Читаем без скачивания История Рязанского княжества - Дмитрий Иловайский

______________

* 20 "А промеж нас раздел от Оки реки по Вакиных деревню, да по Голцово, да по Ивачеву деревню; а Вакиных деревня и Голцово в великого князя стороне, а Романовское село и Ивачева деревня во княжи Феодорове стороне; а от Ивачевых деревни по р... сници на низ до речки до Мечи, да на низ по Мечи до речки до Пилеса, да Пилесом в верх по лесу по Каринскому к Мосоловской деревни, а Мосоловская деревня во княжи Феодорове уделе, а от Мосоловской деревни вниз по Осетру до устья, и по рубежу те деревни пашни свои и ухожаи ведают по старине. А рубеж Переяславлю с Рязанью от Оки реки по Лубяной вверх направо к Переяславлю, а налево к Рязани, а от верху Лубяной по перевертам к Тысьи, а от Тысьи по Щучьей вверх, а от Щучьей по перевертам къ Исьи, да по Исьи на низ до устья, да на низ по Оке реке до усть Прони, да Пронею вверх до Жорновиц, от Жорновиц подле лесу назад заполья, да позад березовой поляны до рубежа до Мещерского, куда наши Бояре ехали".

Из внутренних событий в Рязани при Иване Васильевиче мы знаем весьма немногое. В сентябре 1494 г. был такой страшный пожар в Переяславле, что почти выгорел весь город и колокола растапливались на колокольнях. В августе 1497 г. княгиня Анна ездила в Москву повидаться с братом и была там принята с великою честью. Сам Иван III с детьми и боярами встретил ее на Всполье за Болвановьем; также выехала навстречу к ней великая княгиня Софья с невесткою Еленою и со своими боярынями. Анна прогостила здесь до Крещенья, и в это время помолвила свою дочь за одного из знатных московских бояр, князя Федора Ивановича Бельского, принадлежавшего к потомкам Гедимина. После Крещенья великий князь отпустил сестру домой с большими дарами; брат Юрий проводил ее до Угрешей. Анна спешила в Рязань для свадьбы, которая была сыграна в январе месяце 2*1. {148}

______________

* 21 П. С. Р. Л. VI. 42, 43. Татищ. Чт. О. П. и Д. № IV. 129.

29 Мая 1500 г. в третьем часу дня скончался великий князь Рязанский, Иван Васильевич, носивший прозвание Большие области Третного. Он был женат на Агриппине Федоровне, урожденной княжне Бабич, и оставил сына Ивана по пятому году 2*2. Малолетний князь наследовал отцу сначала под опекою матери и бабки; но последняя немногим пережила своего сына, и скончалась в следующем 1501 г. на Светлой неделе в середу. С именем княгини Анны связано воспоминание о мире и тишине, господствовавших на Рязани в продолжение 37 лет, которые провела в этом краю любимая сестра Ивана III. Удельный рязанский князь Федор Васильевич жил до 1503 года; он умер бездетным, и мимо племянника отказал свои волости великому князю Московскому. Такой поступок, по-видимому, не противоречил договору 1496 года, потому что в нем было условие не отдавать кому-либо своей отчины только мимо самого старшего брата, хотя при этом, очевидно, подразумевались и дети последнего. На эту добровольную уступку Рязанского удела московскому правительству указывает сам Иоанн III. "А что ми дал сестричичь мой князь Федор Васильевич Рязанской - говорит он в духовном завещании - свою отчину, на Рязани в городе и на посаде свой жеребей, и Старую Рязань и Перевитеск с волостьми и с путми и с селы, и с бортью и с тамгою и со всеми пошлинами, потому, как ся делил с своим братом со князем с Иваном: и яз ту его вотчину... даю сыну своему Василью 2**3."

______________

* 22 Герберштейн в своей Rer. Mosc. auct. 48 стр. рассказывает будто "у Ивана Васильевича было три сына: Василий, Федор и Иван. По смерти отца два старшие брата затеяли усобицу и сразились на поле близ города Рязани: один из них пал в битве; оставшийся победителем умер вскоре на том же поле. В память этого события на месте битвы поставлен был дубовый крест". Но в русских источниках нет ничего подобного. Да едва ли и могли остаться после Ивана Васильевича взрослые сыновья, так как он, скончался 33 лет отроду. Иностранцу же притом легко было поверить ложным слухам или перемешать события.

** 23 П. С. Р. Л. IV. 163. VI 42, 43. Ник. VI, 159. Гербершт. 48. С. Г. Г. и Д. № 144. О Федоре Васильевиче упоминается в наказе Иоанна III Якову Темешову в 1502. В том же году дана им запись на село Сильчино. Ряз. Грам. Пискарева № 9. Духовная Иоанна III написана около 1504 г. Следовательно, смерть Федора надобно отнести к 1503 г.

