Именно «канцлеры» являются важнейшими игроками в деле поддержания внешнего спокойствия и незамутненности, корректности и благополучия в школьном сообществе. Их присутствие в каждой школе наглядно отражает общее распространение психологов и психотерапевтов в стране. Если раньше про США можно было безошибочно сказать, что это страна адвокатов и юристов, то в последние пару десятилетий тех заметно потеснили психологи и психоаналитики. Они просто «втиснулись» между американцем и его адвокатом и стали уже почти обязательным этапом в решении любых проблем и разрешении любых разногласий – от сугубо личных и семейных до коллективных и публичных. Если раньше в случае конфликта американец шел прямо к адвокату, пытаясь защитить свои права или «наехать» на кого-то другого, то теперь он сначала идет к психоаналитику, который пытается объяснить ему не только причины этого конфликта, но и все, что было неправильного в его жизни, начиная почти с рождения. Как правило, сняв с очередного клиента энную сумму денег, психотерапевт рано или поздно отступает – и американец все-таки идет к адвокату.
У нынешнего поколения американцев существует глубокая убежденность в том, что затяжная усталость, плохое настроение, нежелание общаться с другими, семейные проблемы и конфликты – короче, любые антисоциальные тенденции – являются признаком некоего химического дисбаланса в мозге, который можно исправить с помощью медицины. То же самое относится к трудностям с учебой или тяге к нарушению школьной дисциплины. Если ребенок плохо учится, не может усидеть на месте, если ему сложно читать или, скажем, не дается математика, то, согласно американской массовой психологии, у него наверняка существуют особенные образовательные нужды и потребности – как правило, синдром дефицита внимания (по-английски ADD, или Attention Deficit Disorder). Таких детей ни в коем случае нельзя наказывать – их надо лечить. Отсюда вытекает еще одна уникальная и трудно объяснимая иностранцам особенность американской образовательной системы – огромное количество школьников, принимающих разнообразные лекарства от разнообразных реальных и не очень реальных психологических расстройств. Самое распространенное среди них – тот самый ADD. По различным данным, сегодня в США он диагностирован примерно у 12 % детей школьного возраста. Причем среди мальчиков он более распространен, чем среди девочек, – до 20 % американских мальчиков-подростков имеют такой диагноз.
Естественно, большинство таких детей пьют те или иные лекарства, включая вызывающие привыкание амфетамины. Для учителей и родителей в США не секрет, что школьники зачастую или сами злоупотребляют ими, или продают своим одноклассникам для «дури». В связи с этим неизбежно возникает куча острых вопросов. В том числе – стоит ли пытаться лечить этих детей таким странным способом или можно улучшить их поведение и подход к учебе как-то иначе? Не слишком ли поспешно доктора выписывают детям лекарства и не делают ли они это просто для того, чтобы получить кое-какую дополнительную прибыль? В предыдущей книге я писал о том, что врачи в США получают небольшую финансовую премию, если выпишут пациентам много рецептов на то или иное конкретное лекарство. Может быть, поэтому американцы так любят принимать таблетки, а американские врачи – их выписывать?
Другой острый вопрос касается того, кто имеет право направлять ребенка на психологическое лечение. Это вообще важный для всех пациентов США вопрос – он выходит далеко за рамки медицины, вторгаясь в самые фундаментальные правовые сферы. Так, во всех американских штатах существует закон, гласящий, что только сертифицированные врачи могут выписывать любые лекарства и вообще ставить диагнозы и назначать лечение. Однако после нескольких громких скандалов в ряде американских школ выяснилось, что преподаватели, «канцлеры» и другие школьные администраторы зачастую рекомендовали родителям отстающего или непослушного ребенка обратиться к врачу по поводу возможного синдрома дефицита внимания. А иногда, вопреки всем законам и правилам школы, даже обязывали родителей исключенного ребенка пойти к врачу и назначить лекарства – в качестве обязательного условия для возвращения ребенка в школу.
