тел.
Вдох и тебе сорок пять. Всё лучшее позади, а впереди только смог и дым, выдыхаемый смертью. Немного ментола? Нотки ванили и привкус вишни той самой. Я украл с твоих губ поцелуй, и я помню ту вишню. Но ты не вспомнишь меня, ведь я просто морок и сосуд для души, что осыпался пеплом. Нет, я не феникс и увы, не восстану. Да и нужно ли это? Кому? Докурю сигариллу и сгину с тем ветром, что так нежно ласкал твою кожу в майский четверг. Пепел исчезнет и сотрётся улыбка, ведь я морок иллюзий и выцветший снимок из памяти, что давно позабыт.
Финальная затяжка и ты на смертном одре. И жизнь подобна мигу, а иногда и миг подобен целой жизни. Лишь три затяжки и нет тебя! Ты призрак памяти чужой. Секунда-две, никто не вспомнит о тебе. В чём смысл жизни скажешь ты? А смысла нет, есть только дым. И смог даруемый Предвечной. И мы оставим только пепел. И дух, спаливший тело, уйдёт искать иной сосуд. Его ведёт лишь пламя страсти. А ты бычок истлевшей сигариллы, уйдёшь лишь в землю, но будет век и твой, когда ты станешь чем-то новым…
Вернув контроль над мыслями, вновь вижу насмешливый взор той самой девицы.
- Извини, не удержалась. Моя магия завязана на проекцию, и, как видишь, даже отчасти могу управлять вероятностями и гранями реальности. Совсем не показывая вины, продолжила, мисс.
- А создание сигарет? — тут же интересуюсь самым важным для себя.
- Будете изучать на третьем курсе. Первогодка... - меня вновь окатили полноценным океаном презрения, но с благородными всегда, а здесь я уже и не сомневаюсь, ибо веет "демоном" и как известно глаза это зеркало душу, а здесь уже видел это самое "зеркало" и заглядывать в него крайне опасно, может сожрать.
Как там было? Если долго смотреть в зеркало, то можно увидеть в нём красотку? Или это не та примета?
- Совсем не боишься. Странно. Непривычно. Любопытно. — рубленно продолжила Сиреневласка.
- А мы парни простые, тем и любопытные. Как говорят у нас, «хирмул он суурэд силмад» (у страха глаза велики). Довольно осклабившись, делаю новую затяжку, и «накрытия» пока не обнаружено.
- Ты знаешь мёртвый язык? - в синих глазах на секунду снова мелькнул зелёный огонёк по всей видимости, так она показывает заинтересованность?
Любопытно...
- Ну же, студентик. Ответь! Демон неожиданно замурчал, вызывая толпы мурашек, что строгим маршем прошлись по позвоночному столпу, напевая что-то из «Чёрного отряда Гейера». Или ты рискнёшь испытывать терпение дамы? Меланхолично затягиваюсь, пока её пальцы касаются пачки.
Секунда, искра, буря... И зелёное пламя сжигает всю пачку в моих руках, не касаясь кожи столь наглого студентика.
- Эффектно. - пауза, очередная затяжка, и выдыхаю облако белоснежного дыма уже ей в лицо. - Однако не более. - припечатал напоследок и по моему ещё тлевшему окурку прошлась одинокая молния тут же его испеляя.
- Любопытно. - словно заведённая, повторила она, хотя демон, что с неё взять. - Пожалуй, ты станешь прекрасным дополнением к моей коллекции. Думаю, фарфор тебе будет к лицу. Не волнуйся, я берегу свои игрушки и не даю играться с ними другим. Почти ласково промурчала Сиреневласка.
- Не люблю фармор, и чай я тоже не пью, так что вынужден отказать. Сделав шутливый поклон, тут же отхожу на пару шагов и создаю широченную стену из колдовского льда, и на неё мгновенно обрушивается зелёный шторм магического пламени. Вот что я называю горячая женщина. - довольно усмехаюсь и отправляю нимфе воздушный поцелуй, и стена тут же начала таять ещё быстрее.
Ну хоть покурил, и то хлеб, как говорится, а он уже всему голова, не так ли? Однако «нимфа» слишком уж для меня горяча, того и гляди, и растопит, как печка снеговика. Однако не стоит поддаваться гордыне, если раз ушёл играючи из-заподни, то это не значит, что будет везти так же всегда. Ибо у всего имеется свой лимит: прочности, запаса или чего-то ещё. Лично я верю в запас «доброты». Вот сделал ты «доброе» дело, и это накинуло тебе «плюсик», и они, конечно, копятся, и во время очередного писца «обнуляются», а ты выживаешь или выходишь сухим из «воды». В моём случае это были многочисленные, но маленькие добрые дела, и по итогу я не умер от очереди в упор.
Стоит задуматься?
Вот и я о том.
Но это моя философия и моё кредо, и делиться им не намерен, так что будьте добрее и сдохните чуточку позже, чем бы могли изначально. Ведь все там будем, но способ и «доставку» выбирать уже в наших силах. Живи достойно, уйди красиво. И неважно, что будет после, если честен с самим собой. Ведь куда важнее оставаться «человеком», быть цельным и не искать каких-то компромиссов, если не готов меняться! Ибо согласие — первый пункт перемен, иначе друзья — это попросту ломка, и к добру не приведёт. Впрочем, видел и совершенно иные примеры.
Будучи в геройском амплуа и в другом мире, дарил людям и «не совсем» свободу, но рабы настолько привыкли к такой жизни, что и жизни иной не знали. Так что всё индивидуально, но без желания ничего не будет работать и просто застынет подобно механизму давно почивших часов. Так что каждый сам волен решать, как жить и как умирать. И пускай обманываются словами об «иллюзорности» свободы. Она реальна и отчасти осязаема. И неважно, что мир пытается накинуть на шею лассо из кредитов, ипотек и прочих проблем. Труд облагораживает, и неважно, какой.
Живя с подобным постулатом, староверы сумели поднять колоссальные деньги. Всё просто: трудись, живи и верь... И в первую очередь в себя, ибо твой храм — это тело, а чертоги разума — главный центр. Что построишь «там», то и будет держать тебя «здесь». Монолитная целостность духа и не даёт мне упокоиться, если подумать, и мятежная душа, что вечно ищет приключений, так и норовит сбежать от встречи с предвечной госпожой. А может, я и сам уже хочу, однако легче от этого почему-то не становится. Впрочем...
Лишь раз возгордившись ты тут же теряешь рассудок. Гордость неплохо. Гордыня мешает!
Успех застилает твой взор. Шаг и ты рухнешь с Олимпа. Крылья подрежут, а сам ты скроешься в бездне. Победа сладка и так соблазнительно манит, но застилает твой разум хаотичным безумием собственной значимости. Морок иллюзий силён! Он и погубит
