Он утешил себя тем, что когда-нибудь непременно сделает это.
Потом замок, туманы и долина исчезли из виду, когда путники углубились в поросшие лесом холмы и устремились на восток, к сердцу долины. Большую часть дня они быстро продвигались вперед, лишь однажды остановившись, чтобы наскоро перекусить, и еще несколько раз, чтобы дать отдохнуть животным. В сумерках перед ними раскинулись просторные поля и луга Зеленого Дола.
Они разбили лагерь близ пихтовой рощицы, на утесе, нависавшем над равниной, на которой паслись коровы и козы, а дальше, на востоке, сгрудились хижины и бревенчатые домишки. Когда советник объявил привал, Бен с облегчением сполз со спины Вилочки. Он давно не ездил верхом. По правде говоря, последний раз это было лет двадцать назад, тогда он еще учился в колледже и отправился на свидание, а с кем — не помнит. И вот спустя много лет и в другом мире Бен испытал давно забытые ощущения, возникающие после долгой скачки: все тело одеревенело, земля уплывала из-под ног, которые словно продолжали сжимать тело лошади, несмотря на то, что сам давно спешился. Он знал, что назавтра все будет болеть от шеи до пят.
— Вы не пройдетесь со мной, Ваше Величество? — попросил советник, поманив Бена к себе.
Бену захотелось придушить старца за это предложение, но он подавил раздражение и нехотя пошел с колдуном.
Они приблизились к краю утеса и встали там плечом к плечу, глядя на простиравшиеся под ними обширные поля.
Советник обвел рукой горизонт:
— Зеленым Долом, великий король, владеют старые семьи феодальной знати Заземелья. Их владения занимают более половины королевства. Прежде здесь насчитывалось с два десятка семей, и эти двадцать владели землей, крепостными, их деревнями и скотом, хоть и подчинялись королевской воле, конечно.
— Еще бы. — Бен оглядывал долину. — Вы сказали, что раньше насчитывалось двадцать семей. Почему вы сказали, что это было раньше?
Колдун пожал плечами:
— Одни семьи сливаются путем заключения браков. Другие принимают покровительство сильнейших. Третьи просто вымирают — иногда им в этом слегка помогают.
Бен искоса взглянул на него:
— Очаровательно. Думаю, не так уж хорошо они живут, а?
— Именно так. Объединенные при старом короле бароны не стремились нажиться друг на друге. Разделившись после смерти монарха, они стали подозревать друг друга и постоянно плести интриги.
— Вы полагаете, я смогу обратить это обстоятельство в свою пользу?
Похожая на совиную физиономия задралась.
— Такая возможность есть. Бен кивнул:
— А может быть, их интриги и подозрительность помогут им покончить со мной.
Советник прищелкнул языком.
— Я буду с вами, Ваше Величество. Не думаю, что они будут терять время и силы, пытаясь покончить с королем, которого сочтут совершенно бесполезным. В конце концов они не пожелали явиться на вашу коронацию.
— Вы просто кладезь вдохновения, советник, — кисло заметил Бен. — Что бы я делал без вашей поддержки?
— Ах, что вы, это просто входит в мои обязанности. — Тьюс то ли не заметил иронии, то ли решил не обращать на нее внимания.
— Так поведайте мне о том, что еще такого я должен знать.
— Только это. — Советник повернулся к нему. — В лучшие времена эти земли были плодородными, скот тучным, а из слуг, рвущихся служить заземельскому королю, можно было набрать дюжину армий. Многое изменилось к худшему, и вы увидите это во время завтрашнего путешествия. Но то, что пошло вкривь и вкось, можно наладить снова — если вы сможете найти способ заставить лордов Зеленого Дола присягнуть вам на верность.
Бен взглянул вдаль еще раз, отвернулся и зашагал обратно к лагерю. Там нужно было поставить шатры, за что и взялся советник, решивший ускорить дело с помощью волшебства. Палатки взлетели вверх, словно воздушные шары, и возносились до тех пор, пока не повисли на верхних ветвях деревьев. Потребовалась вся ловкость Сельдерея, чтобы снять их оттуда. Лошади сорвались с привязи, когда Абернети залаял — к полному его смущению, — заметив беспризорную кошку, и путники потеряли еще целый час, пока собирали животных. Потом распаковали провизию, установили королевское знамя, накормили и напоили животных — все обошлось без происшествий.
И все же ужин не удался. Похлебка с мясом и овощами источала самые соблазнительные ароматы, пока кипела над костром, но потеряла всю привлекательность, когда советник подкормил пламя каким-то заклинанием, от которого оно на мгновение превратилось в миниатюрную геенну. И котелок, и его содержимое совершенно обуглились. Плоды Лазурных Друзей кое-как сошли вместо ужина, но Бен тем не менее предпочел бы хоть одну тарелочку похлебки. Советник и Абернети брюзжали насчет поведения людей и собак, а Сельдерей шипел на них обоих. Бен начал подумывать насчет того, стоит ли отменить постоянное приглашение к трапезе для своих слуг.
Пора было отправляться спать, когда Сапожок воротился из Зеленого Дола и доложил, что бароны готовы принять нового короля Заземелья по прибытии в Риндвейр. Бен не знал, что такое Риндвейр, да его это и не заботило. Он был слишком утомлен и провалился в глубокий сон.
***
Они добрались до Риндвейра к полудню следующего дня, и у Бена появилась возможность самому узнать, что это такое. Риндвейр оказался чудовищно огромным замком, громоздившимся на небольшой возвышенности в месте слияния двух рек. Башни и парапеты вздымались над стенами более чем на сотню футов, пронзая дымчатую голубизну полуденных небес. Путники с раннего утра двигались на восток по Зеленому Долу. Запутанные дороги змеились по долине мимо полей и деревень, мимо крестьянских и пастушеских хижин. Поля выглядели убого, растения на них страдали от разнообразных болезней и вредителей. Домишки были запущенными, словно их обитатели давно махнули на все рукой. Мастерские и лавки в деревнях были грязными и закопченными. Казалось, все разваливается на глазах. Советник выразительно покачал головой в ответ на взгляд Бена. Лорды Зеленого Дола проводили слишком много времени, пытаясь перегрызть друг другу глотки.
Бен снова обратил внимание на Риндвейр. Он молча рассматривал замок, пока маленький отряд пересекал долину, над которой он господствовал, и выбирался на дорогу, идущую по берегу одной из рек. В обширной тени замка сгрудились деревенские домишки и лавки. Крепостные с любопытством наблюдали, как маленький отряд поднимается на деревянный мост, ведущий к воротам замка. Ремесленники разогнули спины и молча смотрели на пришельцев. Бен заметил, что на лицах многих из них была такая же печать усталости, как у тех, кто пришел на коронацию в Сердце, а в глазах светилась такая же робкая надежда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
