Читаем без скачивания Куда уходят грешницы, или Гробница Наполеона - Наталья Андреева

Сколько Валентин себя помнил, отец рассказывал за столом шоферские байки. И хвастался тем, что ни разу за всю свою водительскую жизнь не попал в серьезную историю. Под словами «серьезная история» подразумевалось непоправимое: наезд. Сбить человека – вот что было для отца самым ужасным.

– Вот, сынок, мой напарник. Вовремя не затормозил – и пять лет! Сначала суд, потом Серега отправился на поселение. Хотя по трезвому делу это случилось, и мужик чуть ли не сам под колеса кинулся. Смягчающие обстоятельства, и только-то. Адвоката наняли хорошего. Красиво говорил! А все одно: пять лет. Я на суде-то был. Хлебнул Серега, что там говорить! Тюрьма, она не сахар. Сидел на скамье подсудимых – краше в гроб кладут! Чего там с ним делали, в камере, кто его знает? Всякое рассказывают. Да-а… Не приведи бог… – Отец тихонько вздыхал и добавлял: – А уж если скрылся с места происшествия – вообще труба! А еще случай был…

И он заводил очередную шоферскую байку. Мать суетилась, меняя тарелки и гремя сковородами, и ожидала момента, чтобы вставить слово.

Так же как отец любил рассказывать шоферские истории, так она приносила домой сплетни о коллегах по работе, их родственниках и знакомых. Преимущественно о бухгалтерах. Мол, тот-то заработал кучу денег на частной фирме. И сел. Та дослужилась до главбуха. И пошла под суд. А ее племянник хотел удрать за границу и с деньгами. Не вышло. Сел аж на десять лет! И так далее. И тому подобное. Всяких там ИП, ООО, ТОО и т. д. мать боялась как огня.

– Нет уж. Я на своем заводе досижу до пенсии, тихо, спокойно. Пенсию мне должны положить хорошую, потому как зарплату нам прибавили. И еще прибавят. И стаж у меня непрерывный. А частники – ну их! Сначала заплатят сверх меры, а потом за них сядешь.

– И правильно, – кивал отец. – Но все ж таки ты скажи: сколько в этом месяце принесешь? И квартплату надо бы поровну. И свет.

– Но ведь ты всю ночь телевизор смотришь! А я сплю!

– А ты готовишь. Электричество жжешь? Жжешь! Больше моего!

– Но я для двоих готовлю!

– А мне какая разница? Ты же у плиты стоишь!

И они начинали вяло переругиваться. Валентин давно к этому привык. И к тому, что родители работают все на том же месте и, несмотря на перемены в стране, жизнь свою менять не собираются. И искать престижную, высокооплачиваемую работу тоже.

Борисюки дали единственному сыну все, что могли. То есть все, что положено. Отдельную комнату, письменный стол, за которым можно делать уроки, качественное питание, а когда Валентину исполнилось восемь лет, купили ему пианино. Положено, чтобы ребенок не болтался после школы по улицам, а шел в какую-нибудь секцию. Или в студию. Или в музыкальную школу. И хотя у Валентина не было способностей к музыке, он честно отучился семь лет, научился разбирать ноты и даже вызубрил наизусть несколько популярных пьесок.

Унаследовав от матери способности к точным наукам, Валентин без труда поступил в технический вуз, где была военная кафедра, окончил его и стал искать работу. Жить он решил своим умом. Валентин собирался сделать карьеру, но не на государственной службе. Сменив несколько фирм, он оказался в итоге у Даниила Эдуардовича Грушина в должности менеджера по продажам. К тому времени Валентин окончил курсы английского языка, хорошо изучил компьютер. Вооружился всеми необходимыми знаниями, чтобы сделать карьеру.

Хватило года, чтобы предприимчивый молодой человек понял: работа менеджера низшего звена неблагодарная. Да и среднего тоже. Все завязано на клиентах, и, чтобы иметь хорошие проценты, надо суетиться и прогибаться. Клиентов нужно ублажать. И все время балансировать между ними и начальством. Одни хотят больше скидок, другие больше прибыли. Не лучше ли прогибаться под одним человеком, под шефом? Бить в одну точку, все время быть на глазах и оказывать услуги непосредственно начальству.

И Валентин Борисюк стал заниматься рекламой. Теперь деньги давали непосредственно ему. Поезжай туда-то, размести рекламу там-то. Найди девочек-моделей, сделай качественные съемки для рекламы. Устрой презентацию товара. Устрой банкет в честь юбилея фирмы. Найми знаменитого певца или певицу, чтобы поздравил по радио с юбилеем. Организуй вечеринку по случаю дня рождения тещи хозяина фирмы. Сиди рядом с музыкальным центром, меняй компакт-диски. Увези, привези, найди. Круг обязанностей Валентина Борисюка был широк. Полномочия и средства неограниченные. Это пришлось ему по душе. Больше свободы. Случались и выставки за рубежом. Валентину стали выпадать загранкомандировки.

