Читаем без скачивания Манускрипт египетского мага (СИ) - Тегюль Мари

— Вай ме, — засуетилась она. — Он, случайно, не католик?

— Католик, католик, конечно, католик!

Тут мужчина поднял голову и выразительно посмотрел на жену, а она растерянно запричитала. Картина совершенно изменилась. Ник не понял в чем дело.

Муж начал что-то резко говорить жене, та вдруг совершенно изменившись, покорно ему отвечала. На губах Аполлинария появилась и исчезла улыбка, а Ник уже отказывался что-нибудь понимать.

Наконец, женщина заискивающе обратилась к Аполлинарию:

— Мой муж сейчас проведет вас на дорогу.

Аполлинарий, внутренне торжествуя, запротестовал:

— Это куда же мы пойдем на ночь глядя? И где наш экипаж и кучер?

— Братья моего мужа и он сам проводят вас до Абастумана, экипаж в порядке.

С этими словами она исчезла из комнаты и вернулась с факелом в руках. Муж также молча взял резким движением факел у нее из рук и сделал Нику и Аполлинарию знак следовать за ним.

Пригнувшись, Ник и Аполлинарий шли за своим проводником по каким-то бесконечным подземным переходам. Трудно было определить, сколько прошло времени, когда они вылезли из подземелья на берегу речки, возле мостика. На той стороне стоял их экипаж. Видно было, что возле него крутятся какие-то люди, скорее всего давешние разбойники.

Молча они дошли до экипажа. Внутри, на сиденье, они обнаружили своего кучера, мертвецки пьяного, от которого несло яблочной сивухой.

Примостившись с трудом по обе стороны от него, они увидели, что один из тех, кто крутился возле экипажа, залез на козлы и экипаж тронулся. Муж подземной амазонки устроился на подножке.

Аполлинарий безмятежно спросил его:

— Эхла сада варт? (Где сейчас мы находимся?)

Тот буркнул в ответ:

— Аралши. (В Арали), — и осекся. Видимо, вспомнил инструкцию своей амазонки, не открывать, где они находились.

Ник тихо спросил Аполлинария:

— Вы можете объяснить мне, чем мы обязаны своим чудесным спасением?

Аполлинарий фыркнул, едва удерживаясь от смеха.

— Вам, Ник, исключительно вам, вашему так во время заданному мне вопросу на французском. Видите ли, часть местного населения свежеиспеченные католики. Вы же обратили внимание на католический собор в ахалцихской крепости. Здесь неподалеку, в селении Удэ, тоже прекрасный католический собор. Неутомимые миссионеры, капуцины, прибирают местное население к рукам. Наши новые друзья оказались католиками, и, как видите, добрые католики всегда помогут друг другу, — и Аполлинарий начал снова давиться от смеха.

— Подождите, подождите, Аполлинарий. Вспомните рассказ шейха и его слова о том, что Куртенэ спасли монахи-капуцины. И ваш рассказ со слов португальца — Гоа католическое владение. Вам не кажется все это странным?

Аполлинарий сразу посерьезнел.

— Да, кажется, тут есть над чем задуматься.

— Кроме того, — тихо продолжал Ник, — вспомните мой рассказ о йезидских сигнальных горах. По всем приметам, одна из таких магических точек находится в окрестностях Абастумани. Не кажется ли вам, что какие-то странные нити ведут в Абастумани? К тому же в последние годы здесь находится постоянная резиденция наследника-цесаревича. Весной и осенью тут временами бывает вся императорская семья. Об этом многие знают, это широко известно. С ними приезжает множество народа. Всякого. Потом ведь здесь же курортное место, воздух, ванны. То, что именно здесь, а не на каких-нибудь швейцарских курортах лечится наследник-цесаревич тоже общеизвестно. И ограничить приезд жаждущих исцеления невозможно.

К этому времени их экипаж, проезжавший мимо селений, утопавших в садах, стал подъезжать ко въезду в ущелье. Стало прохладно. Это начинался Абастумани. Дорога шла вдоль речки, по ее правому берегу. Сразу от дороги тянулись вверх скалы. Их невысокие вершины покрывали еловые и сосновые леса. Вдоль левого берега речки располагались многочисленные дачи, построенные для летнего пребывания в Абастумани, с открытыми балконами, украшенными деревянной резьбой. Экипаж, по указанию Аполлинария, переехал по небольшому мостику через речку, к гостинице «Решель». Там сопровождавшие экипаж отставные разбойники стали сердечно прощаться со своими бывшими пленниками. Мрачный небритый муж, наклонившись к Аполлинарию, тихо сказал по-грузински:

— Если что-нибудь понадобится, пошлите в Арали к Анзору. Анзор это я.

