же с автоматом ломиться начнешь, если не пущу, — смеется врач. — Все решим, Вить. Ты сейчас говори с ней больше о будущем, чтобы она видела себя в нем и не сдавалась. На ночь мы ставим ей легкое успокоительное, чтобы девочка спала и не накручивала себя.
— Значит у меня есть четыре дня, чтобы все закончить… Хорошо. Я даже знаю как. Пойду, Карп Савелич. С дороги. Мне бы поспать нормально часа два и снова работать.
— Давай, Вить. Осторожнее.
— Если что, ты меня откачаешь, — смеюсь в ответ.
Глава 28
Виктор
Обратный отсчет. До операции Элины 4 дня.
Заглядываю к Элине. Ждет.
— Тебе пора? — расстроенно вздыхает, считав меня за мгновение.
— У нас с тобой вся ночь впереди, красивая девочка, — целую ее губки, ручки.
Ухожу, как бы не хотелось остаться. Связываюсь с полковником, согласовываю встречу. Без его приказа я так кардинально менять ход операции не имею права. Там ведь выше еще генерал. Демидов быстро погоны сорвет и плац подметать пожизненно поставит, если что-то пойдет не так.
В такси сплю, спасибо пробкам.
Водила будит у «стекляшки». Расплачиваюсь, прошу подождать. Он выключает счетчик, все остальное пойдет мимо официальной кассы. Да и насрать. Меня сейчас нервируют любые лишние телодвижения. Даже вызов другого такси отнимает драгоценное время.
Спускаюсь вниз. Олька встречает. Красивая, как всегда, и счастливая. Я теперь тоже влюбленный, очень хорошо ее понимать начал.
— Привет, солнце. Сделай мне очень крепкий кофе, будь другом, а я пока отчитаюсь.
— Сделаю, Виктор Сергеевич. А чего это вы меня на свидание больше не зовете? — игриво, без пошлости улыбается.
— Так у тебя же жених, — подмигиваю ей.
— Запомнили? — мелодично смеется.
— Запомнил. Олька, очень нужен кофе. Пошел, — выдыхаю и открываю дверь кабинета. — Здравия желаю, товарищ полковник.
— Заходи майор, докладывай. Потом обрадую тебя хорошими новостями.
Полкан у нас мужик умный, дурака бы на его место и не посадили. Выслушал внимательно, почесал затылок и достал бутылку коньяка.
Кивает мне на стул.
— Товарищ полковник, при всем уважении, я не спал почти. Если добро дадите, я рано утром сорвусь за младшей женой Гаджиева, чтобы к завтрашнему вечеру вернуться.
— Сядь, майор. Это приказ.
Сажусь. Он разливает порционно алкоголь с ярко выраженным ароматом шоколада. Понятно. Это фирменный его, домашний. Просто в бутылку красивую перелил для солидности. Выпиваем не закусывая. И пары сразу бьют в голову. Да уж… я опять не только не спал, но еще и толком не ел. Последней едой мне запомнился тот офигенно жирный чеченский суп, название которого я уже забыл. Вообще потерялся. Давно я себя так не нагружал. Давно…
Наливает еще.
— Товарищ полковник, — пытаюсь возражать.
— У нас есть доступ к ячейкам, — сообщает он. Видимо, это и есть радостная новость. Она уже ни на что не влияет, но я все равно делаю вид, что очень рад.
— Отлично! Всю информацию собрали. Плюс Эльдар Гаджиев под препаратами многое рассказал. Мои люди уже работают по всем направлениям, что из него вытащили. Возьмем Алихана, потом разом накроем еще три лаборатории и оружейные склады, а то его боевики разбегутся, как тараканы, лови их потом в горах да по гражданским поселкам. Опять на несколько лет затянется.
— Ты уверен, что эта девушка и ребенок так ценны для Алихана? А Садыкова он убил не из-за бизнеса.
— Уверен. Бизнес Садыкова перешел к Алихану сильно раньше. Это уже личное, товарищ полковник. Садыков дочь спасал, лечить не на что стало, а она могла умереть… — голос предательски подводит. — Нажестил сильно, вот Гаджиев и разозлился, — заканчиваю мысль.
— Витя? — хмурится полкан, наливая себе еще коньяка и подливая мне. — Пей!
Ударяю по пузатому боку его бокала, выпиваю до дна. Сладковатый напиток обволакивает горло, как ликер, падает в желудок и течет кипятком по венам. Черт… Я бухой…охуительно!
— Товарищ полковник, мне нельзя больше пить. Я там Ольку кофе просил сделать. Можно забрать?
Вызывает секретаршу с кофе для меня и просит никого к нему не впускать без пометки «Срочно».
— Скажи мне, майор, почему я только сейчас узнаю, что в этом деле замешано твое личное?! — хлопает ладонью по столу.
— Это не так, товарищ полковник.
— Да хватит уже, Завьянов! «Товарищ полковник. Товарищ полковник», — передразнивает меня. — Заладил! Ты, какого хера мне не сказал? Ты понимаешь, чем это грозит?!
— Я не понимаю, о чем вы, Валентин Геннадиевич, — гну свою линию.
— Хватит! — грохает бутылкой об стол так, что на нем все подпрыгивает, а дорогущая ручка с серебряными деталями, подаренная ему в честь назначения, улетает под стол. — Ты рожу свою видел, когда о «бедной девочке» речь зашла?! А я
