Как же она презирает этого человека!
Ну да ничего, ей осталось терпеть его общество только семь дней, включая сегодняшний. Она проводит Психею через портал на развалинах часовни и примется за осуществление своего нового плана. Александра намеревалась поселиться в Брайтоне – с компаньонкой, ради соблюдения приличий – и заняться живописью.
Ей нравились морские виды в окрестностях Фалмута, а Брайтон с его знаменитым дворцом Герцога IV под названием «Павильон» даст ей множество новых сюжетов.
Как я люблю море, думала Александра, опуская стекло кареты со своей стороны. Солоноватый запах моря освежил воздух. Ей с сестрами предстояло побывать сегодня во многих местах, дабы удостовериться, что все приглашения были получены. Первый визит был к ее доброму другу Майлору Грэмпаунду. Девушка улыбнулась, вспомнив, как Лонстон обвинил ее в любовной связи с ним. Очень кстати, что первым они посетят именно достопочтенного мистера Грэмпаунда.
Джулия прервала ее размышления, жалуясь, что ей холодно от открытого окна. Но, поскольку это дало ей возможность придвинуться ближе к Лонстону, расточая ему улыбки, Виктория тут же заявила, что свежий воздух вообще вреден.
Александра не обратила на них никакого внимания, по-прежнему глядя в окно. Мысли ее снова обратились к морю: как же она любит шум набегающих на берег волн, крики чаек и покой, по вечерам спускающийся на водную гладь.
Иногда летом, когда семья гуляла на пляже, Александра снимала туфли и чулки, бродя по воде и с удовольствием ощущая под ногами влажный песок. Песок – такая странная вещь, он словно живет особой таинственной жизнью. Она улыбнулась, вспоминая, как после дня, проведенного на пляже, целую неделю вытряхивала песчинки из нижних юбок, из волос, из каждой складочки своей одежды.
Мимо окна промелькнули две чайки. Дом мистера Грэмпаунда был ближе к морю, чем Роузленд. Александра повернулась к другому окну, чтобы снова увидеть чаек. Карета между тем свернула на юг, к усадьбе мистера Грэмпаунда. Взгляд Александры упал на красивое лицо Лонстона, и она очень удивилась. Он не только смотрел на нее в упор, но его насмешливое выражение исчезло. Джулия с Викторией спорили о том, у кого тоньше талия, и Александра ясно видела, что Лонстон давно уже перестал их слушать.
Она не могла оторвать глаз от его лица. Казалось, он говорит с ней, спрашивает ее о чем-то, но она не могла понять о чем.
– Что? – прошептала она.
Губы его приоткрылись, как будто он собирался заговорить, но не решался. Он бросил взгляд в окно и снова стал смотреть ей прямо в глаза. Девушка затаила дыхание, таким пристальным и выразительным был этот взгляд. У нее сильно забилось сердце.
– Что? – шепотом повторила она, слегка наклоняясь вперед.
На этот раз виконт ласково улыбнулся и покачал головой. Джулия, заметив, что лишилась его внимания, немедленно принялась кокетничать:
– Расскажите нам об этом шторме, Лонстон. Вы действительно вскарабкались быстрее всех на вершину мачты, чтобы закрепить ее?
Александра видела, что он не желал больше развлекать Джулию своими рассказами.
– Как-нибудь в другой раз, а то вы сочтете меня занудой.
– Вроде мистера Грэмпаунда, – скорчила гримаску Виктория.
Александра посмотрела на нее укоризненно.
– Как это несправедливо с твоей стороны, – сказала она. – Мистер Грэмпаунд вовсе не зануда. Он просто… у него очень педантичные манеры, и речь его не отличается такой живостью, как у тебя и у Джулии.
– Звучит довольно скучно, – протянул Лонстон, лукаво посматривая на Александру.
Джулия засмеялась:
– О да! Уверена, он вам не понравится. Вот увидите, он при первой же возможности примется читать вам лекцию.
– Он только тебе читает лекции, – перебила ее Виктория. – И правильно делает. Он говорит тебе только то, что всем известно: что ты слишком легкомысленна и слишком много болтаешь всяких глупостей.
Александра заметила, как руки Джулии в муфте напряглись, словно лапки у кошки, готовой выпустить коготки.
– А как насчет тебя самой, Виктория? – вмешалась она поспешно. – Разве ты всегда говоришь только очень серьезные и умные вещи?
Она с удовольствием отметила, как щеки Виктории вспыхнули. Пристыженная, она обратилась к сестре:
– Извини, Джули. Я не должна была так говорить.
Джулия поджала губы:
– Да ладно! Я и правда немного легкомысленна. Мне нравятся моды, украшения и всякие безделушки. И я много болтаю, даже мама так говорит, но все-таки мне не нравится мистер Грэмпаунд, хотя Аликс и обожает его.
Выражение лица Джулии было так по-детски откровенно, что Александра улыбнулась, Виктория засмеялась, а Лонстон сказал, что, если только мистер Грэмпаунд начнет читать ей лекцию, он лично с ним разделается.
Хотя мистер Грэмпаунд и не пользовался расположением Виктории и Джулии, в одном отношении он им все-таки нравился: он очень любил общество. Когда Джулия передала ему приглашение на маскарад, он выразил живейший восторг. Узнав, что решено всем явиться одетыми в стиле Регентства, он воскликнул, что у его родителей было множество таких костюмов и у него найдется из чего выбрать.
– Я ведь одного роста с отцом, в молодости он был худее, чем сейчас.
Он припомнил и детали такого костюма: бледно-желтые панталоны, модный белый жилет в голубую полоску и темно-синий фрак. Девицы потешались над таким нелепым одеянием, а мистер Грэмпаунд продолжал, улыбаясь:
– Шелковые чулки, бальные туфли и, быть может, еще и парик. Потому что, судя по портретам, волосы тогда стригли коротко и зачесывали на виски, как древние греки и римляне, – трудно придумать что-либо более элегантное.
Это описание всех насмешило, и девушки еще больше развеселились, когда, погладив свои бакенбарды, он сказал:
– Но с бакенбардами я не расстанусь, даже ради самой королевы.
Майлор Грэмпаунд был выше лорда Лонстона и очень худ. Александра невольно вообразила себе зрелище, которое он будет представлять собой в белых шелковых чулках, бывших в моде, когда принц-регент был законодателем мод в Брайтоне и Лондоне. При всей своей симпатии к этому человеку она подумала, что он будет очень походить на журавля.
Александра скрыла улыбку, хотя ни минуты не сомневалась, что Грэмпаунд нисколько бы не обиделся, даже если бы и знал ее мысли, поскольку он был очень добрый человек, без малейшего тщеславия или эгоизма. Он был верный друг, желанный гость в любом салоне и сам гостеприимный хозяин. Едва они переступили порог его очаровательного небольшого дома и вошли в заставленную букетами роз гостиную, он сосредоточил все свое внимание на младших сестрах. Хотя они и находили его нудным, Майлор Грэмпаунд был джентльменом до кончиков пальцев.
