Его место занял дарт Вейдер, темный ученик дарта Сидиуса.
— Дарт Вейдер…
Попробовав имя на вкус, Алена чуть не скривилась от горечи и отвращения. Юноша, обладавший огромным потенциалом, пал на Темную сторону и превратился в машину для убийств. Его душа была столь плотно забита болью и ненавистью, отчего проникнуть в сознание и увидеть хоть что-то оказалось нереальным. Все равно что прыгать с утеса в густой туман.
— Дарт Вейдер, — уже с некоторым скептицизмом повторила Алена. — Ученик дарта Сидиуса. Я тебе была готова предложить не меньшую силу.
— Твоя сила — ничто по сравнению с мощью Темной стороны. И ты сама едва понимаешь, как ее контролировать. Ты и тот мужчина были глупцами, решившими заполучить то, что вам было не по силам. Ты захотела большего, и теперь он мертв.
— Как и Падме.
Реакции оказалась, как у концентрированного метана на искру огня — ярость захлестнула Энакина, которую он обрушил на Алену сносящим с ног потоком Силы. Закрыв лицо руками, девушка отступила, но противник нагнал ее секундой позже и принялся наносить удар за ударом в приступе помутнения. За первые несколько попыток снести ей голову световым мечом, Энакин доказал, что отступать не намерен, он пробьет защиту Силы.
— Я заберу у тебя все! — Закричал Энакин. — Твою силу, твою жизнь, твоего сына!
Последние слова пошатнули спокойствие Алены, позволив Вейдеру отбросить ее Силой. В нем кричала не просто ярость, а уверенность и целеустремленность, — он не кривлялся, а действительно готовился воплотить угрозы в реальность. Видя его черную высокую фигуру, окутанную искрящейся, лютой ненавистью ко всему живому, девушка ощутила страх.
Но вместе со страхом пробудилось чувство, которое, как полагала Алена, она и не надеялась никогда узнать — свирепое желание защищать свое дитя до последнего.
Когда на тебя лает бешеная собака, в какой-то момент ловишь себя на мысли, что хочешь заорать в ответ.
Воспользовавшись помутнением рассудка противника, Алена резко ударила его силовой волной, заставив отпрянуть. Вейдеру, видимо, эта попытка показалась тщетным сотрясанием воздуха, поэтому он набросился на нее вновь. Но девушке этого хватило, чтобы пригнуться и, выхватив из-за пояса световой меч, наотмашь ударить противника.
Ослепленный эмоциями, Энакин действительно не заподозрил западни, позволив красному лезвию рассечь часть нагрудной брони и разрушить правую сторону маски. Отшатнувшись, он непроизвольно схватился за лицо, что позволило девушке отбросить его толчком Силы.
Выжившие штурмовики стояли, как вкопанные, даже не пытаясь атаковать.
Из-за непривычного оружия удар оказался не таким действенным, каким мог оказаться, если бы световой меч находился в руках своего законного владельца. Алене удалось повредить только часть брони, но ей посчастливилось задеть систему жизнеобеспечения — об этом она догадалась, когда услышала неестественное надрывистое дыхание противника.
«Что же с тобой произошло, Энакин?»
Но вопрос она так и оставила без ответа, когда почувствовала удаляющуюся прочь крупицу энергии. Посмотрев в сторону, где располагалась деревня, Алена застыла, не боясь нападения, и прислушалась к Силе. Вейдер, проследив за ее взглядом, понял, что к чему. И, похоже, понял даже больше.
— Асока… — Пугающе хриплым голосом зашипел ситх и закашлялся. Он медленно обернулся к девушке. — Ты… отвлекала меня. И откуда у тебя… кхе… меч ситха?
— Не один ты стал другим человеком, с другим мечом и именем.
Бросив последний взгляд в сторону удаляющегося от Кашиика корабля, сквозь густые кроны высоких деревьев, Алена испытала некоторое облегчение. Наследие, которое оставили они с Гавриэлем, не должно погибнуть от руки падшего на Темную сторону безумца. Она могла убить дарта Вейдера здесь и сейчас, скорее всего, учитывая повреждение костюма, у нее хватило бы сил. Однако он был не единственной, и, пожалуй, не главной угрозой. Над ним стоял ситх куда более могущественный. А в нынешнем положении Алена не сможет защитить сына от дарта Сидиуса, от его ищеек и псов, которые будут преследовать способных к Силе людей, пока не загонят в угол и не загрызут.
Ей придется защитить его не только от темных лордов. Но и от самой себя.
Может, убив Вейдера, она отсрочит неизбежное, но если ей не повезет попасть в руки императора, то лучше покончить с собой.
А умирать она не хотела.
Закусив губу и зажмурившись, Алена поборола желание уничтожить противника. Пока он слаб, нужно сделать то, что должно — как она поступила с Гавриэлем, как поступила с собой.
Повесив меч обратно на пояс, девушка сконцентрировалась на мощи магнума, позволив Силе окружить себя барьером. Выставив руки вперед, она резко скрестила их на груди, протянула к небу и упала на колено, после чего выполнила несколько замысловатых движений и подпрыгнула. Затем снова, снова и снова.
Штурмовики смотрели на девушку уже не с ужасом, а с недоумением. Вейдер тоже бы подумал, что она ударилась головой, если бы не сгущающаяся концентрация энергии. Эти потоки исходили не из Силы, не от Темной или Светлой стороны, а вытягивались из нее, постепенно закручиваясь спиралью. Парень какое-то время смотрел на Алену, силясь понять, что она хотела сделать. Строила щит Силы? Она черпала энергию непосредственно из артефакта. И с каждой секундой до Вейдера медленно начал доходить смысл происходящего.
Дышать становилось все труднее, сломанный респираторный механизм работал на последнем издыхании — как бы это смешно не звучало. Перед глазами вспыхивали темные пятна, кружилась голова, но будь он проклят, если позволит Алене завершить начатое. Напитавшись злости, Вейдер резко поднялся на ноги, но первые два шага стали едва не последними, когда в него ударило раскаленной воздушной волной.
— Даже не пытайся, — предупредила Алена.
Сквозь злость и страх — что подведет учителя, — Вейдер нашел в себе силы подняться вновь, прикрываясь рукой от ярких вспышек энергии, которые повергли штурмовиков в бегство. Он пытался подойти ближе, но Алена удерживала щит, который ему не удавалось прорвать. Он задыхался, от прикосновений дикой энергии его будто вновь окунали в раскаленную магму. Воспоминания о дне, когда он сражался с Оби-Ваном, когда собственными руками убил любимую женщину, накатили оглушающим потоком боли.
В ярости закричав, Вейдер обрушил на Алену мощь, на которую был способен в этот момент, однако щит оказался крепок. А он только потратил силы зря.
— Я ненавижу тебя! — Кричал парень, срываясь на хриплый кашель. — Эта сила могла бы спасти ее… могла бы убить Палпатина! Она должна быть моя!
— Убив меня, ты не сможешь найти магнум, лорд Вейдер, — уставшим голосом прошептала Алена. — А покуда я буду жива, ты не заполучишь эту силу. И я сделаю так, что ты не сможешь убить меня… Ты сможешь только
