– Ты имеешь в виду, что это Шелдон совершил убийство?
– Я имею в виду, что если Шелдон, когда вешал табличку «Не беспокоить» на дверь, знал, что Каллендер был мертв, то он должен был об этом знать и когда выходил из номера Каллендера, потому что из свидетельских показаний вытекает, что после этого Шелдон ни с кем не общался. Никто не звонил в его номер, никто не заходил к нему.
Дрейк кивнул.
– Из этого следует, что Шелдон должен быть одним из тех, кто мог поднять трубку, когда гостиничный детектив позвонил в номер к Каллендеру. Разумеется, Шелдон думал, что это звонит Лоис Фентон, потому что был в курсе, что Каллендер хотел встретиться с ней. Поэтому-то он и решил снять трубку и предупредить ее, чтобы она не приходила. Услышав голос незнакомой женщины, он просто притворился Каллендером. Вспомни, ему ведь практически ничего не нужно было произносить, кроме «хэлло». В основном говорила женщина. Она сказала, что она в холле, и что гостиничный детектив заставил ее позвонить, и что она сейчас поднимется. Шелдон бросил трубку, кинулся по коридору назад в свой номер и сидел там, дожидаясь, пока не забьют тревогу. Возможно, он просто обезумел от страха в этот момент.
– Давай дальше, – поощрял Дрейк.
– Но это, в общем, все, – ответил Мейсон. – Поскольку никто не забил тревоги, Шелдон понял, что у него есть шанс. Он подождал, пока путь освободится, и затем выписался. Он, в общем, был удовлетворен тем, что какая-то женщина вошла к Каллендеру и тем не менее не забила тревоги. Поэтому он повесил свою табличку «Не беспокоить» на дверь Каллендера, когда выходил. Это могло отсрочить обнаружение убийства настолько, чтобы дать Шелдону возможность ввести всех в заблуждение. Но Каллендер распорядился, чтобы утром его разбудили и принесли кофе. У него была привычка пить кофе, как только он вставал.
– Это прекрасная версия, Перри, – одобрил Дрейк. – Однако что же все-таки произошло и когда все это случилось?
– Я знал, что Когсуэлл пошел к Каллендеру, – продолжил Мейсон. – Он быстро добрался до Паломино, сразу же после того, как я отдал веера ему и Айрин Килби. Поэтому логично предположить, что Когсуэлл и Айрин Килби совершили молниеносное путешествие из Паломино, чтобы отдать Каллендеру веера. Теория доктора была совершенно правильной. Каллендер держал веер перед собой в тот момент, когда нападавший, используя в качестве оружия японский кинжал, всадил его в грудь Каллендера, пронзив при этом и сам веер, причем действовал при этом вслепую, поскольку раскрытый веер закрывал от него всю верхнюю часть тела Каллендера.
Дрейк кивнул.
– Итак, зачем же Каллендер раскрыл веер? Без сомнения, чтобы показать его кому-то. Для чего он хотел его кому-то показать? Он хотел продемонстрировать что-то, касающееся или веера, или владельца этого веера.
Лоис Фентон сказала мне, что до того, как произошли все эти события, Шелдон снял номер в меблированных комнатах на Лагмор-стрит, потому что хотел, чтобы у Джаспера Фентона была комната. Тот должен был ее занять.
Теперь ты видишь, что произошло. Джаспер Фентон отправился в отель. Он встретился в два часа с Джоном Каллендером, и тот очень хладнокровно заявил ему, что если его сестра не вернется к нему, то он, Джаспер Фентон, отправится в тюрьму. Каллендер только что получил от Когсуэлла один из вееров. Он взял его, чтобы показать Джасперу, что я обнаружил не лошадь, а только веер. Для Джаспера Фентона это был тот самый шанс. Джаспер Фентон знал, что Лоис не вернется к Каллендеру, что бы ни случилось. Это означало, что Каллендер засадит Фентона в тюрьму. Перья веера сразу же скрыли от глаз Каллендера самого Фентона. Японский нож был на столе. Не успел Каллендер что-либо сообразить, как нож вонзился в его грудь. Он уронил веер и схватился за лезвие, до кости порезав пальцы. Он умер почти мгновенно.
