— Да ну не могу я так, Мишань, — объяснял Колян. — Не, ты только пойми меня правильно: ни к тебе, ни к другим, кого отобрали, у меня никаких вопросов нет. Но вот я там буду сидеть и думать, что на ринге мог бы быть и я…
— Ну, во-первых, теоретически ты можешь на ринге и оказаться в какой-то момент, — реагировал я, — если с кем-то из нас что-то случится. А во-вторых, честно говоря, с таким настроем вообще непонятно, как тренироваться и работать. Это же спорт! Всегда найдется кто-то, кто сильнее тебя, или просто тот, кому удалось то, что у тебя пока что не получилось. Что же теперь — после каждой неудачи закрываться в комнате и никуда не ходить и не ездить?
Как правило, такие наши разговоры ничем не заканчивались. В общем-то, я особенно и не настаивал, хорошо понимая, что существуют на свете вещи, до которых человек должен дорасти сам. А уж коли пока что до них не дорос, то никакие советчики его в жизни не переубедят.
Что же касается непосредственно выступающих, то на этот раз «Динамо» представляли я, Лева, Сеня и Денис Бабушкин. Могу без ложной скромности сказать, что, в общем-то, это была объективная четверка сильнейших. И Сеня, несмотря на все свои недостатки, прогрессировал семимильными шагами. Вряд ли, конечно, он заберет этот чемпионат, но уже сам факт выступления на таком турнире — это не только знак поощрения его усилий, но и мощный стимул для того, чтобы продолжать заниматься. Да и формировать в себе ощущение себя как части общего дела тоже было важно.
Вообще, можно сказать, что теперь на соревнованиях я не только демонстрировал и совершенствовал свое мастерство, но и становился свидетелем того, как творится спортивная история. Среди участников я то и дело замечал будущих звезд советского бокса, которым в скором времени было суждено прославить отечественную спортивную школу, в том числе и далеко за пределами нашей страны. Было непривычно, но чрезвычайно интересно встречать в коридорах и тренировочных залах будущих заслуженных мастеров спорта, участников Олимпиад, которые пока что были совсем молоденькими юношами и только начинали свой путь в большом спорте.
А вот что бросалось в глаза не только мне, но и всем остальным боксерам — так это образцовая организация. Не было и не могло быть никаких «куда делся Иванов, сейчас его выход» или «Давайте Петров выйдет на полчаса попозже, мы не успеваем». Был утвержден очень жесткий график мероприятий, который соблюдался неукоснительно. Даже не зная, который сейчас час, можно было легко это вычислить по тому, что происходит в зале. Тренера строго в определенный час выводили своих подопечных к рингу, а сами участники даже не предпринимали никаких попыток куда-либо отлучиться. Все прекрасно понимали степень важности происходящего и меру собственной ответственности.
— Да, Денис, — подколол Бабушкина Колян, — здесь бы ты по своим компаниям не побегал. И тренировки хрен пропустишь. Только скажешь «Я сегодня не приду, потому что живот болит», так тут же больше никуда вообще ходить не надо будет.
— Слушай, отвали, а, — недовольно огрызнулся Бабушкин. — А то тебе тоже не надо будет никуда ходить, кроме медпункта и туалета.
— А чего ты огрызаешься-то? — продолжал доставать его Колян. — Небось неправду говорю!
— Я непонятно выразился, что ли? — раздраженный Бабушкин сделал угрожающий шаг вперед. — Больше предупреждать не буду, учти!
Колян тут же растворился в недрах коридора. Я понимал, что эти наезды на Бабушкина у него все от той же зависти. Но, с другой стороны, и Дениса перед выступлением дергать было нельзя, и такие вещи надо бы понимать. Как, кстати, и не стоит, образно говоря, давить на больную мозоль человеку, которому только-только удалось обуздать свои слабости и вернуться к нормальному образу жизни.
Впрочем, ладно. Пусть свои отношения сами между собой выясняют. А мне надо думать о своих заботах.
— Ну что же, — довольный и заметно волнующийся Григорий Семенович традиционно собрал всех нас на краткий инструктаж перед началом чемпионата. — Как бы ни сложились события в эти несколько дней, я хотел бы вас уже поздравить. Сегодня вы оказались в том самом месте, откуда начинается ваш путь к выступлению на Олимпиаде. А Олимпиада, как вы знаете — это главное событие в жизни любого спортсмена.
