кандалы.
— Теперь ты можешь попробовать меня придушить.
Придушить? Да с удовольствием! Только руки не слушались. Долго лежали в неудобной позе. Я поморщилась, опуская их, что заметил Адам, снял перчатку и стал ласково массировать сначала одну мою руку, затем другую, от плеча и до запястья, разгоняя приятное тепло под кожей. Я едва не замурлыкала, прикрывая веки.
Придушить уже не так сильно хотелось. И тот кайф, который я только что испытала, честно говоря, весомее маленького испуга вначале. Отголоски сумасшедшего оргазма еще теплились в теле.
Но…
Я распахнула глаза, быстро взмахнула руками и кинулась к горлу Адама, точно правда прибить его хотела. Мои пальцы сомкнулись на его мощной шее. Ну как сомкнулись… Почти. Большие пальцы впивались в выступающий кадык, и, видимо, моя хватка совершенно не мешала дышать. Почему бы еще уголки губ Адама поднимались в ухмылке?
Он с легкостью перехватил мои запястья и повалил на постель. Выбил дух из груди, прижав своим весом. И сам испачкался в краске. Так ему и надо. Теперь мы вишневые оба. И постель вишневая. И его боксеры… Хотя судя по ощущениям их на нем уже не было. Значит, после моего оргазма сначала разделся догола, а потом освободил меня.
— Все-таки решила со мной расправиться?
— А как же…
— Сейчас я с тобой расправлюсь.
Его рука пролезла под моей спиной и наконец расстегнула лифчик. К черту это мешающее белье. Едва Адам немного приподнялся, я суетливыми движениями избавилась от него. Мои соски торчали затвердевшими горошинами. И эти вкусные, порочные губы потянулись к ним, захватили горошину во влажный плен. По нервам пронеслись разряды тока. В теле с новой силой зажигалось возбуждение.
Я гладила стальные мышцы его плеч, наслаждалась их рельефом, впивалась в них ногтями с кошачьей свирепостью. Невероятно заводило чувствовать под подушечками пальцев эту грозную мощь. Как ему хватило наглости привязать мои руки к кровати? Так и хочется за это ему всю спину расцарапать. Кожа его плотная, попробуй ее еще разодрать.
Но, видимо, мои маленькие зверства достигли цели — Адам слегка сжал зубами сосок, и меня выгнуло от того, как через все тело прострелил горячий импульс. Я ахнула и резко втянула воздух.
— Моя колючая малышка…
Он взял пальцами мой подбородок и смял мои губы жгучим поцелуем. Я скользнула руками с его плеч к крупным бицепсам. Какое же это блаженство его трогать, щупать, царапать. Краска между нами приятно скользила, не липла, не засыхала. Я бы сама слизала с его мускулистого торса все до последней капли, водя языком по литым мышцам.
Если он позволит. Если захочет. В сексе обычно командует он — беспрекословно.
Краем уха я услышала шуршание под подушкой. Презерватив. Волнение дрогнуло в животе. Я так готова к этому, так хочу, что нетерпеливо обвила его бедра ногами. Каменный член притиснулся к лобку. В промежности требовательно и сладко тянуло.
Адам поднялся и разорвал шелестящий пакетик. Я неотрывно наблюдала, как он раскатывал латекс по своей вздыбленной плоти. Крупный, мощный, налитый неистовым желанием вбиваться в меня.
Наверное, теперь я на Адама смотрела одержимым взглядом. На этого красивого мужчину, на его сильное тренированное тело, измазанное вишневой краской, на блестящий в туго натянутом презервативе член. По мне волнами прокатывался жар. Я едва дышала. Сердце в скачке сотрясало грудную клетку.
Еще немного подразнить меня, вот что ему хотелось. С наслаждением упиваться тем, как я лежу перед ним на постели, обнаженная, искренняя в своем желании отдаться ему. Его голодный взгляд блуждал по моему телу, пока рука двигалась медленно на члене, вверх-вниз, вверх-вниз.
— Адам…
Похоже, его имя, что сорвалось с моих губ, на него подействовало. Он наклонился ближе ко мне, накрывая своим телом, и в промежность уперлась крупная головка. Там взбудоражено покалывало. Во взгляде черных глаз затеплилась нежность.
— Ты моя… — прошептал он в сантиметре от моих губ и с напором вторгся в мое лоно. Пылкий трепет хлынул по телу. Насколько же приятнее прижиматься друг к другу голыми телами, видеть перед собой его лицо, как на нем отражается удовольствие. Адам медленно двигался, словно смакуя каждый толчок, ловя кайф от того, как член меня распирает. Нежно и настойчиво.
Наше дыхание смешивалось между приоткрытыми губами. Я постанывала. Чистый восторг чувствовать его в себе, его твердость, его крупный размер. Я двигала руками по его спине, ощущала напряженные мышцы, не царапала — теперь мне хотелось ласково гладить. Было удивительное волшебство в моменте, когда мы смотрели друг другу в глаза, не отрываясь. Щемящая теплота разливалась в моей груди. Будто и не существовало прошлого, ненависти. Есть только сейчас.
Следующий толчок оказался резче, чем предыдущие, и вытолкнул из меня вскрик. Неожиданно. И до одури приятно.
— Тише, малышка.
Адам припал к моим губам, забирая себе в поцелуе мои очередные крики, жестко работая бедрами. Но я не могла не кричать. Меня безумно переполняла эта чудесная эйфория. Она превращала меня в дикое животное, она выгибала мне позвоночник, заставляла цепляться за Адама и оставлять на его коже красные полосы.
Сильные руки перевернули меня лицом в подушку. И ее я стиснула зубами. Не теряя ни секунды, Адам приподнял мои бедра и начал с яростью вколачиваться. Подушка хорошо глушила крики. И я ее сжала руками, потому что мне просто необходимо было девать куда-то этот сумасшедший адреналин. Не то взорвусь.
Адам замедлился, уперся руками в подушку, склонился ко мне и на ухо спросил:
— Еще быстрее?
Я промычала в ответ что-то невнятное. Я ничего не соображала. Во всем теле только вспыхивали молнии. Они выжгли все мысли. Адам принял мой ответ за согласие и больше не останавливался ни на миг. Бился бедрами о мои ягодицы, быстро, ритмично…
Пока я не взорвалась, не затряслась в сладких конвульсиях. Адам с рычащим стоном кончил следом за мной и сгреб меня в свои крепкие объятья.
Вот так еще лучше расслабляться в неге оргазма. На его груди, слыша, как гулко стучит сердце. Кажется, мы испачкались этой краской с головы до ног. Я слизнула каплю с кожи Адама. Вкус восхитительный. Нежиться бы так и нежиться.
Спустя неизвестное количество времени мысли начали появляться. Мне лучше вернуться в свой номер. Завтра утром вылет на Галапагосские острова, где будет, скорее всего, большинство пассажиров. Нужно собирать чемодан. И подумать, что сказать Назару. Я не знаю, что делать с тем, что начало происходить между мной и Адамом. Второй шанс? Утоление
