Читаем без скачивания Лицо во мраке. Этюд в багровых тонах - Артур Дойл

– У нас нет свободных квартир в глубине здания, сэр.

– А это чья квартира?

Они уже вышли на лестничную площадку, и Ловкач указал на дверь за шахтой лифта. Когда швейцар назвал ему имя жильца (какого-то адвоката), Ловкач не спеша прошел в конец коридора к большому окну, выходящему во двор.

– Квартира здесь меня бы вполне устроила. Да вот и пожарная лестница рядом. Я, знаете ли, очень боюсь пожаров.

Он выглянул в окно и осмотрел двор. Но увидел он не только двор. Ловкач успел заметить, что на двери квартиры номер 9 стоит английский замок, и что ловкому человеку, держась за край пожарной лестницы, можно дотянуться до окна, которое, судя по всему, являлось окном прихожей девятой квартиры.

– Я бы хотел осмотреть какую-нибудь из квартир с видом на двор, но это, вероятно, невозможно? – вздохнул он.

– Да, сэр. У меня на случай пожара или какого-либо иного чрезвычайного происшествия имеется общий ключ, но мне строжайше запрещено им пользоваться.

– Общий ключ? – невинно удивился мистер Смит. – А что такое общий ключ?

С довольным видом недалекого человека, объясняющего что-то такое, что известно ему, но неизвестно другим, швейцар ответил:

– Да вот он. – И с некоторым трудом извлек его из кармана жилета.

Ловкач взял ключ и с большим интересом осмотрел.

– Поразительно! – искренне изумился он. – Выглядит, как самый обычный ключ. И как же он работает? – Он смотрел швейцару прямо в глаза.

– Этого я не знаю, сэр, – важно, даже благоговейно произнес человек в ливрее.

Он положил ключ обратно в карман, и в этот миг прозвенел звонок лифта.

– Прошу прощения, сэр, – сказал швейцар, но Смит перехватил его руку.

– Вы не могли бы вернуться, я все же хотел бы посоветоваться с вами насчет квартиры с окнами на улицу, – с некоторым беспокойством в голосе воскликнул он.

– Я вернусь через минуту, сэр.

Когда швейцар, доставив нескольких человек на один из верхних этажей, вернулся, Смит в задумчивости стоял на том самом месте, где он его оставил.

– Как я сказал, сэр, это общие ключи… – швейцар опустил руку в карман, и на лице его появились растерянность и беспокойство. – Я потерял его! – взволнованно произнес он. – Вы видели, как я положил его обратно в карман?

– Конечно, видел. О, да вот же он!

Он указал на ковер рядом с ногами швейцара.

– Вам стоит взглянуть на крышу, сэр. Оттуда открывается изумительный вид. Я отвезу вас.

– Я предпочитаю пройтись, – ответил Ловкач Смит. Он дождался, пока лифт скроется из виду, и его любовь к пешему передвижению вылилась в три широких шага, которые привели его к двери. Он осторожно толкнул ее, и она беспрепятственно отворилась, как он и ожидал. За пять минут он провел тщательнейшее исследование всех самых изящных коробочек в спальне, и все, что находил достойным изъятия, отправлялось во вместительный карман его фрака.

В считанные секунды он вышел из квартиры, закрыл дверь и вернулся в холл, где его и застал спустившийся на лифте швейцар.

– О, вот вы где, сэр. А я думал, куда вы ушли?

– Я решил взять квартиру ее светлости, – сказал Смит. – Но, мне кажется, этими вопросами занимаетесь не вы, верно?

– Да, сэр, – признался дворецкий. – Благодарю вас, сэр.

Он принял необычайно щедрые чаевые, которые Смит сунул ему в руку, и человек в желтых перчатках вышел на улицу, прошел какое-то расстояние по Мейда-Вейл, остановил такси и назвал водителю адрес в Сохо.

Выйдя из такси, он прошел по одному из узких переулков и остановился у небольшого ювелирного магазина. Посмотрев по сторонам и убедившись, что никто за ним не наблюдает, он нырнул в темные недра лавки. Хозяин, невысокий человек в маленькой круглой шапочке, шмыгнул за длинную плотную портьеру за прилавком.

– Сколько это стоит? – Смит протянул ювелиру кольцо.

– Если я дам за это пять, я ограблю самого себя.

– Если бы вы предложили мне за него пять, я бы убил вас, – добродушно произнес Смит.

Тут дверь открылась, и в магазин вошел широкоплечий человек.

– Здравствуйте, Смит! Как дела? – Смит приветствовал полицейского улыбкой. – Торгуете потихоньку? – любезно поинтересовался офицер.

– Вы следили за мной?

– Как вы могли такое подумать?! – негодующе воскликнул широкоплечий. – Позвольте-ка взглянуть на это колечко.

– Я не покупал, я не покупал его! – запричитал ювелир. – Он предложил его мне, но я сказал, чтобы он забирал его!

