ростовщиков стал рынок евродолларов, находившийся вне контроля правительства США и ФРС.
Мировой рост промышленного капитала в послевоенные годы и спонтанные «экономические чудеса» в не подававших никаких надежд странах во многом были связаны именно с желанием капитала сбежать из кейнсианской зоны высокого налогообложения и социальных гарантий для трудящихся. Транснациональные корпорации стали той формой бизнеса, которая позволяла не только размещать производства в странах с дешевой рабочей силой и сырьем, но и передавать товары по внутрикорпоративным трансфертым ценам оттуда, где высокие налоги на прибыль, туда, где они значительно ниже.
В конечном счете сформировалась система, в которой две трети мировой торговли ведут ТНК, причем половина этого объема приходится на внутрифирменный оборот, преследующий прежде всего цель минимизации налоговых выплат. По словам корейского экономиста Ха-Джун Чанга, «дочерние компании завышают или занижают цену таким образом, чтобы доходы оказались самыми высокими у тех фирм, которые работают в странах с наименьшими ставками налогов на прибыль предприятий… Это трансфертное ценообразование порождает причудливые феномены: из Китая едут телевизионные антенны за 40 центов, из США поставляются бульдозеры по цене 528 долларов, а ножовочное полотно продается из Германии по 5485 долларов за штуку»[135].
ТНК начали «покупать» себе страны в частное пользование. В ту или иную страну третьего мира приходили большие деньги, «покупалось» правительство, уничтожались на корню национальный капитал и промышленность. Газеты и телевидение трубили о новом «экономическом чуде». Однако, как только возможности эксплуатации страны по ханаанской модели исчерпывались, инвестиции ТНК столь же стремительно уходили, а страна оказывалась разоренной и опутанной долгами.
Эпоха инвестиций в 1950–1960-е годы сменилась нашествием «экономических убийц», как назвал себя и себе подобных международный консультант Джон Перкинс в книге «Исповедь экономического убийцы»: «„Экономические убийцы” – высокооплачиваемые профессионалы, которых нанимают для того, чтобы обманывать целые страны на многие миллиарды долларов. Эти наемники занимаются тем, что перекачивают огромные суммы из Мирового банка, Агентства США по международному развитию и международных фондов „помощи” в карманы крупных корпораций и ограниченного круга богатых семей, контролирующих природные ресурсы планеты… [экономические убийцы] разлетелись по планете. Они выискивали самую дешевую рабочую силу, легкодоступные ресурсы, крупнейшие рынки. Они были беспощадны… в Индонезии, Панаме, Колумбии… они заманивали в свои сети целые общества и страны. Они обещали богатство: страны могли выбраться из долгов с помощью частного сектора. Они строили школы и автодороги, дарили телефоны и телевизоры, предоставляли бесплатные медицинские услуги. Однако, открыв источник более дешевой рабочей силы и доступные ресурсы в другом месте, они тут же сворачивали свою деятельность. Когда они покидали сообщество, в котором поселили надежду, последствия были самыми ужасными, но они делали это без тени сомнения, не чувствуя ни малейших укоров совести»[136].
Трущобы и небоскребы в Боготе, Колумбия
ТНК добились для себя, по сути, экстерриториальности в «купленных» странах, чему способствует ISDS (Investor-State Dispute Settlement) – система урегулирования споров между инвесторами и государствами. В. Катасонов отмечает: «Многие соглашения между государствами по вопросам торговли и инвестиций дают частным инвесторам право обращаться в арбитражи для того, чтобы оспаривать решения государств, которые могут затрагивать интересы иностранных инвесторов. Решения могут оспариваться как минимум путем отмены решений судов принимающей страны (присуждение штрафов, установление компенсационных выплат, заключение в тюрьму или иные судебные решения в отношении руководителей и сотрудников иностранной компании и т. д.). А как максимум – путем отмены государственных законов, если таковые могут отрицательно влиять на финансовые результаты иностранной компании. Например, принимающее государство может ввести законы в области охраны окружающей среды в целях защиты здоровья населения. Иностранный инвестор может добиваться их отмены, если они потребуют от компании дополнительных затрат и понизят ее прибыли»[137].
