Читаем без скачивания Пожар Метрополии - Федор Березин

И разумеется, подобные предположения следовало проверять.

Но ведь не зря впереди людей трассу прощупывали «голуби мира»?

67

Неоглобальный подход

Да, он не был миллионером, но ведь теоретически такое вполне могло случиться. Вот, например, сейчас он располагал сведениями, за которые можно было бы потребовать достаточно приличную сумму. Хотя… Ну да, с Лесной Бразилии ее действительно получилось бы потребовать, но ведь он «не работал» на противника в государственном обличье, так? Ведь он просто поставлял сведения в какие-то архивы корпорации «Оксидентал», верно? Отвалит ли «социальное образование нового типа» большие деньги за информацию, не нужную ей непосредственно? Хотя если поразмышлять над проблемой без рюмочного тумана, то откуда, собственно, известно, что «Оксидентал» не является просто промежуточной ступенькой для передачи информации куда-то еще? Ниоткуда не известно, просто мысль-убеждение, ставшая привычной за годы пересчета и опрокидывания в пропасть глотки толкотни рюмочной очереди.

Так, может, в связи с внезапным озарением развернуться «кругом марш» и оставить скопированные сведения неиспользованными? Кто оценит такое запоздалое геройство? Родное адмиралтейство? Пеньковый галстук и рассоединяющиеся под действием силы притяжения позвонки, вот чем его отблагодарят в случае выявления. Разве что подвиг зафиксируют ребятки с «Оксидентал»? Ну так, в силу своей негосударственной сути, они смогут интерпретировать поступок только по одному ракурсу – денежному. «Этот офицерик из морского министерства оборзел, – скажут они своему боссу. – Не стоит ли его в очередной раз проучить? Поставить на место? Напомнить некоторые штрихи биографии?» И кто-то в большом кожаном кресле, воспроизводящем старину, благостно кивнет, гася в пепельницы тяжелую баллистическую ракету кубинской сигары. И тогда его встретят где-нибудь в маленьком кабачке, намеренно выбрав паузу между второй и третьей рюмашками, и продемонстрируют несколько высококачественных фото плюс озвучивание с амплитудно-фазовым опознаванием голоса. Ну и придется, для откупа и заглаживания дела, отдавать налично-горячую информацию за считанные гроши, если вообще не приплачивать из собственного военно-морского жалованья. Так что лучше уж…

Сегодня в его распоряжении имелась воистину «бомба». Черт возьми, бразильцы бы действительно отвалили за нее… В принципе, он мог стать миллионером зараз. Ведь, в самом деле, гордость их ВМФ «Дон Кихот», несмотря на преклонный возраст, все равно стоит гораздо больше.

Правда, этот потенциальный миллион новой американской валюты мог так и остаться виртуальным продуктом. Видите ли, с риском добытая информация безнадежно старела менее чем через сутки. «Дон Кихот» способен нарезать в час до тридцати узлов, так что поймать его даже в ограниченном пространстве Карибского моря очень непросто. Информация, переданная сейчас, позволит ему обезопаситься с гарантией. Ведь за сутки он протаранит по океану семьсот двадцать сухопутных миль. Может, и мелочь в сравнении с какой-нибудь крылатой ракетой. Однако сейчас речь идет о запланированной торпедной атаке. И эту атаку обязаны осуществить не какие-нибудь сверхскоростные атомные субмарины расположенной на севере мегадержавы, а обычные дизель-электрические ПЛ. Их скорость под водой, в максимуме, в полтора раза ниже, чем у линкора. Так что, зная заранее о местоположении завесы, «Дон Кихот» может…

В общем, с некоторой точки зрения очень жаль, что невозможно поторговаться непосредственно с бразильцами.