– Но для чего Джаспер Фентон вернулся в номер в два сорок четыре? – спросил Дрейк.
– Это была единственная достойная вещь, которую сделал Джаспер Фентон, – пояснил Мейсон. – Выйдя из отеля, он вспомнил, что на полу номера в луже крови остался валяться веер. Он знал, что это был веер его сестры. Понял, что веер может стать уликой и на его сестру падет подозрение в убийстве. Он вернулся в отель, поднялся в номер Каллендера, схватил веер, хлестнул им о стену, чтобы стряхнуть кровь, засунул под плащ и вышел.
Вспомни свидетельские показания, Пол. Мужчина был в плаще, когда явился в отель. Он распахнул дверь номера Каллендера и вошел без стука. Почему? Потому что знал, что можно обойтись без стука. Он также знал, что дверь не была заперта. Если бы ему не было известно, что Каллендер мертв, он бы обязательно постучал.
Дрейк кивнул.
– Фентон добыл веер, – сказал Мейсон. – Он отправился в номер в меблированных комнатах – в тот, который снял для него Шелдон. Его охватила паника. У него был этот окровавленный веер, и он не знал, что с ним делать. Он вышел что-нибудь выпить. И все продолжал пить. А в это время Шелдон выписался из отеля «Ричмелл». Идти ему было некуда. Он вспомнил про эту комнату, которую держал для Джаспера Фентона. И решил отправиться туда и разместиться там вместе с Фентоном. На конторке он обнаружил ключ. Вошел в комнату. Увидел там окровавленный веер. Он позвонил Лоис. Лоис подумала, что Шелдон убил Каллендера, а Шелдон, сделав из себя мученика для того, чтобы спасти Лоис, так как он думал, что она виновна, решил удрать, чтобы полиция решила, будто это он совершил преступление. И вот тебе вся ситуация в миниатюре, Пол. Я бы уже давно нашел решение, если бы только поверил, что моя клиентка говорит правду, когда она рассказывала мне всю эту дико неправдоподобную историю с веером.
– Что они сделают с Фентоном? – спросил Дрейк.
Мейсон усмехнулся:
– Это уж пусть у Бергера голова болит. Каллендер шантажировал Фентона. Он преследовал его сестру. Ни один суд присяжных в мире не подведет его под предумышленное убийство. Если ему удастся нанять хорошего адвоката, то тот может представить все как непредумышленное убийство.
– Но что делала в номере Айрин Килби в течение тех десяти минут?
– Искала соглашение. Узнав, что Каллендер убит, она восприняла это известие совершенно хладнокровно и была настолько глупа, что отправилась к нему в номер искать это соглашение. Она оглядела там все закоулки, кроме того, где эта бумага действительно находилась.
– Где же она была?
– Давай-ка вспомним, Пол, свидетельские показания. За Каллендером сохранялся номер в отеле. Он приехал из Вэлли, пытаясь укрыться от жары, и взял с собой японский кинжал. Причина, по которой он возил с собой этот кинжал, заключалась в том, что в рукоятке он прятал нужные ему документы – соглашение, подписанное Лоис, и подделанные чеки.
– Бог мой, Перри, это звучит логично.
– Это действительно логично, – сказал Мейсон. – Именно там находились документы.
– Как же ты догадался?
Мейсон улыбнулся.
– Кинжал демонстрировался в суде как вещественное доказательство. После того как суд удалился на перерыв, когда началась вся эта суета, я ухватил его за острие и отделил лезвие от рукоятки. Документы находились внутри.
Мейсон открыл бумажник, вынул оттуда соглашение, подписанное Айрин Килби и Лоис Фентон, и произнес с усмешкой:
– В конце концов, должен же адвокат сделать хоть что-нибудь для клиента. Я оставил поддельные чеки там, где они находились. Пусть их обнаружит Гамильтон Бергер.
Примечания
1
Спасибо, сеньор! (исп.)