Таким образом, в начале XVI в. от древнего Рязанского {149} княжества оставалась только небольшая часть земель, со всех сторон охваченная московскими владениями; самая колыбель княжества Старая Рязань была в числе этих владений. Непосредственное господство Москвы уже переступило через заветный рубеж, по правую сторону средней Оки, и проникло в самое ядро Рязанской области. На Переяславском столе сидел болезненный отрок; управление княжеством сосредоточилось в руках женщины; рязанцы уже свыклись с мыслью о подчинении Москве, и Ивану III стоило только произнести слово, чтобы уничтожить всякую тень их самостоятельности. Но он не произнес этого слова, и предоставил сыну принять последний столб, на котором еще держалась половина кровли. Чтобы понять, какой характер имела в то время зависимость Рязани от Москвы, стоит только прочесть наказ Ивана III Якову Темешову, который провожал через рязанские земли кафинского посла в 1502 г. Иван посылает поклон в. княгине Рязанской Агриппине и, между прочим, велит ей сказать: "Твоим людем служилым, боярам и детем боярским и сельским быти всем на моей службе: а торговым людем лучшим и середним и черным быти у тобя в городе на Рязани. А ослушается кто и пойдет самодурью на Дон в молодечество, их бы ты Аграфена велела казнити, вдовьим, да женским делом не отпираясь; а по уму бабью не учнешь казнити ино их мне велети казнити и продавати; охочих на покуп много" 2*4.

______________

* 24 Чт. О. И. и Д. I. Заметки о Ряз. Зем. Макарова.

Прежде нежели перейдем к последнему факту в истории Рязанского княжества - к уничтожению его самостоятельности, воротимся назад и бросим взгляд на отношения к татарам в течение пройденного столетия. События на юго-восточной стороне были только повторением прежнего; дань, платимая в Орду, не мешала кочевникам время от времени напоминать о себе губительными набегами. После смерти Олега Ивановича до 1514 г. летописи упоминают до 15 наиболее значительных нападений, из которых только пять не остались безнаказанны. А именно: осенью 1405 г. татары нечаянно напали на Рязань; Федор Ольгович послал за ними в погоню; воеводы побили много неприятелей и отняли у них добычу; то же самое повторилось в 1411 г. Но в 1415 не-{150}приятели повоевали рязанские волости за Доном, взяли Елец и убили елецкого князя. Затем приводится целый ряд набегов почти в одинаковых выражениях: "приходиша татарове на рязанские украйны и много зла сотворша, и отыдоша с полоном". Нужно заметить, что кроме тех случаев, когда сама Рязань служила целью татарских нападений, ее земли подвергались опустошениям почти каждый раз в случае войны между ханами и московскими князьями; например, в 1408 г. Эдигей на возвратном пути от Москвы мимоходом взял город Рязань. Но татарам редко удавалось переступить за Оку и напасть на самые московские волости; обыкновенно великокняжеские воеводы встречали их в Рязанской земле, которая неминуемо становилась поприщем кровавых столкновений, во всяком случае, для нее разорительных; притом же вследствие своей зависимости от Москвы рязанцы поневоле вместе с нею подвергались ханскому гневу.

В 1444 г. пришел на Рязань царевич Мустафа с многочисленною татарскою ратью, пограбил волости и села, и, остановившись в степи, послал сказать рязанцам, что они могут выкупать у него пленников. Те действительно их выкупили. Вскоре Мустафа опять пришел в Рязань с миром и с намерением провести в ней зиму, потому что в степи оставаться было невозможно; осенью она вся погорела пожаром; зима настала самая жестокая с глубокими снегами и сильными вьюгами; лошади татарские попадали от бескормицы, и всадники мерзли от холоду. Мустафа, неизвестно почему, был впущен в Переяславль Рязанский без сопротивления; татары его расположились отчасти в городе, отчасти в окрестностях. Когда узнали о том в Москве, Василий Темный послал на Мустафу воевод Василия Оболенского и Андрея Федоровича Голтяева со своею дружиною, к которой присоединился отряд мордвы на лыжах. Рязанцы выслали царевича из Переяславля, и он, кое-как укрепившись на берегу Листани, верстах в десяти от города, приготовился к отчаянной обороне. Нападение произведено было с двух сторон: с одной московская пехота, вооруженная ослопами, топорами и рогатинами; с другой мордва и рязанские казаки на лыжах с копьями, рогатинами и саблями. Сопротивление, оказанное татарами, достойно было лучших времен их славы. Цепенея от холода, лишенные возможности бросать свои меткие стрелы, они защищались рукопашным боем, резались крепко и не сдавались в плен; {151} наконец, подавленные числом, неприятели большею частью были перебиты, и сам Мустафа пал в сече со многими мурзами. Гибель храброго царевича не осталась без мести: спустя несколько месяцев татары Золотой Орды воевали рязанские украйны.