Потом Берия схватил меня, отнес в свою спальню и изнасиловал.
Трудно описать состаяние мое после случившегося. Три дня меня не выпускали из дому, день сидел Саркисов, ночь Берия.
Враг народа Берия разоблачен. Он лишил меня радости детства, юношества и всего хорошего в жизни советской молодежи.
Я прошу Вас учесть, при разборе всех его злодеяний, его моральное лицо, как развратника и растилителя детей.
Дроздова Валя. 11 июля. 1953 г.»
Итак, заявление подано Основания к возбуждению уголовного дела, как вы понимаете, по этому факту имеются. Дело, сразу скажу, непростое. Прошло четыре года. Возникают сотни вопросов. Да и организация расследования этого эпизода четырехлетней давности очень тяжела. Во всяком случае, в моей следственной практике таких временных «окон» между совершением изнасилования и заявлением потерпевшей никогда не было. Бывало, обратится потерпевшая через три-четыре дня после случившегося, и то возникают вопросы, где она раньше была, а в данном случае прошло четыре года. Как быть с экспертизами, осмотром места происшествия, наличием телесных повреждений, гинекологией, биологией, изъятием одежды, белья, другими доказательствами? Как организовать работу со свидетелями? А все эти мазки, смывы, влагалищный эпителий? Ох, поверьте мне — бывшему следователю и прокурору, прошедшему горнило низовой работы, — все это так непросто. Через меня прошли сотни дел об изнасилованиях. Возьму на себя смелость заявить, что следственная практика по этой категории дел интервалов в четыре года не знала.
Ну, ладно, приняли дело к производству. И что же? Коротко допросили Дроздову, ничего толком не выяснив. Допросили ее мать — то же самое. Правда, мать Дроздовой сообщила интересную деталь. В 1952 году Валентина забеременела от Берия, но ее поместили в Кремлевскую больницу, где ей сделали аборт. Необычная ситуация для квалификации изнасилования. Не правда ли?
Допросили Берия — он в отказе. Допросили Саркисова. Пять протоколов его допросов в томе 3 и четыре протокола в томе 27. И что? Да ничего, допросили так поверхностно и плохо, что каких-либо выводов сделать невозможно. Саркисова Руденко допросил, кстати, еще 1 июля 1953 года, до того, как к нему обратилась Дроздова, «прочитав «Правду» от 10 июля 1953 г.». Этот протокол допроса Саркисова хотелось бы привести дословно. На июльском Пленуме ЦК его огласил Н. Шаталин со своими комментариями, добавив еще перечень предметов женского туалета, обнаруженных в кабинете Берия.
ПРОТОКОЛ ДОПРОСА АРЕСТОВАННОГО
1 июля 1953 года г. Москва.
Генеральный Прокурор Союза ССР РУДЕНКО Р. А. и помощник Главного военного прокурора подполковник юстиции БАЗЕНКО Н. А. допросили САРКИСОВА Рафаэля Семеновича, 1908 года рождения, уроженца г. Кировобада, члена КПСС с 1930 года, полковника — помощника начальника отдела I Главного управления МВД СССР, женатого, армянина, образование 6 классов, из семьи рабочего, со слов не судимого.
Допрос начат в 20 ч. 30 мин.
На протяжении 18 лет я работал в охране Берия, вначале в роли прикрепленного и последнее время в должности начальника охраны.
Будучи приближенным Берия, я хорошо знаю его личную жизнь и могу характеризовать его как человека развратного и нечестного.
Мне известны многочисленные связи Берия со всевозможными случайными женщинами.
Мне известно, что через некую гражданку Субботину Берия был знаком с подругой Субботиной, фамилию которой я не помню, работала она в доме моделей. Впоследствии от Абакумова я слышал, что эта подруга Субботиной была женой военного атташе. Позже, находясь в кабинете Берия, я слышал, как Берия звонил по телефону Абакумову и спрашивал его, почему до сих пор не посадили эту женщину.
Кроме того, мне известно, что Берия сожительствовал со студенткой института иностранных языков — Малочшевой Маей. Впоследствии она забеременела от Берия и сделала аборт.
Сожительствовал Берия также с 18–20-летней девушкой Лялей Дроздовой. От Берия у нее родился ребенок, с которым она сейчас живет на бывшей даче Обручникова.[108]
Находясь в Тбилиси, Берия познакомился и сожительствовал с гражданкой Максимишвили. После сожительства с Берия у Максимишвили родился ребенок, которого, по указанию Берия, я вместе с порученцем Витюковым отвезли и сдали в детский дом в Москве.