И за четыре года работы на фирме у Грушина он действительно сделал карьеру. Стал начальником рекламного отдела. Жаль, что у шефа нет дочки на выданье. Валентин бы за ней поухаживал. С огромным удовольствием! Он знал, как делал карьеру коммерческий директор, Артем Дмитриевич Реутов. Вот кто – голова!

У Реутова есть дочка, но совсем еще крохотная. Сделав подсчеты, Валентин подумал, что невесту придется ждать чуть ли не до пенсии. Нет, надо искать другие варианты. Жаль, что у Грушина мальчик. В сущности, из-за Макса он и ушел к Артему Дмитриевичу при разделе фирмы. Представив себе, что всего через несколько лет этот высокомерный и до предела избалованный юноша будет давать ему указания, как и что делать, Валентин Борисюк приходил в бешенство. Однажды Макс уже велел начальнику рекламного отдела устроить ему супердень рождения. Придумать что-нибудь этакое и пригласить моделей.

«Ты еще стриптиз закажи», – сквозь зубы процедил Валентин. Но вечеринку устроил. Макс – любимец тещи обоих начальников, Грушина и Реутова. Жены Самого, Всесильного и Всемогущего. А Всесильный жену свою всячески ублажает. Значит, Макс на особом положении. Юному красавчику везет. Потому как талантов никаких, трудолюбия и прилежания ноль, зато амбиций выше крыши. Нет, от Максима Данииловича Грушина лучше держаться подальше.

Валентин очень надеялся, что до фирмы Реутова Макс не доберется. Артем Дмитриевич откровенно недолюбливал племянника. И правильно! Реутов в людях разбирается! Шефа Валентин уважал. К Инге же относился прохладно, понимал, что она за птица.

Но именно из-за Инги все и случилось. Вернее, из-за того, что отмечали ее день рождения. Было это полгода назад. Вспоминая тот день, Валентин невольно застонал. Знать бы, где упасть, соломки подстелил бы!

В пятницу вечером Инга попросила всех сотрудников фирмы задержаться после работы. Все уже и так были в курсе: у личной секретарши шефа сегодня день рождения. Приготовили дорогой подарок, послали Ваню Смирнова за шикарным букетом роз. Валентин и без того любил засиживаться на работе допоздна, а сегодня еще и накормят на халяву! Он даже обрадовался тогда, глупец! Искренне обрадовался!

Когда накрыли стол, из своего кабинета вышел шеф. Подошел и, взяв бутылку шампанского, протянул ее стоящему по правую руку Валентину:

– Открывай!

По левую руку стояла Инга. Валентина такой расклад устраивал. По правую – значит, доверяют! Он торопливо открутил проволоку, и пробка полетела в потолок. Ура!

– От души поздравляю одного из самых ценных сотрудников нашей фирмы, – официально сказал Артем Дмитриевич и легонько коснулся своим бокалом края бокала Инги.

Сотрудники смотрели на этот цирк и мысленно улыбались. Эта тема была запретной. Все знали, как Инга ждет шефа у метро. Знали о конспирации. Более того, завидев ее у колонны, спешили спрятаться, чтобы не столкнуться нос к носу. Только когда Инга садилась в машину шефа, сотрудник фирмы позволял себе выйти из укрытия и направлялся к стеклянным дверям метро. Если им так хочется, пусть так и будет.

Артема Дмитриевича на фирме уважали. И немного жалели. Но что тут поделаешь? Любовь!

Смущаясь, из-за спин вышел Ваня с огромным букетом роз, шустрая помощница Валентина выскочила с подарком, как черт из табакерки. Инга расцвела. Потом шеф стал чокаться поочередно со всеми сотрудниками. С Валентином Борисюком – первым. Когда Реутов отпил немного шампанского из бокала, Валентин сделал то же самое. Хотя знал, что ему ехать домой. Но не выпить из бокала, который почтил своим вниманием бокал шефа?! Это же все равно что причаститься! Вечер будет долгим, спиртное из организма улетучится. В конце концов, есть Ваня.

Но в тот вечер Артем Дмитриевич ушел раньше всех, а Ване Смирнову сказал:

– Можешь остаться. Я еду на дачу к тестю, а ты поезжай домой.

Что шеф шепнул перед уходом на ухо Инге, не слышал никто. Но она помрачнела. А когда Артем сел в свой «Мерседес» и уехал, выпила махом бокал шампанского. Валентин подошел, тронул ее за плечо и сочувственно сказал:

– Ну не переживай.

– Из-за чего? – вскинулась Инга. – Что он уехал первым? Ха-ха! У нас еще будет время, чтобы… Да твое какое дело?

– Да, собственно, никакого, – пожал плечами Валентин и машинально отхлебнул шампанского.

И не заметил, как выпил все. И упустил из виду Ваню Смирнова. А когда нашел его спустя два часа, шофер был слегка навеселе.