Через час, когда Аманда вернулась, пикапа не было, Стейси тоже, остался один Джефф, и он явно рвался в бой.
— Удивительно, что тебе хватило духу показаться здесь после того, что ты устроила.
— Чем еще я тебе не угодила? — устало спросила Аманда. — Тем, что позволила Кэролайн и Фредди ступить на твою землю? Позволила им сидеть на твоих стульях и пить из твоих стаканов?
— А как насчет того, что ты открыто встала на сторону моей бывшей жены, вплоть до того что упаковала вещи Стейси еще до нашего возвращения? Скажи, Незабудка, какие еще неприятные сюрпризы меня ждут, чтобы я хотя бы подготовился к ним морально?
13
Как хорошо она научилась играть роль оскорбленной невинности! Огромные голубые глаза сверкают негодованием, нежные губы чуть дрожат… остановилась в дверях и смотрит на него так, словно он какое-то чудовище.
— Джефф, это не я строю коварные планы и плету заговоры. — Слушая жалобный голос Аманды, Джефф мысленно порадовался, что она не поехала с ним на встречу с Фидлером. Даже самому опытному адвокату было бы трудно устоять перед этими театральными приемами. А уж как может отреагировать на них судья!
— Аманда, кончай представление! — оборвал он. — Это же я, мужчина, за которого ты вышла замуж под фальшивым предлогом.
Аманда принялась крутить на пальце обручальное кольцо.
— Если так, то фальшь была не с моей стороны, а с твоей. Это ты исказил истинное положение дел с Кэролайн.
— А ты, значит, настолько мудрее простых смертных, что взяла на себя священную миссию исправить мою ошибку, предав меня, так ведь?
— Нет, не так, Джефф. Я тебя никогда не предавала, что же касается ошибок, то все ошибки совершила как раз я, а не ты.
Джеффа переполняла злоба, казалось, она сочится у него из всех пор. Он глумливо усмехнулся.
— Что я слышу? Неужели ты признаешь, что тоже можешь ошибаться? Никогда бы не подумал!
— Мне следовало прислушаться к своей интуиции, а не к тебе, а я, дурочка, подчинилась своему сердцу.
— К сердцу? — У Джеффа вырвался короткий смешок. — Не оно ли повелело тебе мчаться к телефону, едва я уехал, звонить Кэролайн и звать ее сюда, чтобы она положила конец моим дьявольским козням?
— С чего ты взял? Это она тебе такое сказала?
— Ей незачем было облекать в слова то, что и так ясно, у нее полно других забот. Уверен, тебе будет приятно узнать, что моя бывшая жена намерена биться со мной до последнего.
— Не понимаю, Джефф, чему ты удивляешься? Неужели ты думал, что она безропотно отдаст тебе Стейси? Кэролайн — мать, а не наемная няня, которая присматривает за твоим ребенком до тех пор, пока ты не надумаешь вернуться с работы! — Аманда положила руки на живот, словно защищая еще не родившегося младенца. — Если ты ее не понимаешь, то я легко могу понять.
— Да, — Джефф покачал головой, — из тебя получится отличный свидетель защиты.
Аманда поморщилась, словно он ее ударил. И Джефф, злясь на себя, вдруг понял, что ощущает ее боль как свою.
— Мне казалось, что жену нельзя заставить давать свидетельские показания против мужа.
— Даже если она считает его последним мерзавцем?
Джефф услышал, как Аманда резко втянула воздух, и увидел, что в ее глазах заблестели слезы, но приказал себе не поддаваться сентиментальности.
— Джефф, во всех остальных отношениях я считаю тебя в высшей степени достойным человеком. Я восхищалась тобой еще с нашей первой встречи. Несколько месяцев, на протяжении которых мы были мужем и женой, стали для меня неожиданным подарком судьбы, и какое-то время я даже надеялась, что этот дар я получила на всю оставшуюся жизнь. — Как Аманда ни пыталась сдержаться, слезы все-таки победили, ее голос дрогнул. — Помоги мне Боже, но я тебя полюбила!
— Тогда мне страшно даже подумать, как бы ты повела себя, если бы ненавидела меня!
Аманда прислонилась к дверному косяку и вытерла лицо тыльной стороной ладони.
— Речь не о нас с тобой, — она всхлипнула, — а о праве матери жить со своим ребенком и о праве маленькой девочки жить там, где она будет более счастлива.
Будь Джефф в нормальном состоянии, он хорошенько подумал бы, прежде чем говорить дальше. Но к тому времени, когда он это понял, было слишком поздно.
— Аманда, ты заставляешь меня волноваться. Слушая тебя, я невольно задумываюсь, не закончится ли дело тем, что я лишусь не одного своего ребенка, а обоих? Может, мне стоит принять меры загодя? Раз уж я трачу бешеные деньги на юристов, не разумнее ли получить двоих детей по цене одного?
Видя, как Аманда побледнела, Джефф тут же пожалел о своих словах и испугался. Он протянул руку и тронул ее за плечо.
— Извини, я совсем не это хотел сказать.
Но Аманда отшатнулась от него как от прокаженного, и Джефф не мог ее за это упрекнуть.
— Может быть, сказать и не хотел, но подумал, этого следовало ожидать.
— Нет, ты моя жена.
— Кэролайн тоже была твоей женой.
— Ты совсем не такая, как она, я… — Джефф беспомощно развел руками.
У него язык не поворачивался произнести слова, которые внезапно пришли на ум: «Она никогда не была мне так дорога, как ты». Да что там произнести вслух, он боялся даже мысленно признаться в этом самому себе! Иногда мужчины несут околесицу и совершают безумные поступки, и он сам живое тому подтверждение. Как будто в его жизни и без того не достаточно сложностей!
Аманда сникла, будто ее покинули жизненные силы, будто исчерпался запас той энергии, которая заставляла ее идти вперед и держаться, несмотря на разногласия с Джеффом. В ней словно что-то умерло — нечто, что невозможно потрогать или даже описать словами, но что, как вдруг осознал Джефф, было слишком ценным и редким, чтобы он мог отказаться от него без борьбы. Он понял, что теряет Аманду и что если это случится, то потеря будет такой же бесповоротной, как если бы она умерла. И еще он понял, что готов на все, чтобы ее вернуть.
— Я тебя люблю.
Слова пришли сами собой. Любовь не входила в планы Джеффа, он не заметил, как она подкралась, и теперь не знал, что с ней делать.
— Если ты меня любишь, то прекрати эту безумную вендетту против Кэролайн. Довольствуйся тем, что у тебя есть.
Все, что угодно, только не это!
— Не надо, Аманда! — взмолился Джефф. — Любимая, не проси меня променять одно на другое!
— Ладно, не буду, — легко согласилась она, только голос прозвучал странно безжизненно.
Она медленно выпрямилась расправила на животе платье и повернулась, чтобы уйти. Джефф взглянул на ее профиль — и замер, словно впервые увидел. Гордая осанка, лебединая шея, волна светлых волос… Он всегда считал Аманду красивой, но беременность придала ее облику особую одухотворенность, от Аманды словно исходило сияние, делавшее ее еще прекраснее.
