но он заметил, как дернулись его брови. — Я расскажу тебе кое-что о твоих друзьях. Идет?
***
Последние несколько метров Кана буквально волоком тащила Рема. Он согнулся, опираясь на ее плечо, но ноги все-таки передвигал. В голове девушки царил шторм из жалости к себе и воспоминаний о бабушкиных историях. Она любила рассказать о старых временах, когда у многих людей были свои машины, и на них можно было добраться куда угодно, перевозить хоть всю свою жизнь в багажнике. А если машины не было, можно было вызвать такси и за деньги доехать хоть в другой город.
Как бы ей сейчас хотелось сейчас так сделать вместо того, чтобы ехать в трамвае, а потом тащиться пешком. То и дело Кану одолевала злость, то на Рема, то на Тимидо, но в большей степени — на себя. Конченую идиотку, которая впуталась не пойми во что.
Дома она позволила Рему растянуться на полу. Он еще что-то бормотал, когда она вернулась из ванной и чистыми руками попыталась разобрать дреды, чтоб убедиться, что кости черепа не повреждены. К счастью, так и оказалось. Спутанные волосы сработали как подушка безопасности, только кожа на затылке лопнула от удара. Ученая постаралась приподнять волосы, чтоб оценить масштаб действия, и тут Рем подал голос.
— Совсем пиздец?
— Придется шить.
— Ну шей.
— Я не хирург.
— Попроси Дези, — пробормотал он и снова отрубился. Кана попробовала встряхнуть его еще раз, но молодой человек в ответ только протяжно засопел.
«Твою ж мать», — поджала губы Кана. Но ушла на кухню за ножницами. Прихватила подушку, подсунула ее под голову Рему и принялась стричь.
Срезала целые пряди и бросала на пол, а робот-уборщик пищал и давился этими комками волос. Когда она дошла до затылка, ладони окрасились бурым. Пришлось вернуться на кухню за аптечкой и антисептиком стирать начавшую запекаться кровь. На каждое прикосновение ватки Рем дергался и мычал, открывал глаза, но тут же закрывал обратно. А Кане было тошно и тяжело. Телевизор в гостиной передавал новостные репортажи, лицо Тимидо то и дело мелькало под громкими заголовками, и ученая чувствовала, как в горле собирается комок, то и дело подкатывавший все выше.
Очищенная от волос и крови, рана на голове уже не выглядела так страшно. Так, неглубокая ссадина. И все-таки это стоило зашить. Девушка достала иглу и нитку из аптечки, сделала несколько прерывистых вдохов и принялась за дело. Стежок за стежком, периодически промакивая антисептиком, Кана смотрела, как рана становится все меньше. Вот только такая же ссадина на ее самомнении не затягивалась. Когда все было окончено, она несколько минут терла затылок Рема антисептиком, гоняя по кругу воспоминания о разговоре с Тимидо.
— Ну как? — подал голос Рем.
— Еб твою мать! Извини… Ты все это время…
— Вроде того. Не хотел тебя отвлекать. Неплохо справилась, — он уперся руками в пол и сел. Перед глазами все пульсировало и смазывалось. — Еба-а-а…
— Тебе надо полежать. Давай на диван.
Кана поднялась и протянула ему руку. Рем благоразумно не стал отказываться. Он взглянул на ученую и едко усмехнулся.
— Хреново выглядишь.
— На себя посмотри. Господи, как ты додумался?
— Слабоумие и отвага, — пожал он плечами. — Но я был прав. Ты слишком хороша для этого дерьма.
Кана сбросила его на диван, как балласт, и Рем запрокинул голову на спинку. Девушка еще раз проверила его трекер. Показатели в пределах нормы, угрозы жизни не было. И все-таки ей было страшно. Хотелось сделать хоть что-то, чтоб он перестал быть таким бледным и трясущимся.
— Позвони Дези, — попросил Рем и снова отрубился.
Кана тут же кинулась исполнять просьбу, но Дез не отвечала. Зато пришло сообщение от Тимидо: «Передай Рему, что он молодец».
***
— Лапшичная, серьезно? — скривилась Дези.
— Для ресторана мы выглядим недостаточно презентабельно, — стрельнул глазами Гектор. Тут девушка поспорить не могла.
В помещении было прохладно, и пиджак инспектора оказался как никогда кстати. Дези куталась в него, словно пыталась спрятаться в мягких складках темной ткани. Заведение было на самой окраине центра, и людей там почти не было. А те, что были, с упоением слушали новстной репортаж о кибератаке, которая оказалась «жестом доброй воли», «благотворительной акцией» и так далее. Гектор отошел, а уже через секунду вернулся с двумя тарелками лапши.
— Это новый формат допроса? — наморщила нос Дези.
— Это — суп с лапшой. Не ищи в нем то, чего там нет, — посоветовал инспектор и принялся за еду.
Дези неуверенно поерзала, но все-таки тоже съела первую ложку супа. В золотистом бульоне плавали круглые шляпки грибов. Удивительно, что она так быстро привыкла к разнообразной еде Верхнего города. Раньше даже такой простой суп заставил бы ее верещать от восторга.
— Тогда что, это свидание? — пошла в атаку девушка, но Гектор остался невозмутимым.
— Назовем это дружеской встречей. Я не враг тебе, Дезире.
— О, как приятно слышать это от человека, который упек меня в участок.
— А тебе не интересно, почему ты там оказалась?
— Потому что моя чокнутая бабка вызвала полицию, — фыркнула девушка.
— Нас вызвали заранее. Это сделал Гато Бранко, если быть точным, — сказал инспектор и выдержал паузу, внимательно следя за ее реакцией. — Это ведь он помог тебе найти родственников?
Дези кивнула. Гектор откинулся на спинку стула.
— Видимо, он не хотел, чтоб у старухи объявились здоровые наследники. У нее ведь огромные сбережения, собственная клиника, а практика — просто головокружительная.
— Все-то ты знаешь.
— Не все, признаю. И мне нужна твоя помощь. Расскажи мне, что планирует Тимидо. Для чего он тебя нанял?
— Он меня не нанимал.
— Дезире, это важно. Это вопрос твоей безопасности.
— Да какое тебе дело до моей безопасности?!
Она сама не заметила, как повысила голос. Немногочисленные гости лапшичной недовольно зашикали и тут же уткнулись обратно в экран, не желая быть свидетелями чужой ссоры. Гектор придержал ее за запястье, чтобы конфликт выглядел больше как ссора влюбленных, чем как очередной изощренный допрос. И все-таки от его прикосновения по руке Дези побежали мурашки. Гектор мягко огладил ее запястье и убрал руку.
— Решил, что мы подержимся за ручки, и я вся растаю?
— Ни в коем случае, — хмыкнул он. — Десерт?
— Чего ты, блядь, хочешь? — устало простонала Дези.
Он долго сверлил ее взглядом, пока, наконец, не сказал:
— Я хочу попросить тебя быть осторожнее. Если Тимидо тебя не нанимал — и даже если нанял — сделай что угодно, но вернись в Нижний город и сбрось его с хвоста. Я заставлю твое дело исчезнуть.
— А если я этого не сделаю? —
