А вот список партнеров-Змей выглядит куда более обширным. Началось все с Вии Артмане (21 августа 1929 года, Лев-Змея), которая играла роль жены героя Папанова в фильме «Родная кровь» (1964). Потом список продолжили уже упоминавшийся Олег Борисов в фильме «Дайте жалобную книгу» и Андрей Миронов (7 марта 1941 года, Рыбы-Змея) в «Берегись автомобиля». Затем был Ролан Быков (12 ноября 1929 года, Скорпион-Змея) в «Служили два товарища» (1968). Следующие в списке: Людмила Чурсина (20 июля 1941 года, Рак-Змея) в картине «Виринея», Светлана Савелова (7 января 1948 года, Козерог-Змея) в «Семи стариках и одной девушке» и Андрей Миронов в «Бриллиантовой руке» (все — 1969). Далее идут: Клара Румянова (8 декабря 1929 года, Стрелец-Змея), озвучивавшая роль Зайца в мультфильме «Ну, погоди!» и Герман Юшко (27 января 1941 года, Водолей-Змея), составивший прекрасный дуэт с Папановым в телесериале «Адъютант его превосходительства» (1970) — Юшко играл адъютанта батьки Ангела Тимку, который путал слово «эксперимент» со словом «экскремент». Потом был Георгий Вицин (23 апреля 1917 года, Телец-Змея), сыгравший роль Хмыря в комедии «Джентльмены удачи» (1971), а Папанов — роль шахматиста, которого Хмырь обыгрывал в шахматы, что называется, до нитки, а вернее — до трусов. Следом шел Олег Даль (25 мая 1941 года, Близнецы-Змея), исполнивший в фильме «Плохой хороший человек» (1973) роль рефлексирующего Лаевского, а Папанов — роль вечно его выручающего Александра Давидовича Самойленко. Потом был Олег Жаков (1 апреля 1905, Овен-Змея) в фильме «День приема по личным вопросам» (1975), все тот же Андрей Миронов в «Двенадцати стульях» (1977) и, наконец, Сергей Мигицко (23 апреля 1953 года, Телец-Змея), сыгравший роль Хлестакова в «Инкогнито из Петербурга» (1978), а Папанов — роль городничего, которого Хлестаков виртуозно облапошивал. Вот такой получается «серпентарий».
Но вернемся к биографии Анатолия Папанова.
В личной жизни он был прекрасным семьянином. По словам его супруги Надежды Каратаевой, за все время их совместной жизни (а это — 43 года) он ни разу не давал ей поводов усомниться в его супружеской верности. Как написано в гороскопе: «Мужчины-Собаки в любви могут быть мирными, спокойными и простыми, а любовь их — верной и непоколебимой. Полностью порвать отношения с Собакой вряд ли кто согласится, потому что более честного и надежного партнера найти трудно. С мужем-Собакой не придется ни о чем беспокоиться, потому что это надежное приобретение, в котором никто и никогда не разочаровывается, так как верность семье и долгу для него всегда стоит на первом месте…».
Папанов также был замечательным отцом для своей единственной дочери Лены. Когда в середине 70-х она вышла замуж за молодого человека, с которым училась на одном курсе театрального института, Папанов с женой купили им однокомнатную квартиру. В 1979 году (Коза) у молодых родилась девочка, которую назвали Машей. Еще одна внучка появилась у Папанова шесть лет спустя (1985, Бык) — ее назвали Надей, в честь бабушки.
В 1979 году Папанов впервые выехал в США. Об этой поездке рассказывает Н. Каратаева: «Толя говорит: «Ты знаешь, в Союзе кинематографистов организовывается туристическая поездка в США, но туда берут только членов союза». А я не была членом союза. Так он пошел к какому-то начальству и сказал: «Я очень хочу поехать, но без жены не могу». И они, как исключение, взяли меня. Это была незабываемая поездка».
28 августа 1979 года скончался писатель Константин Симонов, человек, который много сделал для нашего героя. Вот как вспоминает об этом событии режиссер Александр Кравцов:
«Мы встретились с Толей в Центральном Доме литераторов… приподняв на повороте лестницы гроб с телом Константина Михайловича Симонова. Толя шел по одну сторону, я — по другую. Поздоровавшись, страшно разволновались. На улице он схватил меня под руку, до боли сжав локоть, повел куда глаза глядели:
— Пойдем, пойдем!.. Это ж надо — где встретились!..
Мы шли по безлюдному кварталу улицы Герцена в сторону Садового кольца, навстречу турникетам, за которыми застыли толпы людей.
— Ведь он — моя судьба, — шептал Папанов, часто дыша. — Это он сказал Столперу: «Вот — Серпилин! И только этот актер!» И словно кольцо из земли выдернул: все по-другому завертелось — вся моя планета… Теперь кусок жизни отрезан… огромный кусок… После такой утраты, чувствую, стану другим. Еще не знаю как, но сильно переменюсь… Лишь бы не вылететь из обоймы. Уж больно поздно я в нее попал…»
Под словом «обойма» Папанов подразумевал своих коллег-артистов. Ведь по-настоящему известным он стал в 1964 году, когда ему уже было 42 года.
Осенью 1982 года (в своем «именном» году Собаки), когда Папанову должно было исполниться 60 лет, ему удалось приобрести в личное пользование новый автомобиль — «Волгу»-пикап. По словам нашего героя, «радость от подарка улетучилась, едва я, собрав недостающие деньги, сел за руль. Тут же глушитель отлетел…»
Помимо работы в театре и кино актер активно занимался общественной деятельностью. Например, был членом Общества защиты природы и возглавлял Всесоюзное общество по баням (вместе с писателем В. Солоухиным). Работа этой организации заключалась в том, чтобы наблюдать, как в банях поддерживается необходимый порядок, улучшается обслуживание и т. д.
В 80-е годы наш герой снимался в кино реже обычного. Зато все его роли были главные. С 1980 по 1987 год на его счету были роли в шести фильмах: т/ф «Инженер Графтио» (1980; главная роль — Генрих Осипович Графтио), «Отцы и деды» (1982; главная роль — Алексей Павлович Луков), «Иван» (1983; главная роль — Иван), т/ф «Комический любовник, или Любовные затеи сэра Джона Фальстафа» (главная роль — Джон Фальстаф), «Время желаний» (главная роль — Владимир Дмитриевич Лобанов) (оба — 1984).
За этот же период четыре новые роли он получил в Театре сатиры. Однако полного удовлетворения от большинства этих работ он не испытывал. Его вновь посещали мысли о возможном переходе в другой театр. Но и в этот раз переход не состоялся. Режиссер Владимир Андреев вспоминает:
«Перейдя на работу в Малый театр (1985), я пригласил Папанова побеседовать о возможности и его перехода на старейшую московскую сцену. Мне было известно, что его что-то не устраивало в Театре сатиры, которому он отдавал всего себя.
— Не пора ли тебе, такому мастеру, выйти на старейшую русскую сцену? — спросил я без обиняков. — Здесь и «Горе от ума», и «Ревизор» — твой репертуар…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
