class="p1">– С чего это оно богатое?
– Но ты же обожаешь всякое эдакое? Мистическое, – ответил Гена, доедая салат, и принимаясь за чай, – Ты поспи сегодня, я сам буду вставать к Еве. Хорошо? Он поцеловал жену. – Спасибо за ужин, всё было очень вкусно! Посуду помою сам.
– Спасибо, – кивнула Лера. – Я тебя люблю.
– И я тебя…
Глава 4
На следующий день, проводив мужа на работу, Лера занялась привычными делами, но Ева сегодня капризничала и плакала, и работать не очень-то получалось. Качая малышку, Лера в задумчивости вспоминала вчерашнее происшествие. Что это было? Может, Гена и прав, и ей всё показалось? Она ведь никогда не жила в своём доме, выросла в городской квартире, и ей пока что просто непривычно здесь. Однако дом уже не казался такой уютной и надёжной крепостью, как было ещё вчера. Лере казалось, что она чувствует на себе чей-то взгляд в спину, но стоило ей обернуться, как там уже никого не было. В какой-то миг она услышала, как на кухне звякнули тарелки, но тут же всё смолкло, и больше не повторялось.
– Я становлюсь параноиком из-за сидения дома, – усмехнулась Лера, – Пойду-ка, вечерком с Евочкой прогуляться по деревне, день такой погожий, тёплый.
Малышка, наконец, успокоилась и уснула, а Лера решила поискать информацию про домовых во всемирной сети. Раньше она слышала про этих хозяев дома только из сказок да страшных рассказов, сейчас же ей захотелось узнать о них более подробно и обстоятельно. Лера налила себе чаю с печеньем и включила ноутбук. После того, как она ввела запрос в поисковую строку, на мониторе замелькали картинки и текст. Лера листала статьи одну за другой, однако внимание её нигде надолго не задерживалось, в каждой статье домовой описывался, как в мультике про Домовёнка Кузю, шаблонными понятиями и фразами.
– Это всё не то, – шептала Лера, листая вкладки.
И вдруг её взгляд выхватил что-то отличающееся от остальных. Сайт назывался «Жито» и позиционировался как славянское сообщество, где админ, некий Игнатий, в белой расшитой рубахе и с длинной бородой, называвший себя ведуном, рассказывал про всяческое. Под всяческим подразумевались: описания славянских существ и духов, различных оберегов, ритуалов, обычаев. Сайт отличался некой таинственностью и серьёзностью, а Игнатий, хоть и выглядел странно, но почему-то внушал доверие. На вид ему можно было дать лет около сорока-пятидесяти, но, присмотревшись, Лера поняла, что он вполне себе молод, однако возраста и солидности придаёт ему окладистая борода и суровый, но открытый взляд голубых глазах. Лера принялась листать страницы: Леший, Водяницы, Гаёвки, Ырка, Летавец… Большинство имён Лера даже и не слышала, и что они обозначали, конечно же, не знала.
– Ага, вот и Домовой, – Лера, увидев знакомое название, остановилась и принялась читать.
«Домовым по представлениям славян был умерший предок рода, который за свои грехи не был взят на небо, а отправлен Богом служить своим потомкам. Он был суров, и помимо помощи жильцам дома, зачастую досаждал домочадцам своим неспокойным нравом, мучил непонравившуюся ему скотину, вредничал и с людьми. Если не уважить домовика, то будут твориться в избе всяческие неприятности. В разных местностях представляли домовика по-разному, то древним стариком с бородой и кошачьими глазами; то лохматым существом, лишь отдалённо напоминающим человека, а то и животным. Человеку же и вовсе он мог показываться в совершенно различных образах, особливо любил он принимать образ главы семейства. Без домового нет дому счастья. Он и мирил домашних, и следил за хозяйством, наказывал зачинщиков ссор и любил хозяина дома. А ещё была у домового важная обязанность – он предсказывал судьбу жителям дома. Перед бедой стучит домовик по ночам и воет, хлопает дверьми и мяукает по-кошачьи. Если же быть радости, то домовой пляшет, смеётся, гладит мохнатой рукой спящих. Живёт он, как правило, за печью, или на полатях, у печной трубы или в подполе, также мог он жить и в специально-подвешенной для этого еловой ветке».
