class="p1">— Слёзы тебя не красят, — звучит рядом проникновенный шёпот.
Распахиваю глаза и отшатываюсь в попытке обернуться, от резкости движений путаюсь в собственных ногах и понимаю что лечу прямо на землю, но сильные мужские руки тут же подхватывают, удерживая от падения.
— Прости, Русалка, я не хотел тебя пугать, — спохватывается Марк и протягивает букет чудесных белых хризантем. — Кто обидел?
— Ничего, — принимаю букет. — Не стоило.
Чувствую себя отвратительно — Марк набирал мне несколько раз, но я не отвечала на звонки, ссылаясь на рабочую занятость. А сейчас вообще приехал, с цветами и сильным мужским плечом для поддержки. Почему моё сердце отвергает его, отдавая предпочтение чужому мужчине?
— Обидел кто? — повторяет Марк, видя моё замешательство.
— Да никто, на работе проблемы, — отмахиваюсь. — Прости, что не отвечала тебе, но правда, не стоило приезжать.
— А я захотел приехать, увидеть моего… друга, — будто чувствуя причину моих слёз говорит Марк, выделяя последнее слово. — И вижу не зря.
Честно, вся эта история выжала из меня все силы, какофония эмоций достала настолько, что я готова упасть Марку в руки и умолять закрыть от этого мира, чтобы хоть пару часов провести в спокойствие. Комаров — это хаос, буря из различных настроений, с ним хорошо и плохо: весело, безветренно, безмятежно, а потом щелчок пальцев и с ним уже становится больно, обидно и тоскливо.
Мы сами роем себе яму, а потом с радостью прыгаем туда и закапываемся. Жизнь никогда не бывает простой и никто не рождается с инструкцией о том, как правильно жить. Мы совершаем ошибки, мы учимся, мы делаем выводы. И иногда следует остановиться, прекратить пытаться ехать на лошади, которая давно сдохла.
Я устала быть сильной.
— Может чай? Мама натолкала мне свежей мяты, — после продолжительной паузы говорю я.
— С радостью, — отвечает Марк, выдавая мимолётную улыбку краешком губ.
Глава 48
Алексей
— Какого чёрта? — не могу сдержать эмоций. — Когда они успели познакомиться так близко? В голове не укладывается.
— Ты бы поговорил с ним, — находится тут же безопасник Илья. — Всё может оказаться иначе, чем выглядит.
— Немыслимо, — вглядываюсь в фотографии ещё раз, в надежде на помутнение рассудка.
Мой брат целуется с моей бывшей невестой посреди фудкорта торгового центра, страстно заглядывает ей в глаза, шепчет что-то в губы. Как это вообще могло произойти? Ещё на днях она клялась мне в вечной любви, а сейчас… это. Нет, Бога ради, я бы пожелал им счастья и отпустил восвояси, если бы два влюблённых сердечка рассказали бы сразу. Со Златой давно покончено, да и в общем-то никакой ревности я не испытываю, даже рад что девчонка не будет страдать и убиваться.
Просто, какого чёрта? Давно это у них? Роман за моей спиной наталкивает лишь на одну мысль — сговор. Денис — тот самый тайный поклонник, который рушит мою жизнь последние годы? Это он дал Злате наркотики? Иначе какой смысл было скрывать их связь? Какие ещё секреты скрываются в том шкафу?
Отшвыриваю фотографии от себя и чуть ослабляю галстук. Нет, точно не Денис. Мои подозрения — параноидальный бред. Если отбросить в сторону моё замешательство новыми данными и рассуждать логически, то три года назад Денису было двадцать два, он только год как начал входить в мой бизнес. Мозгов-то может быть и хватило, но силёнок точно нет. Не было у него тех ресурсов, связей с нужными людьми и, главное, мотивов.
— За младшим всюду следует охрана, съёмку поставим? — аккуратно интересуется Илья, наблюдая за моим хмурым лицом.
— Нет, — категорически заявляю я. — Сам поговорю с ним. Дальше давай.
Если у брата есть какие-то претензии ко мне, то лучше мы поговорим с ним лично, с глазу на глаз. Кстати, мы давно не виделись, с больницы кажется. Со всей этой неразберихой я совсем забываю ему набрать.
— Ну, — протягиваю руку для следующей папки, видя неуверенность Ильи. — У меня не так много времени.
Начальник службы безопасности с громким выдохом передаёт мне папку, намекая что ничего хорошего я там не увижу. Не мешкая достаю фотографии и сразу же скомкиваю их. Пелена ярости застилает глаза от увиденного, но в памяти успевает отпечататься парочка обнимающихся людей — моей Анжелики и Марка Степанова. МОЕЙ АНЖЕЛИКИ. Какого лешего он тискает мою женщину? Что он, мать вашу, вообще там забыл! Веник несчастный притащил!
Прикрываю глаза, по привычке массируя виски. Под рёбрами жалобно ноет, напоминая последние Ликины слова — не стоит даже пытаться. А с ним стоит? С этим человеком ты видишь своё будущее, девочка?
— Они там сговорились все, что ли? — задаю риторический вопрос в воздух.
Удивительно, что увидев женщину, с которой совсем недавно я хотел связать жизнь, целующуюся с моим братом, я не испытал ровным счётом ничего. Никакой ревности, задетого мужского эго, боли от предательства близких мне людей. Вообще ноль. Но зато увидев другую женщину, ту на которую у меня нет никаких прав, в объятьях другого — я готов стереть его в порошок. В невинных объятьях, даже не в, очевидно романтическом, поцелуе.
Мысль о том, что в папке есть ещё фото, а я видел лишь первое, резью ударяет в затылок. Если дальше там будет фото их ротового слияния, боюсь, я сорвусь и прямо сейчас поеду к нему, наплевав на всю тайную игру, которую мы ведём. Есть в этом что-то первобытное — убить соперника, который приближается к твоей женщине.
Словно дохлых крыс, я брезгливо комкаю и отбрасываю последующие снимки, пока не дохожу до двух последних. На них Анжелика, Ярик и Марк заходят в подъезд, все вместе. Она пригласила его домой! Чужого мужика! В дом, где живёт МОЙ сын.
Кулаком ударяю по столу, пытаясь выплеснуть всю бессильную ярость. Металлическая ручка подпрыгивает, лязгает о статуэтку с логотипом компании и скатывается со стола прямо на пол.
— Уходи, — рычу Илье. — Всё остальное потом.
Безопасник понимающе удаляется за секунду, оставляя меня в одиночестве и полном душевном раздрае. Чтобы не убить её при встрече, я ещё десять минут сижу закрытыми глазами, пытаясь достигнуть хоть какого-то покоя внутри. А потом, наплевав на работу и клиентов, прыгаю в машину и еду к ней на работу.
Приезжаю к главному входу ровно к пяти, за час до конца рабочего дня Анжелики. Телефон не переставая трезвонит, но мне сейчас вообще не до этого. Достаю из бардачка бутылку воды и жадно осушаю почти всю, унимая желание орать во всё горло.
После её побега, полученных мной документов на развод и
