Виктор? – прошептала я, гладя на покалеченных товарищей.
- Я здесь. – Он вышел из-за кресла, которое скрывало его от меня. Рубашка пропиталась кровью и потом. Рука безвольно висела вдоль тела. А на лице красовался широкий распоротый след.
Я закрыла рот руками, чтобы не закричать в голос, но всхлип все равно вырвался из моего горла.
- Тише – никого не стесняясь, я прижалась к широкому телу. – Я в порядке. Магия сейчас все залечит. – Стал он уговаривать меня, гладя по голове.
- Где Инолика? – спросила я. В комнате повисло тяжелое молчание. Я огляделась по сторонам, стараясь приметить светлую макушку, но ни ее, ни Эмиля Брауна на осматриваемой территории не было. – Виктор, где Инолика?
- Они уже должны были вернуться. – чуть слышно сказал мужчина, устало опускаясь в кресло. – Он должен был ее уже привести.
Время тянулось напряженно. Все раны затягивались на глазах даже на Джоше и Ильдоре, оказавшиеся в итоге не просто ньерами, а, как Виктор - магистрами. Молчание затягивалось. Максимус, пострадавший сильнее всех, лежал на тахте и боролся со сном. Виктор. Притянул меня в свои объятья, и никого не стесняясь, закапался носом в мои волосы. Я, переодевшаяся в одно из взятых домашних платьев, сходила с ума от беспокойства, но не хотела потревожить и без того ужасную рану на боку у лорда эр Шоу, стараясь не шевелиться сидя в его объятиях.
Когда воздух накалился до предела, и даже бледный Максимус стал нервно приподниматься в полу-лежачие состояние, раздался шум из подвала, куда, как мне пояснили, вел тайный ход.
Джош и Ильдор сразу направились вниз, держа оружие наизготовку. Максимус тоже хотел подняться, но был остановлен твердой рукой одного из лекарей, вовремя подоспевших, чтобы осмотреть потерпевших. Вздох облегчения вырвался из меня непроизвольно, но глядя на заляпанного кровью Эмиля, стало понятно, что задержка их прибытия произошла не случайно.
- Нас поджидали в бедных районах. – Сказал Эмиль, помогая усесться подволакивающей ногу Инолике в одно из свободных кресел. – Отбивались как смогли, но они явно были сильнее, намного, чем я. – Он устало опустился прямо на пол, облокачиваясь спиной на кресло, а Инолика, задумавшись о чем-то своем, запустила руку ему в волосы.
Ситуация складывалась, прямо говоря, неоднозначная. С одной стороны – все живы и вернулись обратно, а с другой – из города нас однозначно не выпустят и даже если сейчас попробовать совершить рывок и пробиться сквозь блокаду наемников, привлечь к прорыву стражу или, опять же, наемников, то в деревню до полуночи мы явно не успеем. Видимо не только я понимала всю абсурдность ситуации, но и окружающие меня люди.
- И что теперь делать, - тихо, будто сама боясь ответа, спросила Инолика.
В ответ тишина. Джош, с уже боле менее затянувшимися ранами встал с кресла.
- Нам надо туда успеть. – Уговаривая сам себя, сказал Эмиль, пока проворный лекарь осматривал его рану. – Прошу вас, она не должна умереть вот так. Это же я во всем виноват. Она должна жить. – В его голосе появились истеричные нотки. Он стал раскачиваться из стороны в сторону, не замечая ничего вокруг. Сначала лекарь постарался успокоить его уговаривая перестать себя казнить и винить, но видимо произошедшее довольно сильно повлияло на и так не до конца окрепшую психику молодого ньера, что пришлось использовать заклинание, чтобы привести его в чувства.
- У меня есть предложение – Сказал Виктор, когда встревоженные истерикой Брауна народ, наконец, расселся по своим местам – Но говорю сразу, что не все воспримут его правильно, но… - он замолчал на некоторое время, а я боялась продолжения. Я чувствовала, как напряглось его тело, как он нехотя отодвигается от меня – Это опасно. И других вариантов у нас нет.
- Что ты предлагаешь? - Спросил Максимус, когда пауза стала затягиваться.
- Каролина. – Я прикрыла глаза, всеми силами огораживаясь от происходящего. – Ты единственная знаешь, что необходимо делать.
- Это не просто опасно, это смерти подобно. – Сказала я шёпотом. – Я не возьму их смерть на себя.
- У нас нет вариантов. Или ты пробуешь, или мы смело можем считать и его, и ее трупами. – Резко произнес лорд. Не нежный мужчина, целовавший меня всю ночь напролет. А именно лорд, заставляющий повиноваться своему решению. Я кивнула головой принимая его правила и почувствовала, как он притянул меня еще ближе. Вообще, мне понравилось сидеть рядом с ним, не обращая внимания на окружающих и знать, что это мой мужчина.
- О чем вы? – Ильдор, как и прежде лежал на кресле.
- Каролина знает как провести обряд.
- Для кого? – Инолика встала с коленей оправляя брюки.
- Для тебя и Брауна. – Кивнул головой Виктор. Все недоверчиво стали смотреть на меня.
- Давайте так, - Виктор поднялся, пересаживая меня со своих коленей на кресло. – Это наш единственный шанс. До деревни мы не успеем…
- Выбраться из дома не сумеем… - Поддержал его Мирослав.
- Верно. У нас других вариантов нет. Либо мы рассчитываем на то, что Каролина справляется и Боги на самом деле благоволят этому народу, либо сегодня ночью нам придется хоронить сразу двоих. Инолику – ее же сожгут ее же собственные способности, и Брауна – который сейчас несет «долг рода». – Виктор встал за креслом, кладя мне руку на плечо, в знак поддержки. Я сидела напряженная, как струна. Теперь я попала в странное состояние оцепенения, когда от тебя зависит так много, а ты уже не можешь ничего изменить.
10.
Оставив болезных долечиваться, я поднялась в комнату, в которой так и не провела не одной ночи. Страх, что произойдет самое страшное не отпускал не на минуту. Едва захлопнув за собой дверь, из глаз брызнули слезы. Хотела было забиться в угол, как поступала в детстве, когда отец начинал серчать, да понимала, что ни слезами, ни, тем более, самобичеванием, я помочь не смогу. Утерев слезы, я выровняла дыхание и посмотрела на часы. Времени оставалось критически мало.
Сев на пол и скрестив ноги, я стала воспроизводить в голове обращение к богине плодородия, заступнице и защитнице детей племени Маон.
По мере моей медитации, голова болела все больше, спину я перестала чувствовать практически сразу, ноги, от неудобного положения, начало сводить, но я упрямо взывала к Богам.
