ты плохо его знаешь, – откровенно рассмеялся Щегол, доставая стаканы из бара. – Он будет рад возможности окунуться в их культуру и глянуть на нее изнутри. Исследователь. С большой буквы «И».

Мы выпили, и Дворжек взялся подробнее обрисовывать предстоящую нам задачу:

– Запомни, Егор, нанесенным на тело нанороботам на полное выполнение программы по изменению внешности требуется два дня. Тут мы этого делать не будем, а то свои проходу не дадут. Намажетесь с Даном в пути.

– Путь-то какой? На ишаках и верблюдах от форта Ростов?

– Нравятся мне веселые люди, – усмехнулся Щегол. – Нет, конечно, никаких верблюдов и никакого Ростова. Я выделю вам яхту. Большую часть маршрута сможете пройти легально, поскольку посудина зарегистрирована по всем правилам. В районе Ростова вам, конечно, на гражданском судне запросто ходить никто не даст. Там и на патрульный эсминец можно нарваться.

– Я в курсе. Со своими драться не буду.

– А никто о драке не говорит, – спокойно ответил Альберт. – Схватку с эсминцем яхта все равно не выдержит.

– Пожалуй, – уклончиво ответил я.

На самом деле все зависело от экипажа. Но если по факту, то команда эсминца будет в любом случае не хуже нашей, а в этом случае ввязываться в драку для нас – форменное самоубийство.

– Так что границу будете пересекать скрытым порядком.

– Немыслимо, – покачал я головой.

– Но ведь ты винд-трупер! – хитро сощурившись, произнес Щегол. – А как же боевая смекалка?

– Легче уж пешком… – всерьез прикинул я.

– Возможно, – не менее серьезно кивнул Дворжек. – Тогда в районе Ростова отправите яхту назад, а сами – по обстоятельствам. Но поскольку команды будет минимум, я могу установить на яхте генераторы невидимости.

– Насколько хватит энергии? – оживился я.

– С управлением управятся двое. С вами четверо. Большая высота вам не нужна, пойдете легально. Значит, можно загрузить элементов питания часов на шесть непрерывной работы генераторов. Пойдет?

– Пойдет! – уверенно заявил я. – Хотя… Есть ведь еще радары! Увидеть не увидят, а засветка на мониторе появится. Ребята для верности могут и долбануть из всех орудий по азимуту.

– За это не волнуйся, – отмахнулся он. – Если уж все равно устанавливать генераторы ваккум-поля, то можно его структурировать так, чтобы и радары не засекли. Это даже не сильно скажется на расходе энергии. Вот только вы тоже радарами пользоваться не сможете.

– Нам ультразвукового спектра хватит. На винд-шипах ультразвуком прощупывается только пространство под днищем. Так что, если не ходить точно под кораблями, можно ощущать себя в относительной безопасности.

– Хорошо, дам распоряжения инженерам, – кивнул Дворжек. – Давай теперь о главном. Когда вы с Даном попадете в интересующий нас район, вам первым делом надо будет разведать нынешнее местоположение «Святого Николая».

– А Чеботарева с нами не будет? – поинтересовался я.

– Не будет. Во-первых, он мало чем сможет вам помочь, поскольку знает только место потери корабля, а не его нынешнее местоположению. Тут у Дана может оказаться больше информации. Есть у меня такое подозрение. Во-вторых, Чеботарев нужен мне тут. Будет набирать новую команду на эсминец.