– Откуда это у вас, Смит?

– Подарок от тетушки Рейчел, – насмешливо ответил мистер Смит. – Вообще-то, это мое кольцо, и капитан Шеннон с удовольствием это подтвердит.

– Капитан Шеннон? – в замешательстве повторил полицейский.

– Ну да, – кивнул Ловкач. – Если хотите, сходите к нему. Хотя можете не тратить время. Взгляните на его внутреннюю сторону.

Сыщик поднес кольцо к свету и прочел надпись: «Ловкачу от тетушки».

– Но я не…

– Надеюсь, что если сейчас вы «не», то когда-нибудь сможете. И я не собирался его продавать, я всего лишь… Дело в том, дружище, – сказал Смит с обезоруживающей улыбкой, – что я заметил вас, когда выходил из такси, и решил немного оживить ваши унылые и однообразные будни. Будь вы хорошим сыщиком, вы бы задержали такси, чтобы узнать, откуда я приехал, но, увы! Вы – не хороший сыщик. Вы хотите, чтобы я отправился к Шеннону?

Сыщик с мрачным видом дернул головой.

– Ничего! Еще настанет день!.. – пригрозил он.

И лишь там Смит вдруг понял, на краю какой пропасти он стоял. Если бы этот расторопный сыщик арестовал его и обыскал!.. От этой мысли Ловкач Смит похолодел.

Глава LVI

Рычаг

У человека, занимающегося тем особенным видом работы, который являлся специальностью мистера Мартина Элтона, с годами накапливается довольно большое количество всевозможных документов, которые необходимо хранить в надежном месте, где они не привлекли бы к себе внимания излишне любопытных глаз.

Сам же Мартин информацию предпочитал доверять тайникам своей памяти, на которую ему было грех жаловаться. Обдумывая вопросы, которые требовали немедленного разрешения, он вспомнил об одном четырехстраничном документе, написанном мелким почерком Большого Билла Стэнфорда.

Стэнфорд был своего рода бумажным стратегом. В былые времена, обдумывая очередное дело, он с особенным удовольствием записывал подробнейшие планы действий, рисовал их, чертил схемы. Большинство из этих бумаг было уничтожено, но один проект среди них, продуманный особенно тщательно, Мартин решил сохранить, отчасти как любопытный документ, отчасти для будущего использования. Бумаги, подобные этой, и иные имевшие для него определенную ценность предметы, он держал в банковском сейфе. В тот день Мартин наведался в банк и провел там полчаса, изучая и уничтожая многое из того, что уже не могло пригодиться.

Когда он оттуда вышел, в его нагрудном кармане лежали те самые четыре листа бумаги, которые могли послужить мощным рычагом воздействия на Билла Стэнфорда.

Добравшись до дома, он вызвал посыльного и отправил с ним записку Стэнфорду, а через полчаса у него зазвонил телефон. По звучанию голоса Мартин определил, что настроение у Стэнфорда ни к черту.

– Слушай, Мартин, я не могу прибегать к тебе, как ручная собачка, каждый раз, когда я тебе нужен. Что ты хотел?

– Хотел встретиться, это действительно очень важно.

– Что тебе взбрело в голову? – резко и с подозрением спросил Стэнфорд. – Я сейчас не свободен…

– Придешь и все расскажешь, – сказал Элтон, и в его голосе послышалась былая вспыльчивость. – Мы не будем это обсуждать по телефону, когда половина деловых в Лондоне слушает тебя. Ты что, не догадываешься, стал бы я тебя вызывать, если бы это не было действительно срочно?

На другом конце надолго замолчали, потом раздался голос Стэнфорда, уже не такой раздраженный:

– Хорошо, я приеду, только не думай, что я собираюсь подчиняться твоим приказам, Элтон. Уясни себе, что…

Мартин Элтон положил трубку.

В начале шестого Стэнфорд явился, и явно не в духе.

Мартин в своей любимой позе возлежал на диванчике и, когда Билл вошел в комнату, оторвал глаза от книги и посмотрел на него.

– Мартин, какого дьявола ты вызываешь меня, как лакея какого-нибудь? За такое…

– Закрой дверь, – распорядился Мартин. – У тебя слишком громкий голос.

– По-твоему, мне больше нечем заняться, кроме как бегать за тобой?

От злости он весь побледнел. Стэнфорд в полной мере обладал тем неимоверным присущим всем преступникам, а в некоторой степени и законопослушным гражданам тщеславием, которое заставляет их выходить из себя всякий раз, когда возникает угроза их чувству собственного достоинства. Мартин движением руки осадил его.

– Давай обойдемся без ссор, – сказал он. – Дело серьезное, иначе я бы не вызвал тебя.

Мартин встал, взял из коробки сигару и закурил. Затем протянул сигару Стэнфорду, тот с недовольным видом взял ее. После этого он сразу перешел к делу.