Лера читала и вспоминала образ, увиденный ею вчера вечером в сумерках, тот дымчатый клубок совсем не походил ни на одно описание домового, кроме разве что кошачьих глаз. Она вспомнила эти два круглых, жёлтых пятачка и поёжилась. Они смотрели на неё вчера вполне осознанно и умно.
– А что если это и не домовой? – вдруг подумала она и похолодела от этой мысли. Всё-таки домовой это явление ещё более-менее приемлемое, но если это не домовик, то кто?
– А что, если это бес? – вдруг испугалась Лера, – Или… Или я схожу с ума и у меня галлюцинации?
Последнее предположение испугало её больше всего. Ну а что, мало ли, всякое бывает, как знать, а вдруг у них в роду была шизофрения, или она в детстве ударилась головой, к примеру, и не помнила об этом, а от удара в голове начала расти опухоль, которая теперь и даёт о себе знать галлюцинациями?
– Так, всё, хватит, эдак можно и в самом деле крышей поехать, – сказала себе Лера, и, закрыв крышку ноутбука, поспешила в комнату к дочери, которая проснулась и подала голос, звонко заплакав.
– Пойдём гулять, моя красавица, – покормив малышку и переодев её в сухое, улыбнулась Лера.
На улице было чудесно. Мягкие синие сумерки опустились на деревню, воздух застыл и мягко окутывал Леру с коляской, неспешно идущих вперёд, пушистыми снежными лапами. Дышалось легко и свободно. С неба падали, кружась, крупные хлопья снега, занавешивая пеленой дорогу и как бы ограждая их от мира, кутая в уютный, качающийся кокон. Лера разглядывала домики, все они были такие разные, но очень привлекательные. Иные – своей новизной, всё-таки деревня находилась недалеко от города и молодёжь тут тоже жила, иные – напротив, своим возрастом и стариной, последние походили на добрых старичков, глядящих своими светлыми глазками-окошечками на прохожих. – Наверное, в них и живут такие же милые, хорошие люди, – подумала Лера. Ей было приятно вот так идти без определённого пункта назначения и рассматривать своё новое место жительства, где они жили всего второй месяц. На душе полегчало и вчерашний инцидент казался сейчас действительно всего лишь видением. Но что-то всё же тревожило сердце. Что? Лера принялась анализировать. Она ничего не слышала сегодня такого, странного… Не видела… Или всё же видела? Внезапно явившийся ответ пронзил Леру так, что она остановилась на месте и открыла рот, чтобы сделать вдох, и не могла, хватая воздух, как рыба.
Она видела что-то! Но не обратила на это внимания, занятая коляской и ребёнком, запиранием входной двери и ворот, но подсознание отложило это на полочку и сейчас услужливо подсунуло, словно пирожное на блюдечке. Да, она определённо это видела. В тот момент, когда они уже вышли из дома, она оглянулась назад, просто, по инерции – и увидела, как шторка на окне вдруг шевельнулась, и кто-то быстро отпрянул от окна. Кто, этого сознание не ухватило, но сам момент… Это точно было! Настроение вмиг испортилось, гулять расхотелось, и Лера повернула назад к дому. Она долго кружила, не решаясь войти и, наконец, остановилась в раздумьях напротив окон, опершись на коляску, в которой мирно посапывала крошка Ева.
– Скоро уже должен приехать Гена из города, дождусь его, – подумала Лера.
Она не услышала шагов, когда почувствовала, как ей на плечо вдруг легла чья-то рука. Подпрыгнув на месте, Лера резко обернулась. Позади неё стояла миловидная женщина лет сорока, в дворовом тулупчике и платке на голове.
– Прости, не хотела тебя испугать, – улыбнулась она Лере, и в сумерках сверкнули её белоснежные зубы.
– Ничего себе, – отметила Лера про себя, – Какая улыбка, какие здоровые зубы, а вслух сказала, – Здравствуйте! Да всё в порядке, я просто задумалась и ушла в себя.
– Домой идти боишься?
Лера вновь, второй раз за вечер почувствовала, как её словно окунули в прорубь.
– Откуда она может знать, о чём я думаю? – поразилась она.
– Да у тебя на лице всё написано, – всё так же с улыбкой ответила женщина.
– Нет, я ничего не боюсь, просто гуляем вот с дочкой, – пробормотала она, с опаской глядя на незнакомку.