И соскочил с подножки.

Через несколько минут Ник и Аполлинарий уже устраивались в удобном номере гостиницы, предвкушая отдых после всех приключений. Кстати, отправленная с ними Петрусом корзинка очень им пригодилась как раз сейчас.

Наконец, Ник смог по настоящему выспаться. Всю ночь ему снилась Лили такой, какой она была перед его отъездом в Абастумани — в персидской шелковой шали, в обрамлении листьев и цветов глицинии и гибискуса.

Глава 24

Рано утром Ник проснулся в удивительной тишине. Тишина была такой, что казалось она звенит. Такого давно уже не было в его жизни. Всегда его сопровождали тысячи звуков больших городов, европейских и азиатских, утренний звон колоколов или крики муэдзинов, шум базаров, грохот колес, выкрики торговцев. Здесь же стояла абсолютная тишина, не возмущаемая даже дуновеньем ветерка.

Немного понежившись в постели, Ник встал и открыл окно. И сделал новое открытие — воздух в Абастумани был тоже необыкновенным. Запахи трав, аромат цветов, смол елей и сосен создавали необычайный букет, от которого как-то радостно становилось на душе.

Кто-то поскребся в дверь. Ник распахнул ее и увидел, конечно, улыбающегося Аполлинария.

— Слава богу, хоть одна ночь прошла спокойно, — сообщил он новость Нику.

Ник фыркнул. Только что то же самое он хотел сообщить Аполлинарию.

Но тут сразу же они оба поскучнели. Первая задача, которую они должны были решить — это узнать о приезде в Абастуман братьев Куртэне и об их настоящем местопребывании. Это можно было выяснить с помощью местного полицейского пристава. У самого въезда в Абастуман находился шлагбаум и полицейский пост, который должен был регистрировать всех, въезжавших в Абастумани. Правда, вчера они как-то проскочили мимо него — шлагбаум был поднят и никто их не задержал и не проверял. Возможно, что и приезд братьев Куртэне остался незамеченным. Но Абастуман такое маленькое местечко, что все вновь прибывающие были заметны если не местным властям, то обывателям. Поэтому приезд Куртэне не мог остаться незамеченным, если он был в Абастумани. Вот этим делом и должен был заняться Аполлинарий, в то время как Ник собирался отправиться к профессору Ключевскому. Его он знал хорошо и очень на него рассчитывал. Профессор был энциклопедически образован и знал досконально свой предмет.

Позавтракав вместе остатками петрусовой кулинарии, Ник и Аполлинарий разошлись в разные стороны. Аполлинарий пошел искать местное полицейское управление, которое находилось в нижней части Абастумана, а Ник, мимо строившейся церкви Александра Невского, покровителя рода Романовых, направился ко дворцу наследника-цесаревича, чтобы узнать, где находится профессор Ключевский.

Было чудесное утро поздней весны. В это время в Абастумани по утрам было очень прохладно. Все ущелье, вдоль которого был расположен Абастуман, находилось в тени гор, а их вершины уже золотило утреннее солнце. Кухарки торопились на базар в нижний Абастуман, а в центре уже были открыты лавки, которые образовывали небольшой пассаж. Оттуда же распространялись ароматы свежеиспеченного хлеба, ванили, корицы, кардамона — в Абастумани, как потом узнал Ник, был замечательный кондитер. Мимо Ника, в том же направлении, куда он шел, пронесся всадник. Это был фельдъегерь — каждый день из Абастумани императорская почта отправлялась в Санкт-Петербург и обратно. Это маленькое местечко в таком отдаленном от столицы крае было центром внимания императрицы Марии Федоровны, да и всей императорской семьи.

Ник дошел до развилки. Налево, через мост, шла узкая проселочная дорога. Она, как потом узнал Ник, вела к башне, откуда профессор фон Глазенап, тоже читавший лекции наследнику по астрономии и геодезии, вел свои астрономические наблюдения. Эта миниатюрная обсерватория была выстроена на средства наследника и носила название Георгиевской обсерватории. Ник прошел еще немного и увидел на другом берегу речки Оцхе, вдоль которой и был выстроен весь Абастуман, два строения. Это были летний и зимний дворцы наследника. В полосатой будке навытяжку стоял постовой, а неподалеку разгуливал некто в штатском, который внимательно следил за тем, как Ник переходит через небольшой мостик и приближается к воротам.