Ряд штатов теперь приняли отдельные законы, запрещающие такую практику. Но общего правила насчет того, какую роль могут играть школьные сотрудники в диагностировании детей с ADD, пока не существует. Это на самом деле очень не по-американски, ибо как медицинская сфера, так и правовая защита детей в США регулируются очень строго, тщательно и досконально. Вряд ли в какой-либо другой стране дети настолько защищены законом, как в США. Однако, как говорится, нет пределов совершенству. Хотя здесь речь не о совершенстве, а о том, что даже в США – стране, возведшей закон в абсолют, – есть сферы, куда закон еще не добрался. Большое упущение американских юристов, не говоря уже об упущенной ими прибыли! Даже не похоже на этих, как их называют в Америке, «акул».
Поэтому сегодня в США существуют огромные расхождения между штатами в подходах к диагностированию и лечению детей с ADD. Например, ребенок в штате Кентукки имеет в три раза больше шансов заполучить такой диагноз, чем ребенок в штате Невада. А у ребенка в штате Луизиана в пять раз больше шансов начать по требованию врачей и школьных властей пить лекарства от ADD, чем у ребенка в других штатах. В южных штатах у детей намного выше шанс «заработать» этот диагноз, чем у детей на западе или северо-востоке страны. Оказалось, что уровень диагностирования ADD в американских школьных округах моментально повышается в тех штатах, где финансирование школ зависит от оценок учеников на стандартизированных тестах. Иными словами, когда школам предоставляют финансовые стимулы для улучшения успеваемости, у учащихся этих школ наиболее часто находят синдром дефицита внимания и начинают выписывать медикаменты для его лечения. Вот такое неожиданное сочетание образования и либеральной экономики, методами которой государство весьма неуклюже пытается поднять уровень образования в стране. Школы оказываются в сложном положении: с одной стороны, им необходимо достаточное финансирование, чтобы хорошо учить детей, но, с другой стороны, у них должны быть хорошо учащиеся дети, чтобы получать это финансирование. Особенно сильно от такой практики страдают школьники в южных штатах США, где и так наблюдается самый высокий уровень нищеты и самый низкий уровень образованности в стране.
Старшая школа: схватка за университет
Старшая школа в США – апофеоз системы среднего образования и заключительная часть формирования социально-общественного облика простого американца. С девятого класса начинается самый интенсивный и, пожалуй, самый интересный этап американского образования. Ученики впервые получают возможность по-настоящему персонализировать свою школьную программу и в рамках общих требований выбирать те предметы, которые наиболее подходят их интересам и способностям. В то же время внеклассные занятия, как уже говорилось, обретают очень высокую значимость – именно там старшеклассник публично проявляет свои интересы и таланты, которые будут отличать его от тысяч и тысяч других, поступающих в колледжи или университеты американцев. Главная характеристика американской старшей школы – быстрое нарастание конкуренции между учениками как в классах, так и во внеклассной активности. Среди школьников, стремящихся к высшему образованию, начинается гонка за лучшие отметки, за участие в наибольшем числе школьных и внешкольных клубов и других занятий, за положение лидера в студенческом самоуправлении (student government), в школьной газете, в спортивных командах и музыкальных коллективах. Это время, когда школьники на собственной шкуре начинают ощущать, что такое реальная конкуренция, и осознавать – некоторые с опозданием, – как потеря личной конкурентоспособности в неподходящее время может губительно сказаться на всей будущей жизни. Это время реальных уроков жизни в Америке, время реального понимания того, что ты собой представляешь и насколько ты устойчив к давлению, которое уже никогда не ослабеет.
Одновременно старшая школа – это период, когда среди школьников вдруг возникает невероятный дух реального товарищества. Подготовка к спортивному матчу против команды соперников из другой школы, коллективная работа над очередным выпуском школьной газеты, успешно проведенное мероприятие по сбору денег в помощь своему клубу или местной благотворительной организации, совместная подготовка к тяжелым экзаменам, а потом всеобщее облегчение и празднование конца мучительных тестов – все это сплачивает старшеклассников как ничто другое. Эти две главные характеристики американской старшей школы – жесточайшая персональная конкуренция, с одной стороны, и выработка настоящих командных качеств, с другой, – как в капле воды отражают весь американский подход к жизни. На каждом этапе будущей жизни молодого американца его цели будут меняться, но эти две характеристики будут присутствовать в его психологии и отношении к жизни всегда.