Мне также известно, что Берия сожительствовал с женой военнослужащего Героя Советского Союза, фамилию которого я не помню, звать жену этого военнослужащего София, телефон ее Д-1–71-55, проживает она по ул. Тверская-Ямская, дом номер не помню. По предложению Берия через начальника сан. части МВД СССР Волошина ей был сделан аборт.
Повторяю, что подобных связей у Берия было очень много.
По указанию Берия я вел специальный список женщин, с которыми он сожительствовал. Впоследствии, по его предложению, я этот список уничтожил. Однако один список я сохранил. В этом списке указаны фамилии, имена, адреса и номера телефонов 25–27 таких женщин. Этот список находится на моей квартире в кармане кителя.
Таким образом, я был Берия превращен в сводника. Занимаясь сводничеством, я часто задумывался над поведением Берия и был крайне возмущен, что такой развратный и нечестный человек находится в правительстве.
Год или полтора тому назад жена Берия в разговоре мне сказала, что в результате связей Берия с проститутками он болел сифилисом Лечил его врач поликлиники МВД — Юрий Борисович, фамилию его я не помню.
Об изнасиловании Берия девушки мне неизвестно, однако, зная хорошо Берия, я допускаю, что такой случай мог иметь место.
Протокол записан с моих слов правильно и мне прочитан.
Допрос окончен в 23 ч. 00 м. САРКИСОВ.
Генеральный Прокурор Союза ССР РУДЕНКО.
Пом. Главного военного прокурора БАЗЕНКО.
Скажу, если бы следователь принес мне такой протокол допроса одного из основных свидетелей по делу, то этот следователь вылетел бы из моего кабинета в одночасье. Нахватал каких-то кусков и отрывков, ничего толком не выяснил, контрольных вопросов не поставил, увлекся «сожительством и распутством Берия», тогда как это не является предметом доказывания, ну и гак далее.
Правда, даже из этого так называемого протокола можно кое-что извлечь.
Саркисов показывает: «Сожительствовал Берия также с 18–20-летней девушкой Лялей Дроздовой. От Берия у нее родился ребенок, с которым она сейчас живет на бывшей даче Обручникова». B.C. Дроздова, обратившаяся к Руденко, и Ляля Дроздова, упоминаемая в протоколе допроса Саркисова, — это одно и то же лицо. А теперь, как вы понимаете, нужно выяснить у Дроздовой множество вопросов: и о ребенке, и об аборте, и о даче Обручникова, и о сожительстве с «насильником-негодяем» в течение четырех лет, и как это согласуется с изнасилованием, ну и, конечно, сделать выводы, подтверждающие или не опровергающие вину Берия по этому эпизоду. Но увы. И в таком вот виде, без очных ставок и признания Дроздовой потерпевшей (она так и осталась свидетелем) этот эпизод «переехал» в суд.
В других протоколах Саркисов продолжал показывать, что Берия был «большим развратником». С 1937 года он, Саркисов, знал о постоянном сожительстве Берия с разными женщинами. Берия превратил его и другого охранника — Надарая в сводников. Они доставляли ему на квартиру и в особняк различных женщин. В 1944 году Берия самолетом отправлял его в Краснодар для подбора хороших девушек. Все это выписано мною дословно из протоколов допросов Саркисова. Но об изнасилованиях здесь, как видите, не сообщается. И контрольных вопросов не ставится.
Судебное следствие в этой части шло тоже интересно. Образец того, как быть не должно.
Читаем протокол судебного заседания.
«Дроздова: В мае 1949 года я шла по улице. В это время остановилась машина, из нее вышел человек, он внимательно меня осмотрел. Я испугалась и убежала, но заметила, что за мной шел какой-то мужчина. На другой день к нам на квартиру пришел какой-то полковник, впоследствии я узнала, что это был Саркисов. В то время моя мать тяжело болела и лежала в больнице. Перед этим у нас умерла бабушка, и мы очень тяжело переживали ее смерть. Саркисов оказался в курсе всех наших семейных дел, о том, что мама лежит в больнице в очень тяжелом состоянии, стал говорить мне, что он поможет матери и вызовет к ней хорошего профессора, что он меня повезет к человеку, который поможет спасти мою мать. Мы подъехали к какому-то дому, как потом я узнала, принадлежавшему Берия. Примерно часов в 5–6 вечера в комнату, где я сидела с Саркисовым, пришел старик, которого накануне видела на улице. Он мне сказал, не волнуйтесь, я помогу вам, маму вашу вылечат и все будет в порядке Потом он предложил пообедать с ним и, несмотря на мои отказы, все же посадил меня за стол. Потом Берия предложил мне пойти осмотреть комнаты, я отказывалась, но он все же заставил меня пойти с ним. Войдя в одну из комнат, Берия схватил меня, понес в спальню и изнасиловал.
