например, сомневаются в том, что люди Скорцени смогли прорваться в Мальмеди. Одна из команд быстро добралась почти до реки Мез в Ою, на развилке ее командир отправил американскую танковую колонну в ложном направлении. Другая команда близ Ами разместила ложную разметку о наличии мин на перекрестке и вывела из строя линии телефонной связи американцев. Существуют сведения о команде диверсантов, убедившей американцев оставить Пото перед лицом превосходящих немецких сил. В тот же день местные жители видели немцев в американских мундирах в Линьевиле. 17 декабря чины 291-го американского саперного батальона видели немцев, менявших дорожные указатели у Мон-Рижи. 18 декабря в районе Пото американцами была уничтожена группа американских солдат, заявивших, что они служат в роте «Е» одной из кавалерийских частей американской армии, причиной стало то, что в американской кавалерии существовали не роты, а эскадроны. Со слов Скорцени, одна из команд взорвала склад боеприпасов. Последняя команда диверсантов была направлена в тыл американцев 19 декабря 1944 г. После войны несколько немецких ветеранов утверждали, что они на своем джипе добрались до Мааса. Несмотря на отсутствие точных данных, известно, что после появления людей Скорцени в тылу американских войск началась паника. Бдительные солдаты и офицеры останавливали любой транспорт при малейшем подозрении, да и описанная выше бомбардировка Мальмеди была следствием паники и хаоса. В американских штабах считали, что Скорцени имеет приказ убить Эйзенхауэра!
В ставке самого Эйзенхауэра царила настоящая паника, единственным, кто сохранял спокойствие, был сам генерал. Вокруг его ставки (ранее там же располагался генерал-фельдмаршал Рундштедт) была натянута колючка, утроены посты, расставлены танки, а уж про частую смену паролей и говорить не приходится. Один из адъютантов генерала вспоминал, что звук подъезжающего автомобиля мог нейтрализовать работу ставки вплоть до выяснения личности прибывших.
В своих воспоминаниях Скорцени утверждал, что направил в тыл американцев 8 команд диверсантов, их общая численность составляла 32 человека, но, как мы помним, в каждой команде было 4 человека. Выходит, что Скорцени подвела память или команды были укрупнены. Ряд команд не вернулись из рейдов, другие были захвачены американцами. Сам Скорцени утверждал, что из рейдов не вернулось всего лишь восемь человек. Между тем большинство компетентных исследователей утверждают, что в руки американцев попало 18 и более диверсантов, при этом некоторые считают, что в это число вошли и другие военнослужащие немецкой армии (не диверсанты) в момент пленения, имевшие на себе предметы американского обмундирования, которое было более теплосберегающим, чем немецкое. Нам известны фамилии и звания 16 диверсантов, которые были осуждены четырьмя американскими трибуналами: приговорены к смерти трибуналом 21 декабря 1944 г. оберфенрих Гюнтер Биллинг, обер-ефрейтор Вильгельм Шмидт, унтер-офицер Манфред Пернасс (все трое казнены 23.12.1944); приговорены к смерти трибуналом 23 декабря 1944 г. лейтенант Вильгельм Визенфельд, фельдфебель Манфред Бронни, штабс-ефрейтор Ганс Рейх (все трое казнены 26.12.1944); приговорены к смерти трибуналом 26 декабря 1944 г. лейтенант Арно Краузе, лейтенант Гюнтер Шильц, унтер-офицер Эрхард Мигель, обермашинемаат[247] Хорст Герлих, обер-ефрейтор Норбер Поллак, обер-ефрейтор Рольф Бенджамин Мейер, обер-ефрейтор Ганс Витзак (все казнены 30.12.1944); приговорены к смерти трибуналом 23 декабря 1944 г. ефрейтор Отто Штруллер (казнен 13.01.1945), ефрейтор Альфред Франц, обер-ефрейтор Антоний Моржак.
После войны стали известны обстоятельства пленения одной из команд. Оберфенрих Биллинг и его подчиненные продвигались в глубь американских позиций, когда у них закончился бензин. Добравшись до станции снабжения, немцы подъехали к заправке.
— Топливо, пожалуйста, — обратился мнимый американец к заправщику. Немцы и не подозревали, что топливо у американцев называется газом и что говорить «пожалуйста» в таких случаях не принято.
— Скажите, откуда вы? — спросил удивленный заправщик.
Не дожидаясь развязки, водитель джипа нажал на газ и попытался уехать. На скользкой дороге он не справился с управлением и столкнулся с американским грузовиком. Машина перевернулась, и американцам стало видно, что у пассажиров джипа под американской униформой спрятана немецкая. Один из немцев, вероятно, получил смертельную травму, а трое других были разоружены и арестованы. Спустя несколько дней их судили и позже расстреляли в Анри-Шапель.
О степени хаоса, царящего в те дни в американском тылу, свидетельствуют слова генерала Омара Нельсона Брэдли, командующего 12-й группой армий: «…полмиллиона американских солдат, каждый раз встречаясь на дороге, играли меж собой в кошки-мышки. Ни чин, ни удостоверения, ни протесты не освобождали проезжающего по дорогам от допросов на каждом перекрестке. Трижды бдительные солдаты приказывали мне удостоверить мою личность. Первый раз я должен был назвать столицу штата Иллинойс — Спрингфилд (допрашивающий меня считал, что это — Чикаго); во второй раз мне предложили указать место защитника на линии схватки в регби; в третий раз мне предложили назвать очередного супруга блондинки по имени Бетти Грэбл. На Грэбл я споткнулся, но часовой, довольный, что ему удалось поставить меня в тупик, разрешил мне продолжать путь»[248].
Американская листовка о розыске Скорцени
Прошли первые два дня наступления, а из-за ряда обстоятельств немцы так и не достигли намеченных целей наступления, даже на участке элитного I танкового корпуса СС. Ситуация осложнялась еще и тем, что в руки американцев попали документы, рассказывающие об отдельных деталях немецкого плана, в том числе и о 150-й танковой бригаде. Ночью 17 декабря по результатам наступления состоялось совещание в штабе 6-й танковой армии СС. В ходе своего доклада Скорцени указал на невозможность выполнения захвата мостов и предложил использовать бригаду в качестве обычного фронтового формирования. Предложение Скорцени было одобрено командующим 6-й танковой армией СС оберстгруппенфюрером СС и генерал-полковником войск СС Йозефом Дитрихом. Было решено собрать части бригады воедино к югу от Мальмеди и захватить ими ключевую дорожную развязку у Мальмеди. Затем планировалось силами бригады выйти в тыл американским частям, оборонявшимся на Элсеборнской гряде, а также очистить шоссе Ц.
Скорцени надеялся, что на долю его людей выпала не очень тяжелая задача — 17 декабря одна из его диверсионных команд во главе с лейтенантом Генрихом фон Бером прорвалась в Мальмеди. Фон Бер сказал жителям города, что немцы возвращаются, и предложил растерявшимся горожанам временно покинуть город, находящийся на линии фронта. На тот момент в районе города находился лишь один американский батальон — 291-й саперный. Зная это, Скорцени предполагал, что бой будет легким, да и фактор внезапности должен был дать свой результат. В своих воспоминаниях Скорцени специально оговорился, что в этот бой немцы пошли в немецкой форме, в то время как техника по-прежнему несла на себе американские опознавательные знаки.
К полудню 20 декабря в районе Линьевиля сосредоточились боевые группы X и Y. Боевая группа
