Катя медленно огляделась.
– А что случилось с Машей? – спросила она Романа. – Чем она тебе в качестве невесты не приглянулась? Она… Дай-ка угадаю. Ах, она тебя выставила… А ну топай отсюда! Ты что же думаешь, если Машка тебя вышвырнула, то я дико обрадуюсь и сразу тебя к себе приглашать стану?!
– Катя, не смей кричать, мне неприятно! – счел нужным обидеться Роман. – Машенька… Она нас… Она по телефону сказала, чтобы мы, чтобы вы… В общем, свою жилплощадь она ставит выше отношений. Мы с мамой не хотим такой родни. И потом… Есть же девушки, которых показывают по телевизору, у которых великолепное будущее и они совсем не выпендриваются! Правда же, Катенька?
– Да, Роман… Такие девушки есть. Но тебе придется сильно потрудиться, чтобы их найти, – сурово отчеканила Катерина. – И запомни, я не люблю, когда обижают моих животных!
– Рома, Машка была куда спокойнее, – лениво заметила тетка. – Чего эта девица все время кричит? И ты на ней хотел жениться?
– Мамочка, – пролепетал Роман, – Катенька очень добрая девушка…
– Этой девушке в пятницу небось полтинник исполнился? – злобно сверкнула глазами матушка Романа и резко повысила голос: – А вести себя так и не научилась! К ней, можно сказать, сваты приехали! Будущая свекровь почтила своим вниманием! А эта вертихвостка…
Катя уважала старость. Старалась уважать, поэтому до скрипа сцепила зубы, отправилась во двор и притащила топор. Зайдя в кухню, она с силой долбанула им по табуретке – и та разлетелась на куски.
– А-ай! – завопила тетка, четко выговаривая каждую букву. – Ай, Рома! Она меня зарубит! Твоя первая – Ленка, не зарубила, Наташка не добралась, Юлька не тронула, а эта… Точно зарубит!
– У вас есть две минуты, – тихо и грозно произнесла Катя. – После этого я за себя отвечать не смогу… И то… если выдержу…
Роман побледнел. Пока он приходил в себя, его тучная мамашка ракетой вылетела из-за стола и вынеслась из дома.
– Чего примерз? – ждала Катя.
– Сейчас… – не спуская с нее глаз, тихо пятился к комнате Роман. – Я только… я вещи… мы с чемоданами потому что…
Он нащупал руками чемоданы и, не сводя глаз с топора, попятился к выходу. Возле самой двери он выдохнул – Катя была уже на безопасном расстоянии. Роман постарался перейти к мирным переговорам.
– Катя! Я… тихо, не шевелись… Я понял, что лучше тебя… Катя, ты самая лучшая! Я буду у тебя жить. Потому что… Тихо, Катя, не волнуйся… не дергайся… ты лучше всех, Катя!
– Лучше Наташи, Маши… кто там еще? Юля, Лена… я всех лучше?
– Да! – кивнул Роман так, что чуть шея не переломилась. – Ты самая… как же…
– Пошел вон, – устало проговорила Катя. – Зарублю.
– Понял, – снова заторопился Роман. – Все понял…
И он последовал за матушкой.
– Вот надо же, – бросила топор в угол Катя, – из-за них такую хорошую табуретку раскрошила… А, ничего, все равно потом новую куплю. Это называется… одинокая женщина… Совсем одинокая.
Глава 10На еду Ерофей накинулся, будто голодал несколько дней кряду. Катя сидела на крыльце. Смотрела, как он ест, и вспоминала Чижика. От мрачных дум ее отвлек звонок подруги.
– Чем занимаешься? – уныло поинтересовалась Машка.
– Ничем, – буркнула в ответ Катерина. – Выставила твоего благоверного и сижу.
– Как выставила? Это… это что же, паразит Рома к тебе перебрался? – захлебнулась от негодования Машка. – А ты… Ты его выгнала?
– Ну, знаешь! – не выдержала Катя. – Я, конечно, не против бэушных женихов, но чтобы он от меня к моей подруге и обратно колобком катался! К этому я еще не готова!
– И правильно! И не надо к этому готовиться… Ты вот что… ты давай… это… выходи из своего дома и дуй ко мне, – вдруг приказала Машка.
Катя посмотрела на Ерофея, который не спускал с нее глаз, и покачала головой:
– Не пойду… Эта змея… Свекровь твоя будущая с твоим женихом, они Ерофея к чужой калитке привязали. И он теперь боится, что я уйду.
– Страдаю я, тебе непонятно? А ко мне ты можешь и с Ерофеем заявиться. Будут с моим Жуликом играть. Они же так классно друг у друга палку отнимают. Короче… без всяких там этих своих… Не ломайся, давай ко мне!
И действительно, чего дома-то делать? Долго они с Машкой не засиживаются, на работу завтра явятся как огурчики, а на душе так тяжко, что обязательно нужно… с кем-то поругаться. И Машка для этого самое оно.
– Ерофей, гулять пойдем? В гости, а? Жулик тебе уже палочку приготовил… Погоди-ка, а мы что же, с пустыми руками?
Катя взяла из холодильника кусок говяжьего легкого для собак, кое-что для них с Машкой, достала из серванта остатки хорошего вина – один благодарный клиент подарил, взяла собаку на поводок, и они отправились отмечать тяжелый день.
Идти к Марии было недалеко. Катя и подружилась-то с ней только потому, что они жили рядом, в таких же домах-развалюхах, которые уже не первый год обещали снести.
За калиткой сразу раздался радостный лай Жулика – тот учуял своего друга, Машка и Катя частенько выводили обоих псов на пустырь. Да и судьба у собак была примерно одинаковой – Жулик болел, его выбросили, Машка вылечила и оставила себе.
Подруга уже ждала у порога.
– Привет, чего вы так долго? Ерофей! Хороший такой… Ну все, хватит прыгать… хватит, иди вон с Жуликом… Жулик! Принимай гостя! Кать, проходи.
– Погоди, дай я их легким угощу… – Катя разделила мясо поровну между псами и обернулась к подруге. – Не понимаю, как эта вредина… прости, свекровь, твоего Жулика не выгнала?
– У меня сначала Рома хотел от собаки избавиться, но… я ему нежно сказала, что не будет собаки – и его самого тут не будет. Смирился, да еще и маменьке, наверное, передал. Да ты проходи, чего на крыльце-то?
Подруги оставили собак и отправились совместно предаваться унынию.
Для этого у Машки уже был накрыт стол. Угощение было небогатое – нарезанные огурцы с помидорами, тарелочка с сыром да бутылка самодельной малиновой настойки. Катя тоже выложила свое угощение – кусочек колбасы и четыре скромные котлеты без гарнира. Зато вино было хорошее. В общем-то, дамы и не стремились к роскошному ужину, где-то в уголках памяти сохранилась тяга к идеальным фигурам. Сегодня требовалось просто отвлечься от неприятных дум. И поговорить.
Говорить начали уже после первой рюмки наливки.
– Ты посмотри, Кать, какие эти мужики… прямо слов не найду! Твари! – вдохновенно начала Машка. – Я ведь поверила! Он же мне говорил, что любит! Что мои… э… погоди, как же…
– «Твои глаза осветили мне кромешную мглу моей судьбины», – любезно подсказала Катя.
– Да! Вот именно! – с досадой проговорила Машка. – Хотела же запомнить…
– Я запомнила, и что? – вздохнула Катя. – Мне тоже говорил. И еще… «Твои ланиты манят к грехопадению», во как.