68

Капилляр

Да, бои тридцатых годов не отличались особой романтикой общения. Видите ли, солдаты не могли разговаривать напрямую, и даже через радиоэфир им не позволялось обмениваться репликами. Только команды компьютера, и чаще в режиме векторов-стрелок, чем в словесном доведении. А вообще-то ведь и раньше было не лучше. Вся романтика окопных бесед пришла из литературы. Некие особо грамотные господа, коим не посчастливилось – а может, и посчастливилось, с учетом будущей славы – попасть в грязищу окопов Первой мировой войны, поднабрались ума в бессонных ночах неутомимой борьбы со вшами, затем ретроспективным взглядом из кабинетной мягкости приукрасили всю эту грязь витиевато-философскими диалогами, и вот шагнул со страниц в мозги, затем в фильмовую лексику и снова в мозги пафосный образ обдуманно героических атак. Те, кто писал, спутали в клубок жуть молчаливых рассуждений о смысле жизни во время огневого налета, бестолковость бдений на часах, когда в глаза хоть спички вставляй и мысленно развлекаешься, составляя подробное письмо родственникам, и, наконец, стремительность самого боя, в котором стреляешь в божий свет как в копеечку, а спросонья представляется, что убил целую роту и отразил железный напор дивизии. Когда это все шагнуло с экрана, с красивыми актерами и без сопровождения запахов, то все стало вроде бы совсем уже правдой. Так что, в общем, если кому и показалось, что бой приобрел чрезмерно механическое звучание, догадка та была явным налетом той самой, оторванной от жизни романтики. Война всегда являлась голым рационализмом в действии. Сторона, которая не придерживалась данной доктрины, оставляла после себя только мемуары о неиспользованных возможностях.

Итак, все вершилось одновременно, и никто не жаловался на судьбу вслух. Два «голубя мира» парили над местом боев по отдельности. Сейчас было не до создания голографических построений объекта атаки, требовалось выявлять снайперов и камеры слежения. Кое-что из подобного и правда удалось выявить. Оба солдата, затаившиеся за корпусом буксира, получили задачу на уничтожение. Поскольку морские пехотинцы с пулеметом находились гораздо выше их позиции, потребовалось использовать специальные микрогранаты, выстреливаемые из винтовки и разрывающиеся на определенной дистанции. Четыре таких устройства, подорванные в течение десятой доли секунды примерно над одним и тем же местом, сделали из не слишком рьяно дежурящего пулеметного расчета две нашпигованные мясные туши.

Естественно, если бы не производимый одновременно с нападением «Пульсара» минометный обстрел и чья-то привычно захлебнувшаяся в вое «цунами» атака, на потерю пулеметчиков наверняка бы обратили большее внимание. А так… Но нельзя же отслеживать каждую разрывающуюся над палубой мину, а тем более осколок?

Однако в любом варианте от нападающих требовалась оперативность. По законам войны в ближайшие минуты убитыми или тяжело раненными часовыми-пулеметчиками обязывались заняться санитары. Кто-то из любопытства мог глянуть вниз и совершенно случайно, в свете взрывающейся мины или очереди трассеров, засечь движущиеся объекты. Тем не менее перед броском основной группы требовалось обработать возможные точки электронного слежения. По распоряжению Минакова и согласно компьютерной рекомендации, один из бойцов – эдакий наследник выпавшего с линии судьбы выходца из Сардинии – Соранцо – обработал нужные точки корпуса корабля искусственно расфокусированным лазером. Это дало некоторую гарантию от слежения. Естественно, если бы «Купер» был не авианосцем, команда которого понятия не имела о принципах ведения наземных боев, то проведенных отрядом Минакова приготовлений к прорыву оказалось бы совершенно недостаточно. Но ведь они воевали со спешно, всего несколько суток обучающимися жизнью, то есть смертью – дилетантами. Что с того, что враг был многочисленным? Профессионализм и смелость – вот что стояло против огромного числа.

И отряд «Пульсар» помчался вперед, стремясь быстрее спрятаться от расположенных в высоте наблюдателей. «Фенимор Купер», разумеется, не имел киля, однако он не являлся прямоугольной плавающей коробкой. Потому его взметающийся в высоту корпус через считанные секунды накрыл собой диверсантов. Ну а лейтенант Минаков не забыл обвести окрестности видеоглазом слежения. Видите ли, это требовалось для компьютерного планирования отхода. Ведь «Пульсар» не собирался здесь умирать, он обязался вырваться отсюда с добычей и без потерь.

69

Игроки

– Черт возьми, Шеррилл, мы что, правда, ничего не можем сделать? – главный административный работник сверхдержавы кипел.

– Получается так, господин президент, – развел руками гражданский министр обороны. – Дабы быть более убедительным, я, как видите, привел с собой председателя комитета начальников штабов Форда Эммери, а также министра ВМФ Микки Стаймена и министра ВВС США Брука Теобалда.

– Вы что, Шеррилл, решили мне всех их представлять? – искренне удивился Ад Буш. – Я вроде бы давно знаком с господами генералами. Присядьте, присядьте, господа, сейчас не до этикетов. У нас чрезвычайная ситуация. И не об Африке речь, понятное дело. Послушайте, генерал-лейтенант, – обратился президент непосредственно к министру военно-воздушных сил США, – неужели мы не способны оказать помощь нашему кораблю?