С помощью системы ISDS, опирающейся преимущественно на английские арбитражные суды, ТНК смогли сформировать практически параллельный миропорядок, «эмансипировавшись» от национальных правительств большинства стран. Те же государства, которые решались играть «не по правилам», подвергались политическому прессингу и попадали в разряд «стран-изгоев».
В 1990-е годы была предпринята беспрецедентная попытка заключить «Международное соглашение об инвестициях» (МСИ), снимавшее с ТНК вообще любые ограничения и де-юре ставившее их выше национальных законов. Из-за преждевременной утечки информации соглашение сорвалось. Соответствующие попытки перешли на региональный уровень. Администрациями Рейгана и Буша было подготовлено «Соглашение о Североамериканской зоне свободной торговли» (NAFTA) между США, Канадой и Мексикой. В главе 11 соглашения NAFTA, где перечисляются права транснациональных инвесторов, в частности, фигурирует право корпораций оспаривать законы, нормативные акты и государственную практику стран, подписавших соглашение. NAFTA ставит вне закона практически все регулирующие требования к иностранным инвесторам.
По образцу NAFTA администрация Обамы в 2016 году создала Транстихоокеанское партнерство (ТТП), которое его критики-антиглобалисты сразу же назвали «соглашением о привилегиях ТНК». В случае победы Хилари Клинтон на президентских выборах в США планировалось создать аналогичное Трансатлантическое партнерство. Глобальная власть, не только экономическая, но и политическая, должна была перейти к ТНК. Только всплеск американского национализма, олицетворением которого стал Дональд Трамп, смог затормозить этот процесс: США вышли из соглашения по ТТП, серьезно ограничили NAFTA и похоронили трансатлантический проект.
Рональд Рейган (1981–1989)
© Bettmann/Getty Images
В течение 1970–1990-х годов олигархам Уолл-стрит, которые за полвека до того привели США к Великой депрессии, удалось полностью восстановить свою неограниченную власть над экономикой. Однако теперь их власть распространилась на весь мир: ни Велкиобритания с колониями, ни Советский Союз с Коминтерном им больше не мешали. Крах Бреттон-Вудской валютной системы и срежиссированная Рокфеллерами революция нефтедолларов позволили ФРС печатать доллары безо всяких ограничений.
Сделав выводы из политики имперского «Нового курса», проводившейся Рузвельтом в суровые 1930-е годы, олигархи озаботились поддержкой простых американцев. Теперь их нельзя было игнорировать, так как после Второй мировой войны в США сформировался значительный средний класс. В результате бурного экономического роста в США 1940-х годов, происходившего за счет тотального разрушения экономик Европы, СССР, Китая и Японии, американские инженеры и рабочие, «белые» и «синие воротнички», обзавелись недвижимостью и небольшим собственным капиталом. По всей стране вместо многоквартирных бараков строились малоэтажные поселки – рождалась «двухэтажная Америка».
Средства массовой информации, подконтрольные олигархам, умело убеждали новый средний класс, что он достиг всего этого не благодаря кейнсианскому госрегулированию и перераспределению богатств через налоги, а исключительно благодаря своему труду и таланту. Эти новые собственники начали мыслить и вести себя, как «старые собственники», стремясь прежде всего к защите своих доходов от налогообложения и передаче их по наследству. Кейнсианскую систему перераспределения богатств они теперь воспринимали как угрожающую им лично. Поэтому на президентских выборах 1980 года средний класс массово поддержал республиканцев во главе с Рейганом, предлагавших снизить налоги и вернуть бизнесу утраченные свободы 1920-х годов.
Бывший актер Рональд Рейган позиционировал себя как набожный христианин и борец за свободу мира от коммунистической угрозы, объявивший «крестовый поход» против безбожного СССР, который он называл не иначе
