Ты себя-то в зеркало видел, красавец? — прохрипел я, изображая боль, за что получил кулаком под дых. Не то, чтобы очень больно, больше обидно, но показал я обратное.
Отвесив несчастному мне ещё пару тумаков, эти два индивида куда-то повели меня. Первое помещение, в котором я оказался после комнаты с клеткой, являлось каким-то складом или ангаром. Ближе ко второму, судя по площади. Здесь было очень просторно и практически пусто.Дальше мы довольно долго шли по коридорам и проходам, пока не остановились перед самой обыкновенной дверью, такой же, как и куча остальных.
За дверью оказался небольшой холл, или приёмная, где головорезы меня с помощью толчков усадили на стул и встали по обе стороны. В углу помещения стоял небольшой стол, за которым сидела довольно миловидная девушка. Один из головорезов что-то прошептал ей на ухо, и она практически бегом поспешила в соседнее помещение, быстро вернулась и приказала ждать.
Минут через двадцать из-за двери выглянул ещё один головорез и велел заходить. Меня снова подхватили под руки и затолкали в соседнее помещение. Оно оказалось просторным и светлым. Одна стена отсутствовала, вместо неё было что-то вроде балкона, вид с которого выходил на какое-то подобие довольно немаленькой арены с трибунами. Сейчас там никто не сражался, вместо этого с одного из краёв были установлены клетки, внутри которых сидели или лежали мои люди в разной степени помятости.
Увиденное меня сильно разозлило. Я сжал кулаки и повернул голову в другую сторону, чтобы найти глазами виновника, и тут я узрел ЕЁ. Невероятной красоты девушка восседала на троне и снисходительно улыбалась. Тонкое, изящное платьице нежно-голубого цвета выгодно подчёркивало её идеальную фигуру. Слегка волнистые светло-русые волосы водопадом стекали на хрупкие плечи, а лицо казалось настоящим произведением искусства: большие бирюзовые глаза, пухлые чувственные губы и изящный носик.
Из меня мгновенно ушла вся злость. Ну как можно сердиться на богиню, которая снизошла для того, чтобы осчастливить тебя своим присутствием? Моё сердце пропустило удар, потом ещё один, но я этого не замечал, потому что, раскрыв рот, пожирал глазами неземную красоту, которая, кажется, привыкла к такому вниманию и смотрела на меня с деланным равнодушием. Лишь кончики её губ слегка приподнялись, давая мне понять, что, похоже, я ей не совсем уж безразличен. А потом она заговорила:
— Неужели сам легендарный герой Роман почтил меня своим присутствием? — её нежный, чарующий голос обволакивал мои уши, даруя невероятное наслаждение…А потом я моргнул.
Внимание! Ваш мозг дракона успешно отразил ментальную атаку высокого ранга.
Харизма +2.
«Так вот зачем она нужна!» — чуть было не выкрикнул я вслух и, отвлекшись от интерфейса, вновь посмотрел на… «Твою мать! И вот это я посчитал красивейшей женщиной всех миров?»
Сейчас передо мной сидела жирная старая бабка с покрытой язвами кожей и редкими волосами в грязной мешковатой одежде и бесцеремонно ковырялась в носу, а стоящие вокруг неё мужики смотрели на свою госпожу с восхищением в глазах, чуть ли не пуская слюни. Меня почти перекосило от диссонанса, который предстал перед моими глазами, но я кое-как сдержался, твёрдо решив отыгрывать роль до конца.
— Спасибо, что пригласила меня, о прекраснейшая из женщин, — я глубоко поклонился и продолжил изображать влюблённого юнца. — Молю тебя, назови своё божественное имя, чтобы оно надёжно отложилось в моей памяти.
— Какой ты забавный, словно ручная зверушка, — противно проскрипела бабка, — так уж и быть, я позволю тебе услышать своё имя. Меня зовут Давина. Твоё имя мне известно, герой Роман. Ответь, зачем ты прислал своих людей и эльфов ко мне? Что хотел выведать?
— Благодарю тебя, великолепная Давина, твоё имя прекрасно почти так же, как и твой ангельский лик, — я продолжал нести возвышенную чушь с одной единственной целью — выяснить, какого чёрта тут вообще происходит! — Вышло недоразумение, я хотел лишь найти выход на чёрный рынок, чтобы иметь возможность закупать артефакты. Я ни в коем случае не хотел обидеть тебя, о великолепнейшая. Приношу свои глубочайшие извинения.
— Так просто? — кажется, бабка немного разочаровалась, — А я уж надумала себе всякого. Ну что ж, герой Роман, скажи мне, хочешь ли ты лицезреть мой лик каждый день?
«Спаси и сохрани!» — подумал я про себя, но вслух сказал противоположное:
— Конечно, прекрасная Давина, что я должен сделать для этого?
— Всё очень просто, мой герой, — бабка гадко улыбнулась, демонстрируя полуразрушенные останки зубов, — ты должен принести мне клятву верности!
Интересно, и скольких она так уже подчинила? Как ещё хоть какие-то страны в этом мире существуют со своими правителями? Неужели у них у всех такая прокачанная стойкость к ментальным атакам? Или у всех есть артефакты? А ведь, не выбери я вчера преображение головы, сейчас бы стоял на коленях и, капая слюной, ноги бы ей целовал, фу! Гадость какая!
Я теперь понимаю, почему «Чёрная роза» так усердно прячется. Если бы эту бабку нашли и узнали о её способностях, мне кажется, страны бы воевать между собой перестали на время, пока не выжгли бы эту заразу совместными усилиями. Чудовищно мерзкая сила! Ладно, пора заканчивать этот цирк, вряд ли я узнаю от неё что-то ещё, да и знать ничего не хочу, слишком противно. Жаль только, что теперь услугами чёрного рынка воспользоваться не получится, да и с трофеями пока непонятно, может, у них склады вообще в других местах, но проверить я это пока никак не могу. Сейчас нужно как-то обезопасить пленников, там толпа головорезов трётся рядом с ними, а значит, придётся вызывать тяжёлую артиллерию.
— Не, бабуль, не вариант! Роман Романов служит только самому себе! — я наконец-то перестал притворяться и с вызовом посмотрел на старую каргу, — Магна!
— Что? Как? — старая явно не ожидала такого поворота событий и сообразила, что происходит, далеко не сразу, во всяком случае, этого времени хватило, чтобы рядом со мной случилась вспышка магии, и возник силуэт драконицы в человеческом облике.
— Соскучился, дорогой? Фу, а это что за карга? — лицо красноволосой так забавно перекосило, что я даже развеселился.
— Помоги Лайзе и остальным, — я показал пальцем в сторону арены с клетками, — а тут я сам разберусь.
— Слушаюсь, мой Пульсар! — не меняя формы, она переместилась к головорезам, охраняющим пленников. В дракона тут превращаться было нельзя, места маловато.
Пока бабка, как рыба, открывала и закрывала рот, две лианы уже