— Так ведь даже если не попал на всесоюзный турнир, можно в дальнейшем хорошо подготовиться и попасть на Олимпиаду, — заметил Колян, которого, судя по всему, до сих пор задевало, что он не прошел отбор на чемпионат.
— В принципе, конечно, можно, — согласился Григорий Семенович. — Но, вообще говоря, гораздо лучше и даже, я бы сказал, безопаснее идти к своей цели постепенно, поэтапно, прорабатывая и осваиваясь на каждой ступеньке этой лестницы. Если суетиться и перепрыгивать через несколько ступенек сразу, возникает неслабый такой риск сорваться. А если ты сорвешься, то вскарабкаться обратно во второй раз будет уже намного сложнее, чем в первый.
— Да уж, — едва слышно проворчал Бабушкин. Уж он-то понимал сказанное Семенычем, как никто.
— Так вот, — продолжал Григорий Семенович. — Как раз немного о спортивной карьере. Здесь, на чемпионате СССР, будут присутствовать тренеры из всесоюзной сборной для взрослых. Они будут искать среди участников молодые дарования, чтобы пригласить их принять участие уже в международных соревнованиях.
— Ух ты! — не выдержал Сеня. — Это что, прямо отсюда можно будет куда-то поехать?
— Ага, естественно, — выдал Лева. — Прямо к выходу автобус подадут — и куда-нибудь в Бразилию!
Динамовцы дружно грохнули от хохота. Сеня сконфуженно покраснел.
— Ну хватит, хватит шутеечек, — строго сказал Григорий Семенович. — Юморину будем устраивать потом, когда домой приедем. А что касается твоего вопроса, Сеня, то все происходит не так быстро. Это же тебе не базар — пришел, увидел и забрал! Все идет постепенно, но для того, чтобы двигалось оно в нужном направлении, нужно и самому не спать, а действовать! Поэтому я призываю всех вас: ребята, покажите себя здесь во всей красе! Выдайте максимум из возможного и даже больше! Пусть все увидят двести процентов ваших возможностей, умений, способностей! Если кто-то из вас искал свой шанс — так вот он, перед вами. Кто выиграет на этом чемпионате, тот гарантированно поедет на международный турнир, который состоится будущим летом. Причем поедет не просто так, а в составе сборной СССР!
По нашей компании пронесся восхищенный возглас.
— Да, ради такого точно стоит постараться, — со знанием дела выдал Сеня.
— Нет, — с хитрецой во взгляде ответил Григорий Семенович. — Стараться необходимо в любом случае, даже если масштаб соревнований — не больше твоей лестничной клетки. Если ты не хочешь стараться на занятиях — ради чего ты тогда вообще пришел в спорт? Но такие возможности действительно могут стать дополнительным стимулом, так что держите этот шанс в голове каждую секунду!
Не знаю, кого как, а лично меня уговаривать было излишним. Я и так прекрасно осознавал значение этого чемпионата для своей карьеры, и для меня все это было еще одной задачей, которую мне было необходимо выполнить. Ни о каких сторонних отвлечениях и речи идти не могло по определению.
И вот настал момент моего первого боя! По моим внутренним ощущениям, к этому времени я уже представлял собой хорошо отлаженный боксерский механизм — идеально подготовленный и полностью готовый к работе. Работа эта была не самой легкой, но отлично знакомой, интересной и любимой, поэтому и состояние мое можно было назвать скорее вдохновенным. В конце концов, в моем загашнике были упорные и тяжелые тренировки, а за спиной — опыт из прошлой жизни. Хотел бы я увидеть еще хотя бы одного боксера на этом чемпионате, обладавшего таким же солидным багажом!
В предвкушении выхода на ринг, в свой первый бой на чемпионате СССР, я оглядел зал. Среди обычных болельщиков, коллег-боксеров и тренеров конкурентов я увидел тех самых тренеров из взрослой всесоюзной сборной, которые были гостями на нашей тренировке. Тот, который беседовал со мной, перехватил мой взгляд и ободряюще подмигнул мне. «Ну что же, вы хотите получить от меня хороший бой — сейчас вы его получите», — подумал я.
