ещё немного и погонит своего ненадёжного скакуна вперёд рысью или вскачь.
— Прости за тупой вопрос. Просто у нас это здесь главная валюта. Ну, ты понимаешь. Как в любой тюрьме. В общем, ты в курсе, да? Даже если ты и не куришь, ею всё равно придётся обзавестись. А что касается наших кличек. Их нам даёт главный Раздающий или наш главный Банкир — вон тот хрен в китайском халате или кимано. В общем, в той шёлковой штуке с широкими рукавами. Он типа любит по самурая косить. — Вэл вдруг изменил голос, непонятно кому подражая, и тут же выдал на ура, как заправский пародист. — У самурая нет цели, у него есть только путь.
После чего заливисто прыснул и даже хрюкнул, тут же засмеявшись сильно приглушённым смехом, перед тем как выудить из нагрудного кармана полупустую пачку Camel и подцепить прямо губами за фильтр кончик целой сигареты.
— Постоянно кого-то цитирует, как будто мы там знаем, кого и откуда.
Кен успел за это время проследить за его взглядом и действительно выделить в жидкой толпе здешних пациентов ещё одного острого. И опять далеко немолодого мужчину с серой всклоченной шевелюрой и небольшими, как у Ретта Батлера, усиками (странно, что саму причёску он не зализывал в схожей манере, хотя, возможно, ему просто не доставало для этого геля для волос). И, да, он был одет в тёмно-синий халат-кимоно поверх больничной пижамы. Причем сидел у одного из боковых столиков, тех что у окон, повернувшись немного боком, чтобы держать ноги не под столешницей, а рядом, и перекинув одну ногу на другую в нарочито расслабленной позе истинного хозяина положения. Кажется, он едва не единственный из присутствующих острых, кто не стал здороваться с Вудардом, изображая до сих пор, то ли непомерную увлечённость, то ли подчеркнутую занятость только-только начавшейся игрой в карты. Ещё и потягивая, как и его соперники по покеру, наполовину истлевшую сигарету.
— В основном, это у него хранится наша общая заначка, на тот случай, чтобы мы не спустили её за один присест, как он сам говорит, в полную пи…у. А то если тут за кем-то не уследить, то и впрямь спалит всю клинику на хрен ко всем чертям. — Вэл вернул подмятую пачку обратно в карман и достал картонные спички, которых, как вскоре выяснилось, насчитывалось не более пяти штук. И ещё не факт, что большинство из них не отсырело. — Хотя, если говорить начистоту, то большая часть сигарет спрятана в сейфе в сестринской. Вот там действительно, настоящая сокровищница. — в голосе Резника зазвучали неподдельные нотки тайного благоговенья. Он сделал небольшую паузу, но только для того, чтобы прикурить. — Там много чего хранится, помимо наших сигарет, но именно Банкир заведует той частью, которая нам выдаётся на руки в течении дня. Просто чтоб ты был в курсе. Кстати, обыграть его в карты вообще не реально. Сколько не пытался, ни фига. Хотя я неплохо так резался снаружи, пока не загремел сюда — в наш распрекрасный Эдем. Но Банкир в этом деле настоящий катала, как и во многом другом. Говорят, у него крыша основательно потекла после очередного запоя. Заливался, как не в себя. Когда нырял в бутылку, буквально выпадал из жизни. Пока не выпал окончательно и не очнулся в один прекрасный день прямо здесь. Кто он снаружи? — то ли букмекер, то ли бухгалтер (а то и целый финансовый директор) из настоящего банка, мы так и не поняли, но его жёнушка вроде и впрямь переживает за его жизнь, поэтому и засунула его сюда. Хотя он уже и до этого успел побывал едва не во всех наркологических центрах, где должны избавлять его зависимости. Иногда она его даже навещает. Иногда даже приходит с детьми. В общем, денег у них на эту клинику хватает более чем. Впрочем, как и у всех остальных. Сюда с обычной медицинской страховкой едва ли попадёшь.
В общем, Кен успел понять за эту короткую пару минут знакомства с Резником то, что его новый «приятель» мог трещать без умолку и перерывов на ту же затяжку долгими часами подряд. Лишь бы дали волю и не перерывали на самом интересном месте.
— Почти элитное заведение, даже с отдельными вип-палатами. Хотя, в некоторые палаты лучше всё-таки не попадать и не соваться даже из любопытства. А в некоторые процедурные кабинеты особенно. Но, сам понимаешь… — Резник нервно хохотнул и мелко затряс головой, словно не соглашаясь с собственными по данному поводу выводами или воспоминаниями. — В определённые дни очень сложно себя контролировать. Тем более, когда эта дурацкая луна херачит по твоим мозгам своим радиоактивным излучением, а все эти тени, мать их так, выползают изо всех щелей и лезут на тебя… Лезут со своими жуткими приборами и насосами, чтобы выкачать из твоих костей остатки того дерьма, что не высосали в прошлый раз, а из головы — остатки мозга. И ни черта ты с этим поделать не можешь, потому что тебе никто не верит. Говорят, что ты просто псих и только. А ведь многие тут переживают то же самое один в один. Разве такое бывает, а, скажи мне? Разве может быть одинаковое расстройство сразу у нескольких человек одновременно? А если это вовсе не расстройство?
Видимо, Вэл не слышал о синдроме массового помешательства, и что его вполне можно вызвать искусственно даже у вполне здоровых людей.
Кеннету определённо хотелось усмехнуться, но сил с нужной энергией для этого пока ещё не накопилось. Так что, максимум, на что его хватило, так это на чуть дрогнувшие уголки губ.
— Кстати, Блэк Джек, когда сюда попал, был очень даже бодреньким. Те, кто здесь уже прилично с ним сидит, до сих пор держаться от него стороной. А теперь видишь, во что его превратили. И нет. Это не лекарства и не лечение доктора Хардинга. Отсюда уже прилично кто за это время выписался и вернулся обратно в свою прежнюю жизнь наружу. Просто Тени не всех отмечают и не все им подходят. А вот кого они выберут, тогда, считай, с теми уже всё покончено. Они уже обречены, как тот Блэк Джек или Белый Король. Главное, не попасть к Теням в определённое время месяца и, особенно, ночью. Иначе затащат через скрытый проход в свою пыточную и… ори не ори, тебя никто не услышит. Меня они тоже пару раз обработали. Но Белый Король подсказал мне, как нужно с ними правильно притворяться. Делать вид, будто ты их
